Серебряная рука - Стивен Рэй Лоухед

— «Беда минует лишь Каледон; Вороны слетятся в его тенистые долины, и песня Ворона станет его песней».

— Всего-то шесть воинов, — скривился Лью. — Не такая большая стая, как считаешь?

— Будет больше. Увидишь.

— Соглашусь, когда увижу, — кивнул Лью, но видно было, что пока он не согласен со мной. Он остановился. — Я смотрю, ты во что бы то ни стало решил воплотить в жизнь пророчество бенфейт? Знаешь ведь, что этого не может быть, но упорствуешь. Хочешь, чтобы все крутилось вокруг меня?

— Между прочим, ты тоже упорствуешь, — заметил я. — Пророчество, насколько я помню, дано тебе. И авен Главного Барда тоже у тебя.

— Да! — яростно прошипел он. — И вот это тоже мне подарили!

Я и без глаз видел, как он потряс передо мной своей культей.

— Я здесь вовсе не для того, чтобы стать королем чего бы то ни было! Я пришел забрать Саймона, — рявкнул он, — и как только я придумаю, как это сделать, немедленно уберусь отсюда. А на большее не претендую!

Он резко отвернулся и начал взбираться по склону. Высоко над головой я услышал хриплый крик ворона. Тотчас проснулось внутреннее зрение. В сознании возник образ ворона, восседающего на спинке трона из оленьих рогов — я видел его в видении. А потом я увидел других, много других, большую стаю, парящую вокруг трона.

Пока я смотрел, слеталось все больше воронов, пока огромная темная туча не заполнила небо; их черные крылья сверкали в солнечном свете, а черные глаза ярко и грозно сверкали.

— Лью! — позвал я. — Мы не договорили. Давайте покончим с этим сейчас.

Я услышал, как он остановился, постоял, а потом пошел ко мне.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Ты согласен?

— Ладно. Говори.

— Воины, пришедшие к нам, — начал я. — Для них это станет испытанием.

— То есть?

— Я же сказал, что появление стаи Воронов предсказано.

— Опять пророчество…

— Да, опять. Пророчество — это путь. Гофаннон, сайленчар, а теперь и Вороны — это вехи на пути его исполнения. По ним мы узнаем, что идем верным путем. — Он не ответил, и я добавил в голос убедительности. — Если пророчество окажется правдой, ты уймешь свои сомнения и пойдешь по тому пути, который тебе указывают?

Лью не спешил соглашаться.

— Не такой простой вопрос… — протянул он.

— Ответить на него труднее, чем однорукому стать королем?

— Нет, думаю, попроще.

— Тогда чего ты волнуешься?

— Хорошо, — решительно кивнул он, но в голосе все еще звучало сомнение. — Давай проверим это пророчество. Скажи, кто, по твоему, эти люди?

Я ответил без колебаний, доверяя пришедшему ко мне прозрению.

— Ретани.

— Вот здорово! — он словно выплевывал слова. — Только их нам не хватало!

— Ты не прав. Они не шпионы и не предатели. Они — благородные люди. Те, кто поставил честь выше жизни. Когда их неверный господин заключил позорный союз с Мелдрином, они предпочли стать изгоями, лишь бы не служить предателю.

— Они оставили своего господина. Считаешь, это правильно?

— Я бы не стал говорить, что они кого-то там оставили. Лучше считай, что они ищут господина, достойного их верности.

— Ретани… — размышлял Лью. — Очень интересно. Но этого мало. Что еще?

— Ты скоро поймешь, что разговаривал с вождем, боевым вождем, а с ним его люди — лучшие из бойцов Ретани. Если ты расскажешь им, кто ты и что собираешься делать в этом месте, они поклянутся тебе в верности.

— Лучшие… — повторил Лью, и я почувствовал, что он готов принять вызов, — нет, должно быть что-то еще, посложнее.

— Ладно. Простым ты не готов удовлетвориться. — Я сделал паузу, удерживая в уме образ воронов. Будет тебе сложное. Ты поймешь, что путь истинный. Они — Вороны.

— Ты уже говорил.

— Да, говорил, но они этого не слышали. А ведь это их настоящее имя, — объяснил я. — Когда ты спросишь их, они ответят: «Мы Вороны». Согласен?

Лью глубоко вздохнул, и я понял, что он готовится к трудному решению.

— Согласен. Пусть будет так, как ты говоришь.

Глава 17. СЛАВНЫЕ ПЛАНЫ

Незнакомцы уже устраивали своих лошадей среди деревьев, когда мы присоединились к ним в лагере. Лью подождал, пока они закончат, и пригласил их сесть. Все шестеро уселись на земле вокруг огня.

— Я вижу, вы — люди, привыкшие к лучшему жилищу, — сказал Лью. — И все же, может быть, лучше крыша рядом с благородными людьми, чем королевский зал и компания предателей.

— Истинно говоришь, — ответил предводитель. — Лучше жить изгоями, чем сидеть за одним столом с предателями-лордами и интриганами.

— Тогда между нами много общего, — быстро заверил его Лью. — Мы тоже предпочли оставить очаг и родню, чтобы не страдать от несправедливости и не способствовать целям злодеев.

Воины беспокойно заерзали. Вожак поколебался, а затем спросил:

— Вы знаете, кто мы, господин?

— Знаю, — убежденно ответил Лью. — Вы — воины Ретани.

— Это правда, — ответил предводитель. — Но не вся. Мы — Вороны Ретани!

— Clanna na cú! — пробормотал Лью.

Я услышал громкий шлепок и понял, что мужчина ударил себя по руке открытой ладонью.

— Когда-то это было признаком чести…

«У всех на мечах синий цвет», — говорил Род, — изображение птицы».

— …но с некоторых пор оно стало нам ненавистно. Это позорный знак! — Воин снова ударил по ладони, его голос звучал горестно. — Мы бы вырезали наши татуировки, если бы могли.

— Не стоит, — сказал ему Лью, — пусть они так и останутся знаком чести. Ибо вы предпочли отказаться от уважения, лишь бы не служить неверному королю. Мелдрин, возможно, и купил твоего короля, но ты не продал ему свою честь. Поэтому добро пожаловать в наш круг.

При имени Мелдрина незнакомцы стали перешептываться в изумлении.

— Кто же ты, господин, что знаешь все это? — озадаченно спросил предводитель.

— Мое имя —Лью. А со мной — Тегид ап Татал, Главный Бард Придейна.

Воины удивленно воскликнули при этом известии. Вождь озадаченно произнес:

— Мы