Точки над I - Джей Браунелл

Никогда в жизни я еще не видела своего будущего так ясно. Я видела перед собой два пути. Алек была частью моей жизни в одном, я узнавала о ней через Джиллиан и Элейн в другой. Я бы умерла, если бы мне пришлось быть вдали от Алек, узнавать как она и что с ней, но от других. Я не была Джиллиан. Я не могла быть благодарной за то, что другие могли дать мне о ней.

Я подошла к кровати. Я толкнула ее на простыни и легла сверху. Глаза Алек были расширены от удивления, когда она смотрела на меня. Ее руки уперлись в мои плечи, словно пытаясь оттолкнуть. Мне не пришлось применять силу, чтобы теснее прижаться к ней.

- Я хочу тебя. Я всегда хотела тебя. Всю тебя. Это значит знать о тебе все, что делает тебя той, кем ты являешься сегодня. Больше всего на свете я хочу провести всю оставшуюся жизнь с тобой.

Она хотела верить мне. Я видела в ее глазах отчаянное желание быть любимой кем-то, и не из-за ее картин или ее имени. Я видела ее страх, что без них она была никем. Я знала только один способ убедить ее поверить мне. Я запустила руки в ее мягкие завитки на затылке. Я медленно наклоняла мое лицо к ней и смотрела в ее глаза, желая, чтобы она увидела и поверила в то, что все что мне было нужно это только она.

Поцелуй Алек был осторожным и вопросительным. Ты любишь меня? Я могу доверять тебе? Ты причинишь мне боль? Да, убеждала я ее своим руками и губами. Да, я люблю тебя. Да, ты можешь доверять мне. Нет, я никогда, никогда в жизни не причиню тебе боль. Покажи мне, настаивали ее руки. Каждое прикосновение, каждая ласка были требованием доказательства.

Покажи мне. Я смогу поверить только если ты покажешь мне.

ГЛАВА 12

- Я умираю с голода, - сказала Алек.

Мы одевались в нашей спальне следующим утром. Пока мое тело было не против причины, по которой мы пропустили ужин, мой желудок был не настолько понимающим. Я наблюдала как она быстро одевается в голубые джинсы и белую футболку. Алек посмотрела в зеркало и пригладила свои взъерошенные волосы пальцами. Она заметила, что я наблюдаю и ее серебряные глаза встретили мой взгляд в зеркале.

- Давай, скорее.

Рейнер и Джиллиан завтракали на террасе. На моей тарелке лежала книга в твердом переплете. Отец читал свой экземпляр. Книга Джиллиан лежала у ее тарелки и она просматривала утреннюю газету. Оба подняли голову, когда мы вышли на террасу. Я остановилась у стола и уставилась на книгу Алек.

«Келлен» Алек Чейзн. На обложке была фотография молодого симпатичного мужчины в черном сюртуке и маленькой девочки, положившей сонную белокурую голову на его плечо.

- Доставили сегодня утром, - сказала Джиллиан. Ее голос был бесстрастным.

Я отложила книгу в сторону и взяла свою тарелку. Я пыталась сделать вид, что не интересуюсь книгой. Я ела завтрак и любовалась прекрасным утром, но мои глаза то и дело возвращались к книге. Я хотела вернуться в нашу комнату и провести день за чтением.

- Ступеньки к пляжу все еще там? - спросила Алек. Она довольно быстро расправилась со своим завтраком.

Джиллиан оторвала взгляд от газеты и взглянула в сторону утеса.

- Да. Будь осторожна.

Не произнеся ни слова, Алек ушла с террасы. Джиллиан наблюдала за ней, пока она не исчезла, а затем, извинившись, ушла к себе. Она не взяла с собой свой экземпляр. Теперь когда обе они ушли, я не хотела больше притворяться. Я взяла книгу в руки и открыла ее. Завтрак может подождать, к тому же совсем скоро ланч.

- Книга очень хороша, - заметил отец, переворачивая очередную страницу. - Джиллиан пожалеет, что не прочитала ее.

Я сомневалась в этом. Что она могла узнать там, чего ей еще не было известно? Тем более, когда там было много такого, что могло причинить ей боль. Прежде чем уйти в чтение, я открыла книгу на середине, куда были вклеены несколько фотографий. Фотографии были первым намеком, что книга не была просто легким описанием ее жизни. Келлен была смеющимся, веселым ребенком на фотографиях, сделанных в Виндчейзе. И серьезной и неулыбчивой на тех, которые были сделаны в Моргрув Хаус.

- Я пойду читать наверх.

Отец кивнул, но не поднял глаз от книги.

Я не видела Алек весь день, пока читала ее книгу. Она оставила меня одну, чтобы я могла почитать и я была благодарна за данное мне время. Я расположилась посередине кровати. Я думала, что мне теперь все было известно и не была готова к истории, которая ждала меня.

Меня зовут Келлен Брент. Я узнала, что я мертва летом, когда прочитала биографию моей матери. Мне было четырнадцать.

Такими шокирующими словами «Келлен» начинала детальное описание одинокой, растерянной жизни, которой жила Алек в Англии. Я узнала все то, что она не сказала мне в Обри. Ей было восемь, когда она поняла, что ее мать не вернется за ней. Джиллиан никогда не приезжала в Моргрув Хаус и они не видели друг друга до тех пор, пока Алек не вернулась в Штаты. Она узнала о версии Брент о той ночи, когда купила книгу Джиллиан во время каникул в Сиднее.

Я была удивлена, когда увидела впервые свое имя. Я не думала, что окажусь в ее книге. Я всегда знала, что появилась в жизни Алек не в лучший момент. Я просто не думала, что это был самый ужасный период ее жизни. Джиллиан видела возвращение Алек в Лос-Анджелес как шанс им стать ближе. Патрик хотел объявить, что Алек Чейзн это Келлен Брент. Алек не хотела ни того, ни другого. Она считала, что для них она была мертва на самом деле. Три года, которые она провела в Лос-Анджелесе стали ее падением в алкогольный угар и отрицанием, которое едва не свело ее с ума. Алек верила, что лишь переезд в Обри спас ей жизнь. Лос-Анджелес был постоянным напоминанием о ее прошлом и она смогла осознать многое и посмотреть на ситуацию со стороны, а также начать трезвый образ жизни только, когда уехала из города.

Алек рассказала свою историю с бескомпромиссной честностью, не обвиняя никого конкретно. Она не предложила ничего, что подтверждало бы ее заявление и все же любой, кто прочел бы книгу задумался бы о том откуда она знает так много, если это не правда. Она также привела один факт, который Патрик не смог бы опровергнуть - она знала правду о той ночи. В то время как«Идеальное преступление» и «Начало сказки»обходили вопросы, которые возникали о той ночи, то Келлен давала ответы на них.

Первый вопрос, на который многие пытались найти ответ - почему Джиллиан позвонила Патрику, а не в полицию, а второй - почему между звонком Патрику и звонком в 911 такая большая разница в полтора часа. Печальный ответ на первый вопрос был в том, что это Келлен, а не Джиллиан позвонила Патрику. Ее мать была в шоке, а отец пострадал, и единственный человек, которому она могла позвонить был ее дед. Ответ на второй вопрос в том, что Патрику понадобилось это время, чтобы подчистить место преступления. Его сын не мог умереть от огнестрельного ранения, нанесенному самому себе.