Симон Петлюра - Виктор Савченко

В тот же день, около десяти вечера, в возбуждении от увиденного и в горячке поисков «армии», теряя всякую надежду на возможность отстоять столицу, Петлюра искал кадры для своего Гайдамацкого коша Слободской Украины. К этому времени в кош записалось только 190 добровольцев (сведенные в пешую сотню поручика Виноградова и конную «атаманскую» сотню прапорщика Ляховича), и с таким количеством бойцов выезжать на фронт было просто нелепо, хотя обмундированы гайдамаки Петлюры были с шиком: необычно высокие смушковые шапки с красными шлыками, рыжие короткие кожухи вместо шинелей, кожаные красные залихватские штаны, с кавалерийскими карабинами через плечо, с кинжалами кубанских казаков у пояса...

Вооружившись револьвером и взяв с собой штабс-капитана Удовенко, Петлюра, сев в последний трамвай, что следовал от Крещатика на Подол, поехал «поднимать» на сопротивление юнкеров Второй юнкерской школы...

Старшие офицеры школы, несмотря на поздний час (11 вечера), смогли очень быстро собрать в главном зале школы на Подоле до 200 юнкеров и несколько десятков офицеров. Петлюра вышел на огромную сцену шумного зала в расстегнутой солдатской шинели, одинокий и не слишком впечатляющий... Никто не ожидал от него чуда... Агитаторов с марта 1917-го юнкера видели сотни:

«Будущее свободной Украины, юнкера, именно сегодня, а не потом или через год, судьба вашей Родины в ваших руках! Сегодня или никогда вы можете защитить Украину и свободу и совершить чудо! Четыре дня назад большевистская тирания разрушила последнюю надежду всех честных жителей Российской республики — разогнала Учредительное собрание в Петрограде! Разгон сопровождался расстрелом демонстрации населения столицы и убийством депутатов Учредительного собрания. Если большевики вступят в Киев, они также не дадут собраться Украинскому Учредительному Сейму, который, как вы знаете, намечен на конец января... Большевики расстреляют ваших офицеров, как это было в Харькове в декабре, убьют ваших родных и близких, превратят вас в рабов и людей второго сорта. Вы будете бояться своей тени! Только вы сможете защитить вечные лозунги: Свобода, Равенство, Братство! На фронте сейчас нет сил, чтобы остановить красную орду. Я верю, что только молодые львы с криком «Слава Украине!» пойдут на пулеметы, смогут изменить ход всей истории. Я уже собрал в Киеве Гайдамацкий Кош Слободской Украины, что будет освобождать Восток нашей республики... Я не приказываю, а призываю вас, юнкера, стать добровольцами моей армии и записаться в курень «Черных гайдамаков» Слободского Коша! Если вы верите мне, если вы чувствуете ответственность перед Украиной — вы встанете под мои знамена! Свобода или смерть! Родина или смерть!»

Последние слова Петлюра уже кричал. Тишина. Потом шквал аплодисментов... После пламенной речи отставного военного министра пылкие юноши с криками «Слава!» окружили Симона и начали с энтузиазмом качать его на руках. Он умел убеждать... В его словах была завораживающая сила... Тогда в очередь «на смерть» записалось 148 юнкеров...

Утром к юнкерской школе подали трамваи, которые отвезли юношей на станцию Киев-Товарная, к эшелонам. Далее состав отогнали на станцию Дарница. На фронт юнкера в этот день не попали из-за саботажа внезапно «покрасневших» железнодорожников. В Дарнице тоже нашлась мужская работенка — юнкера захватили 12 пушек со снарядами у украинского артиллерийского дивизиона, который отказался выступить на фронт и самораспустился...

«Солдатики» — хитрые, хуторские дядьки — уже тянули домой все «плохо лежавшее и в хозяйстве полезное» имущество дивизиона, начиная от коней и сбруи и кончая пушками. Юнкера, оцепив казармы, разогнали солдат и силой вернули пушки «в строй».

16 января эшелон с юнкерами все же выехал на позиции и вечером того же дня прибыл на прифронтовую станцию Яготин. На этой станции Полтавской железной дороги юнкерам снова пришлось разоружить большевистски настроенных солдат, которые, подняв «бузу», ждали прихода «красных как освободителей».

Юнкера еще не знали, что в самом Киеве в этот роковой день началось большевистское восстание, грозившее крахом их надеждам, и что их штыки будут просто необходимы столице. Эшелоны с юнкерами, минуя Яготин, отправились на станции Бобрик и Кононовка, где к этому времени сосредоточились петлюровцы и прибыл атаман Волох.

Справка: Волох Емельян Иванович (1886—1937) — виднейший деятель украинской революции. Участник Первой мировой войны, штабс-капитан, организатор «украинизации» Харьковского гарнизона, командир полка. Во время захвата большевиками Харькова бежал с небольшим отрядом в Полтаву. Волох и его отряд добровольно вошли в Слободской Кош, признав руководство Петлюры как наиболее авторитетного человека. Личный друг Петлюры. В 1918—1919 гг. на командных должностях в «петлюровской армии» (комдив, комкор). В декабре 1919 г. предает Петлюру и переходит вместе со своей частью на сторону Красной Армии. Занимал руководящие должности в УССР. В 1933 г. арестован как враг народа, расстрелян в лагере.

Концентрация этих частей была связана с решением Петлюры провести контрнаступление против «красных» на станцию Гребинка и дальше на Полтаву.

На станции Кононовка собрались «черные гайдамаки» и несколько десятков сечевиков — всего 180 солдат при 2 пушках. На маленькой станции Бобрик, куда 17 января прибыл Петлюра со штабом Коша, — «красные гайдамаки», сечевые стрельцы и остатки отдельных украинских отрядов — всего около 700 человек при 8 пушках. С этими небольшими силами в 880 человек Петлюра рассчитывал оборонять Киев от Первой армии большевиков в 2500 человек.

Получив страшные известия о трагедии на станции Круты и о восстании в Киеве, Петлюра собрал офицеров коша и сечевых стрельцов, чтобы вместе обсудить дальнейшие действия. «Прекратить войну и капитулировать...» — предлагали одни. «Повернуть в Киев, разгромить восстание и продолжить борьбу против наступавших на линии Днепра», — требовали другие.

Еще 14 января Шинкарь направил киевских добровольцев прикрывать Черниговскою железную дорогу: сотню студентов и гимназистов, «курень смерти» и юнкеров 1-й юнкерской школы имени Хмельницкого — всего 420 человек при одной пушке и 8 пулеметах. Шинкарь прекрасно знал, что столь малочисленными силами не удастся закрыть брешь на Черниговской дороге. В отчаянии он посылал молодых идеалистов, не нюхавших пороху, на явную смерть. Их задачей стало только задержать наступление...

15 января эти части прибыли на станцию Круты, где встретили «красных» уже на следующее утро. Студенческая сотня была практически не подготовлена к бою, многие гимназисты и студенты в первый раз взяли в руки винтовки. Но они были полны решимости преградить собой путь на Киев, хотя на столицу по Черниговской железной дороге наступало до 5 500 обстрелянных солдат и балтийских матросов 1, 2 и 3-й армий большевиков. В неравном бою украинская оборона была разгромлена, общие потери составили 150 человек.