Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

- … Что же они там так долго возятся?

Михаил Корн, будучи доверенным человеком князя Сабурова, не понимал, почему этим делом должен заниматься именно он. Его вотчина - вопросы совсем другого калибра, к которым никто другой не мог даже подобраться. Например, мягко, но убедительно, надавить на княжеского конкурента так, чтобы тот, без шума и пыли, переписал все свое имущество. Или устроить фальшивое нападение на своего хозяина так, чтобы улики указывали на его недругов. Словом, он был птицей очень высокого полета, которого привлекали лишь для особых дел.

- Не могли эту соплячку сами притащить? Дали бы по зубам этому доктору, и всего дел-то… Да и, вообще, на кой черт она сдалась? - правда, сейчас ворчал он больше для самоуспокоения. Ведь, хозяин попросил его честь по чести, да и денег отвалил столько, что подумать страшно. Хотя внутри его медленно и незаметно грыз какой-то червячок сомнений. Все равно дело ему казалось странным, с ярко выраженным душком. – Ладно, разберемся… Поучу своих ротозеев работать.

Собственно, именно этим Корн сейчас и занимался – со стороны наблюдал за работой своих подручных. Шестеро парней, дуболомы, конечно, но другого здесь и не нужно, как раз ломились в дверь клиники. Доктор, Зарубин, кажется, заперся на все засовы и носа не высовывал.

- Что они там телятся? Пора ломать двери этого халупы.

Несколько раз нервно дернул головой в сторону поворота улицы, что выходила на широкий проспект. Лишний шум мог и полицию привлечь. Легенда, конечно, уже заготовлена, но использовать ее не очень-то и хотелось.

- Не буду больше с этими дураками работать. Черный ход даже не удосужились проверить. В таких домах она обязательно должен быть…

Один из амбалов, наконец, начал шуровать небольшой фомкой у двери. Похоже, пытался замок отжать. Остальные сгрудились за его спиной и выкрикивали угрозы.

- Точно бездари, тупицы… Ничего стоящего нельзя поручить.

Дверь продолжала держаться, к их удивлению даже не думая поддаваться. От этого по улице такой хруст стоял, что и мертвого можно разбудить. Хмурому Корну это все уже поперек горла встало. Продеться, видимо, и ему вмешаться, пока эти придурки весь квартал не разнесли.

- Все, хватит, - выдохнул он, резко срываясь с места. До крыльца клиники было с полста метров, плевое расстояние. – Черта лысого им запла…

И в этот момент раздался громкий хлопок! ХЛОП! Массивная дубовая дверь с широкими вставками из бронзы, словно изнутри взорвалась. Остатки двери - куски дерева, ошметки искривленной бронзы – превратились в смертоносные снаряды, и в один момент смели неудачливых налетчиков.

- А-а… Сука… Веньке все брюхо разворотило… Глаза, глаза, я ничего не вижу…, - голосили разлетевшиеся, словно кегли люди. Один баюкал руку, второй ногу. Пара, вообще, лежали совершенно неподвижно – скрючились, неестественно разметав руки и ноги. - Гад… Я же тебе кишки выпущу…

Один все же смог подняться. Харя вся в крови, щепками поцарапана. На лбу шишка от прилетевшей бронзовой полоски. Зарычал, нож из-за пазухи вытащил, и внутрь полез.

- Дурак, с ножом полез… Совсем без мозгов, - пробормотал Корн, прижимаясь к стене дома. Он-то сразу понял, что у стрелка внутри был зачарованный огнестрел, и появляться на его мушке было самой последней тупостью. – Хотя… иди, иди.

Ухмыляясь, он надел кастет, самое подходящее средство, чтобы «угомонить» стрелка. Сразу видно, что тот новичок. Человек с опытом вряд ли бы стал среди бела дня такими пулями палить. Кому на каторгу или на плаху хочется?

Словно в подтверждении его мыслей, еще раз оглушительно грохнуло. На косяки и потолок брызнуло кровью и ошметками человеческой плоти. Точно зачарованной пулей стрельнул. От обычной такого ни в жизнь не получится.

Корн подобрался, занеся кулак. Стрелок должен вот-вот выйти. Ведь, ломившиеся в дверь налетчики в полном составе валялись на мостовой. По всем признакам опасаться нечего.

Так и случилось.

- … Рафаэль Станиславович, может не надо выходить? – изнутри послышался чей-то дрожащий голос. Его обладатель был явно испуган, и не пытался этого скрыть. -Давайте дождемся полиции… Они наверняка все слышали. Ведь, вы устроили такой грохот, что его сложно не услышать.

- … Нельзя ждать, - а это уже был другой голос, явно принадлежащий не взрослому, а скорее подростку. Керн удивленно покачал головой от такого открытия. – Фараонам не понравится начинка моих патронов. Нужно подбросить пистолет кому-нибудь из этих. И пусть потом разбираются, откуда это все взялось... Да и обыскать тела не помешает. Чую, неспроста они за сестренкой заявились.

В прихожей что-то тихо прошелестело, очень похожее на звук шагов по коврику. Хрустнула половица, вторая, и на развороченном пороге появилась фигура подростка с выставленным вперед пистолетом.

- Вроде живых не…

Большего парнишка сказать не успел. От резкого удара, да еще усиленного кастетом, сразу же рухнул, как подкошенный. А дальше было делом техники.

Корн быстро связал бесчувственное тело, решив забрать странного стрелка с собой. Когда очнется, то его будет ждать очень интересный, но крайне болезненный, разговор в подвале Сабуровского дворца. Надо же выяснить, откуда у этого пацана оружие, за которое жандармы могут запросто голову оторвать.

- А ну руки в гору! – прорычал Корн, врываясь в дом. Мужчина, чистый задохлик с профессорской бородкой, при его виде тут же рухнул на пол. – Ты доктор Зарубин?! Один в клинике?! Нет? Кто еще с тобой? Жена?! Дети? Девочка-фамильяр здесь?! Будешь, молчать, сука, на куски резать начну!

Доктор трясся, как осиновый лист. Толком сказать ничего не мог, только головой кивал. Такого пугать одно удовольствие: максимально эффективно и никакой опасности.

- Сейчас притащу сюда твою женушку, разложу на полу и начну пользовать, - Корн, широко улыбаясь, активно задвигал тазом, отчего доктор пришел в еще больший ужас. – А потом буду шинковать ее у тебя на глазах. Говори, сука, что знаешь!

И Зарубин ожидаемо «сломался». Умоляюще выставил руки вперед, словно перед молитвой, и заговорил:

- … Здесь, здесь она. Это Лана, Лана, сестра Рафаэля Станиславовича… Он помог мне, то есть нам с клиникой. А мы его сестру взяли к себе… Там в дальней комнате… Вы ведь ничего ей не сделаете? Пожалуйста… Не трогайте… Она ведь совсем ребенок, просто необычный ребенок. И ради Бога, не пугайте ее. Ей никак нельзя пуга…

Не дослушав, Корн с силой дал ему кулаком в зубы.