Любовник тетушки Маргарет - Мейвис Чик

Маргарет открыла дверь. На ней были шапочка для душа, леггинсы и застиранная футболка. Вид у хозяйки был слегка потрепанный, на ней словно бы запечатлелись следы кровавой схватки — будто кто-то пытался перерезать ей горло.

— Я увидела из окна, что это ты, — сказала она, втягивая Верити в дом и быстро закрывая дверь.

— Смотрю, ты занялась садоводством, — обвинительным тоном произнесла Верити. Потом принюхалась. — Какой чудесный запах! — И внимательно огляделась. В холле наготове стоял пылесос, вокруг царили идеальная чистота и порядок. Даже столик в прихожей был отполирован до блеска и освобожден от обычного хлама, если не считать большую бело-голубую вазу. Верити заглянула в нее, вдохнула аромат и подтвердила: — Восхитительно.

— Сухие лепестки, — рассеянно пояснила Маргарет. — Верити, у тебя есть чем заткнуть сливную трубу?

Похлопав себя по карманам, та пошутила:

— Нет, наверное, все потеряла по дороге.

— Я серьезно. — Маргарет рассердилась. — У меня забилась раковина.

— Тогда нужна хлорка. Или кристаллическая сода.

— Нет ни того ни другого.

— А чем она забита?

— Всякой дрянью — например, спитыми листьями чая. Не знаю. Кончай расспрашивать. Сделай что-нибудь!

Верити нехотя потащилась на кухню. Здесь было не так чисто. Видны следы бессмысленных поисков — дверцы шкафов открыты, кастрюли, бутылки, щетки, отвертки разбросаны по полу.

— У тебя есть вантуз? — спросила Верити.

— Конечно же, у меня есть вантуз. — И Маргарет вручила подруге приспособление так, словно это не заслуженный той букет.

Верити попыталась прочистить раковину. Никакого эффекта, кроме отвратительной вони. Продолжая трудиться, Верити бросила через плечо:

— Почему у тебя на ушах кровь?

Даже если бы можно было себе представить, что человек не заметил томагавка, застрявшего у него в голове, и обнаружил его лишь тогда, когда добрая соседка указала ему на это, он едва ли был бы потрясен сильнее, чем Маргарет в этот момент. Верити изумленно наблюдала, как подруга подняла руку, ощупала шапочку, вскрикнула: «О Господи!» — и мгновенно исчезла.

Верити еще несколько минут сражалась с раковиной, но, не добившись результата, начала шарить по полу в поисках чего-нибудь, чем можно было бы заткнуть отверстие. В глубине души ей хотелось, чтобы рядом оказался мужчина, умеющий справляться с подобными домашними неприятностями; а в самой глубокой глубине души она готова была признать, что в таких делах они, мужчины, полезнее, гораздо опытнее и полезнее женщин. Тут позвонили в дверь. Откуда-то издалека Маргарет призвала «посмотреть, кого там черт принес»…

— Мы, кажется, встречались, не так ли? — спросил Колин, входя в дом.

— Встречались, — подтвердила Верити и решительно потащила его на кухню. — И вы нам очень нужны!

Колин чувствовал себя польщенным, пока не подошел к кухонной двери и не почувствовал, как аромат сухих лепестков сменился гораздо менее приятным запахом.

Маргарет с мокрыми, торчащими во все стороны, как пики, волосами, приобретшими оранжевый оттенок, появилась на пороге и обнаружила Верити, склонившуюся над открытым шкафчиком под мойкой, из которого торчала нижняя половина мужского тела, лежащего на спине.

— О, — заметила Верити, — ты стала оранжевой.

— Рыжеватой, — надменно возразила Маргарет. — Я хотела сделать эдакий огненный нимб из волос — как у Глорианы.[39]

К Верити вернулся ее обычный скептицизм.

— А получилось нечто производства Лондонской кирпичной компании.

«Глориана» не спасовала.

— Чертова краска. Сейчас промою еще раз. — Она подошла ближе, глянула на торчащие из-под раковины ноги и вопросительно подняла бровь.

— Колин, — одними губами неслышно пояснила Верити.

Маргарет улыбнулась.

— Колин, — окликнула она, заглядывая в шкафчик. — Эту фигуру я узнаю везде.

Верхняя половина его туловища была скрючена вокруг подставленного под капающую трубу ведра и являла собой натуру, которая наверняка заинтересовала бы Сальвадора Дали. Улыбка Колина скорее напоминала гримасу.

— Если ты собираешься завести мужчину, — язвительно заметил он, — советую выбрать такого, который смыслит в слесарном деле…

Маргарет пнула приятеля в щиколотку, давая понять Верити, что это шутка.

— Вы сказали «завести мужчину»? — насторожилась Верити, обращаясь к Колину. — Но у нее их — сонмы. Зачем ограничиваться одним? Они у Маргарет не задерживаются. Она, знаете ли, слишком привередлива!

— Скажем мягче — разборчива, — хмыкнул Колин. Голос из шкафчика звучал прерывисто: Колин, видимо, что-то с натугой отворачивал в этот момент. — Вообще-то я пришел сюда не за этим. Да отворачивайся же, сволочь. Я пришел… вот так, наконец-то… я пришел узнать… еще разок, ну… Не включайте воду… — Он засмеялся. — Узнать, как прошло оксфордское свидание. Ну, с тем парнем, который прислал тебе… Я ЖЕ СКАЗАЛ: НЕ ВКЛЮЧАТЬ ВОДУ, ГЛУПАЯ ТЫ КОРОВА!!!

Маргарет открутила кран чуть-чуть, только чтобы позабавиться. И чтобы он перестал болтать. Засунув голову в шкафчик, она подала Колину длинное кухонное полотенце, другой рукой закрывая рот, чтобы не рассмеяться вслух. Лицо Колина было заляпано какой-то жидкой гадостью. Маргарет как можно убедительнее извинилась и взглядом попыталась предупредить его, чтобы молчал. Напрасно старалась — у него были закрыты глаза.

— Какого черта ты это сделала? — шепотом допытывалась Верити, тоже давясь от смеха. Стараясь не смотреть друг на друга, женщины корчились от немого хохота. Маргарет попыталась сформулировать более искреннее извинение, но вместо слов из ее рта вырывались лишь какие-то всхлипы.

«Ничего, — утешала она себя, — я же предупреждала, чтобы он не болтал». Только теперь, сидя на полу и вынимая из волос какой-то осколок, Колин понял — предупреждение было сделано всерьез.

Верити не из тех, кого легко обмануть. Она и раньше понимала, что все эти свидания не так безобидны, как хотела представить Маргарет. У нее упало сердце: появилось чувство, будто их душевная связь безвозвратно рушится. Признаки? Да их полно. Маргарет начала ухаживать за садом. Маргарет делает уборку в доме. Маргарет красит волосы. Определенно здесь пахло мужчиной, причем не случайным.

— И что же произошло там, в Оксфорде? — спросила она после того, как Колин, починив водопровод, удалился наверх мыться, бормоча себе под нос ругательства в адрес всех женщин, страдающих техническим кретинизмом.

— Подожди, — попросила Маргарет, — Колину нужно во что-то переодеться, — и припустилась вслед за ним по лестнице. — Я дам тебе рубашку Роджера, — крикнула она через дверь ванной. — Открой.