Забытый - Москва - Владимир Кожевников

Внизу появился князь Иван. Он крутил головой, выискивая Бобра среди отроков.

- Тут я, князь, - окликнул его Дмитрий сверху, - чего хотел?

- Дыть... - Иван посмотрел вверх, по-детски приоткрыв рот, - ...делать что-то надо! Они ж не атакуют. Вернее, атакуют, но издали. Крутятся и стрелы сыпят. У меня уже убитых полно. А раненых, а коней! Значит, и у других... Еще часок так постоим, они всех нас перещелкают.

- А арбалетчики стоят?

- Стоят. И стреляют. Только толку что-то не видать.

- Ничего. Раз стоят, толк будет.

- Когда?! Потери большие, князь! Может, пугнуть их атакой? Они ж далеко не отскочат, лес за спиной. А?!

- Нет, всем нельзя. - Дмитрий быстро соскакивает с дерева, падает в седло. - Ты вот что: пусти по центру сотни три (арбалетчиков не убирай!), пусть попробуют сцепиться. А если сцепятся, на себя постараются потянуть, отступить. Понял? Только воеводу толкового... Илюшку пошли, чтоб сделал все как надо.

- Один я?

- У Василия пешцы впереди.

- А Семен?

- Тому вперед соваться нельзя. Совсем.

Иван пожал плечами и поехал выполнять, за что был ему Бобер несказанно благодарен. Он не переспрашивал и не кобенился, хотя имел на то все основания. Хотя бы как командир полка. Центрального! А он к тому же ведь и князь. "Молодец, Ваня! Хороший из тебя вояка выйдет". Дмитрий огляделся и опять почувствовал себя слепым и не у дел.

"Б..дь! Хоть опять на дерево лезь! Нет, нельзя так командовать. Для войска место выбрал. А себе?!" Пришлось вновь карабкаться на свою осинку и снова долго привыкать и разбираться, что к чему.

Увидел он наконец долгожданную картину - центр сцепился с татарами в сабли. А вот как стали татар заманивать, не увидел. Наверное, подошли основные силы. Ордынцы тучей метнулись вперед, и на Ивана, и на Василия, и моментально заполнили чистый клин поля перед Семеновым полком. А главное, темной тучей начали обволакивать полк Василия слева.

"И это - тумен?! Что-то многовато, - Дмитрий стал все чаще оглядываться назад. - Когда ж там Константиныч?" По спине его холодной змейкой пополз страх.

Арбалетчики, разумеется, за строй отойти не успели. Их притиснули к фронту, и как уж они там теперь отбивались, Дмитрий не хотел представлять. По всему фронту завязалась жесточайшая сеча, сулившая огромные потери. Дмитрий вспомнил Синюю Воду, цыкнул зубом: "Не получается как на Синюхе. Совсем не получилось. Вот что значит - сноровка. Стоял бы у меня слева, как тогда, Корноух, разве бы он допустил? Хотя... Может и допустил... Сейчас Корноуха маловато, а татар... Ты ведь сам его туда не пустил. Пожалел. А если и не пожалел (жалость в бою неуместна), то побоялся. Зря потерять побоялся. Хотя о чем я? У него в этом бою своя задача, своя роль, и причем тут... Кстати, как он там?"

Дмитрий стал всматриваться в правый фланг. Суеты там было больше, чем в других местах, но ничего определенного долго не замечалось, пока вдруг Семенов полк не качнулся вперед, а потом довольно уверенно начал теснить противника.

"Слава Богу, хоть здесь!.. Сработал Корноух, молодец! - и Дмитрий повернулся налево. - Да-а-а..."

Левый фланг уже облепили и загнули. Как пчелиный рой. И уже теснили нижегородцев.

Не только назад, но и направо, к дороге. Хорошо еще забор из телег стоял как крепостная стена! Перед ним маячили отдельные всадники, но ничего сделать не могли. "Господи! Как это ты меня сподобил! Не будь телег, они бы нам уже в тыл зашли. А теперь! Объехать они не могут, а фланг конница подперла, держит! Вот долго ли продержит?.. На сколько ее хватит? Эх-хе... Совсем как на Синюхе. Только наоборот. Семен пойдет вперед, Василия оттеснят назад, прижмут к лесу и, если Константиныч не успеет... Где он, сучья морда, хрыч, козлиная бороденка!!! Вроде бы уж и час прошел".

Но час еще не прошел. А левый фланг начал пятиться.

Бобер понял, что критический момент наступил. Если фланг сейчас дрогнет и побежит, то и подошедший резерв не поможет. Понимал ли это рассудительный князь Василий? А главное - видел ли?!

Дмитрий соскочил с дерева. Отроки (после начала сабельной атаки они вернулись) все девять стояли полукругом, молча пришибленно глядя на князя.

- Василько и вы четверо - со мной. Сенька с остальными - остаетесь здесь. Появится Великий князь, пусть сразу же подходит сюда и строится для атаки. Как можно быстрей! Я к князь-Василью, - и поскакал влево.

Василия он увидел быстро, издали. Тот стоял на седле, вытягивал шею, смотрел на левый фланг. Бобер подъехал:

- Ну, Василий Дмитрич, видишь?

- Вижу, - Василий опустился в седло, вдел носки в стремена, оглядел себя, ощупал шлем, бармицы.

- И как?

- Отец не подошел?

- Нет пока.

- Тогда пора.

- Что?

- Фланг дружиной закрывать. А то ведь побегут - не остановить.

- Да, Василий Дмитрич, да. Давай с Богом. Теперь от тебя все зависит.

- Все ли? - Василий говорил спокойно, деловито. - А ну как отец не успеет?

- Надо подержаться. Сказали - будет с минуты на минуту.

- Ладно, постараемся. Эй, ребята! - Василий выехал перед своими дружинниками, вытянул из ножен меч: - Жмут слева косоглазые. Надо отогнать! Настал и наш час с ними поквитаться! За мной! - и пустил коня рысью.

"Помоги тебе Бог! - Дмитрий оглянулся на солнце и вспомнил, что не обратился к НЕМУ перед боем. - Как же это я?! Как же так?!! Боже великий и милосердный, прости мерзавца, как прощал ты меня много раз! Не гордыня это, а слабость. Или дьявол мутит! Боже, помоги!"

Привстал на стременах - не видно, вскочил на седло, увидел, что дружина Василия растворилась среди дерущихся. "Черт! Мало их! Надо и Ивана сюда".

- Василько! Скачи к князь-Ивану, давай его с дружиной сюда!

Отрок умчался и через пять минут вернулся с испуганным лицом:

- Князь Иван уже в бою!

Дмитрий только зубами скрипнул: "Ну все поперек! Зачем он?! Что ж ты будешь делать!" Он бросился назад, к своим осинкам, надеясь увидеть выезжающих из леса воинов главных сил. Но Сенька с товарищами по-прежнему сиротливо стоял под деревьями, а опушка была пуста.

Дмитрий вскочил ногами на седло, схватился рукой за ветку, вытянулся, стараясь заглянуть подальше. Левый фланг пятился. Все так же: назад и вправо. И ведь самое странное и обидное: не только Семенов полк, но и Иван в центре - теснили татар!

"Да-а... Все как на Синюхе. И все, кажется, уже кончено". В отчаянии бессилия он крикнул Сеньке:

- Скачи к князь-Дмитрию! Поторопи! Что ж они, ети их мать, подохли там, что ли?!

Сенька стрелой кинулся к лесу, но не успел проскакать и полполяны, как из лесу вывалились, наконец, первые всадники.

- Скорей, мать вашу! - благим матом заорал Сенька и отчаянно замахал руками. Всадники заметили, поняли и бросились к нему.

- Туда! - надсаживался Сенька, показывая на осинки. В первом ряду ехал тысяцкий Михаил Василич. По отчаянно разнесчастному виду Сеньки он понял серьезность момента и дал знак всем поторопиться. К Дмитрию он подскакал первым. Тот узнал его и смог только выдохнуть:

- Василич! Ты в бой готов?

- Готов, князь! А что?!

- Давай сразу, с ходу, не мешкай ради Христа! Вон туда! Видишь?!

- Сейчас, хвост подтянется..

- Некогда подтягиваться! Боюсь - уже и так поздно! Вперед!

Тысяцкий не сказал больше ни слова. Торопливо перекрестившись, он дернул меч из ножен:

- А ну, ребята, не стоять! Едрить вашу налево и направо, и во все стороны, за мной! Вперед! - и пустил коня в галоп. Все, кто успел подъехать, бросились за ним. У Дмитрия мелькнула мысль самому рвануть туда и своим мечом помочь этому умнице, который не стал рассусоливать, а кинулся в бой и тем (может быть!) спас все дело. Но пока еще только - "может быть", а значит, рано тебе в драку, надо следить, как сложится, и этих, густо прущих из леса, направлять.

Тысяцкий вел первую тысячу, и она, сотня за сотней вырываясь на простор, вся быстро ушла в бой. Дальше опушка опять опустела. Пришедшие воины подсказали, что остальные, которых ведет сам Великий князь, немного приотстали, но вот-вот подойдут.

"Вот, вот, е...ь тебя в рот!"- от души выматерился Дмитрий и снова полез на дерево.

* * *

То, что он увидел, горячей радостной волной хлестнуло по сердцу, вернуло спокойствие, равновесие, способность рассуждать: левый фланг не только остановился, но, кажется, даже несколько отдавил татар на восток, в то время как правый фланг и центр хоть и медленно, но подвигались вперед, удалялись.

"Боже правый, услышал ты молитву мою!" Но оглянулся назад и опять почувствовал неуют. Великого князя все не было. Опушка опустела, на поле вновь осиротели девять его отроков. На сколько приотстал неторопливый князь? И на сколько хватит тысяцкого держать татар? Дмитрий крутил головой, как заведенный, вперед, влево, назад, влево, вперед, влево, назад... И вскоре увидел, что битва вновь замерла в жутком равновесии.

Только когда стало сводить руки, вцепившиеся в тонкие ветки, Дмитрий почувствовал, в каком напряжении и как давно застыло все его тело. Попытался ослабить хватку, пошевелить пальцами, оглянулся подыскать подходящую ветку, чтобы перехватиться поудобней, и увидел (мгновенно, сразу, как молнией высветил!): там, за ветками из леса вылилась лава всадников. Как мешок с камнями упал с плеч - так сразу стало легко! Наконец-то!