Белые пятна Великой Отечественной войны - Алексей Валерьевич Исаев

станции Малоархангельск и претендовал на 13 уничтоженных советских танков[391]. Всего за первый день советского наступления частями 9-й армии было заявлено об уничтожении 230 танков[392], что представляется завышенной цифрой. 17 июля наступление 2-й ТА и 9-го тк было возобновлено, но успеха не имело. «Фердинанды» выступили в роли подвижного резерва обороны у станции Малоархангельск и претендовали на 22 уничтоженных советских танка[393]. Три дня боев стоили 2-й ТА 87 подбитых и сгоревших танков[394], 9-му тк – 69 танков и САУ[395]. Несмотря на демонтаж ударной группировки 9-й армии для парирования кризисов, она оставалась еще достаточно сильной и устойчивой в обороне. Также в контрнаступлении в районе железной дороги участвовали отдельные танковые полки 13-й армии, понесшие чувствительные потери. В итоге в отчетных документах БТ и МВ фронта признавалось, что в ходе контрнаступления «собственные потери, особенно в танковых полках, значительно превышали потери, понесенные в оборонительных боях»[396], и отмечалось, что объясняется это, в частности, использованием противником «Тигров» и «Фердинандов».

Тем не менее удары по позициям 9-й армии заставили Моделя принять решение об отходе. В немецком отчете, написанном по горячим следам событий, «Битва на Орловской дуге» отмечается: «Верховный командующий обеих армий (т. е. 2 ТА и 9 А. – А. И.) при поддержке высшего руководства вермахта принял решение о возвращении 9-й армии на исходные позиции с тем, чтобы, сократив линию фронта, высвободить в качестве резерва четыре дивизии и использовать прежние оборонительные позиции»[397].

Отсутствие быстрого продвижения в полосе 13-й армии заставило Рокоссовского уже вечером 17 июля перегруппировать 2-ю ТА из полосы 13-й армии в полосу 70-й армии. Оба корпуса танковой армии были выведены из боя и переброшены на новое направление. Новой задачей армии стало наступление на Кромы – важнейший для немцев узел дорог в тылу противника.

К тому моменту сражение за Кромы было в самом разгаре. Начиная с 19 июля на город наступала 70-я армия. В качестве танкового тарана для пехоты 20 июля вновь был введен в бой 19-й тк, насчитывавший на тот момент 74 танка (53 Т-34, 11 Т-70, 7 Т-60, 1 Mk. II «Матильда», 2 Mk. III «Валентайн»)[398]. За день наступления корпус потерял 34 боевые машины[399], или около половины своего состава, почти утратив ударные возможности. Как отмечалось в отчете корпуса, «пехота, вследствие своей малочисленности и усталости, почти не продвигалась»[400]. Действительно, действовавшие на этом направлении 175, 280 и 181-я стрелковые дивизии 28-го стрелкового корпуса 70-й армии насчитывали к 20 июля 4681, 3871 и 4632 человека соответственно при штатной численности 10 тыс. человек[401].

Людские потери Центрального фронта в период с 15 по 20 июля 1943 г. составили 33 800 человек[402], что практически равно потерям в оборонительной операции (33 897 человек). По существу, пространство между достигнутыми в ходе «Цитадели» рубежами и исходными позициями стало для немцев своего рода «предпольем» перед основной линией обороны. Преодоление этого «предполья» привело к существенным потерям в людях и технике. Теперь требовалось прорывать основные позиции германских войск, готовившиеся в течение длительного периода. По мысли советского командования, ввод в бой 2-й ТА должен был переломить ход сражения в пользу Красной армии.

Если 19-й тк вводился в бой и столкнулся с мощной противотанковой обороной к востоку от шоссе Курск – Орел, то 2-ю ТА решили использовать к западу от этого шоссе. Армия на тот момент насчитывала 21 784 человек личного состава[403] и 290 танков (192 Т-34, 85 Т-70, 13 Т-60)[404]. Однако роковую роль сыграло промедление с вводом крупных масс танков. Танковая армия сосредоточилась в выжидательном районе еще вечером 19 июля. Из-за невыхода на назначенный рубеж взводу танков пехоты 70-й А наступление было отложено на утро 22 июля. Для усиления артиллерийского удара на новом направлении 20–21 июля на усиление 70-й А из 13-й А передаются 5-я и 12-я АД и 5-я гв. МД 4-го артиллерийского корпуса прорыва[405].

Однако появление крупных сил мотопехоты и танков оказалось вскрыто немецкой разведкой. Еще в разведсводке группы армий «Центр» от 18 июля указывалось:

«По имеющимся разведывательным данным, войска передвигаются в район между дорогой Орел – Курск и населенным пунктом Чернь и на участок перед правым флангом 46-го танкового корпуса»[406]. В качестве реакции на данные разведки в течение второй половины дня 21 июля и в ночь на 22 июля немцы подтянули резервы в полосу XXXXVI корпуса. Оборону немецких пехотных дивизий на подступах к Кромам усилила 4-я танковая дивизия. К 20 июля она насчитывала 73 боеготовых танка, в том числе 52 Pz. IV с длинноствольным орудием, способные уверенно справляться с советскими танками. Кроме того, к полю боя подошел 505-й батальон тяжелых танков «Тигр» (19 боеготовых Pz. VI на 20 июля[407]). Также, как указывалось в отчетных документах артиллерии ЦФ, противник оборонялся, «широко используя подбитые танки в качестве неподвижных ОТ (огневых точек. – А. И.)»[408]. Это был достаточно типичный для вермахта прием.

Усугублялась ситуация недостатком времени на подготовку данных для артиллерийских частей усиления (4 АКП), выходивших на позиции вечером 21 июля. Работу штаба командующего артиллерией 70-й армии позднее в отчетных документах фронта оценивали негативно. В итоге атаки советских танков и пехоты утром 22 июля были встречены ураганным огнем и контратаками танков. 2-я ТА, на которую возлагались большие надежды, продвинулась всего на 2–4 км, потеряв при этом за день 109 танков подбитыми, сгоревшими и подорвавшимися на минах[409]. Поскольку немцы в тот период опирались на старые позиции 9-й армии, готовившиеся несколько месяцев перед «Цитаделью», немалые потери советские танки понесли на минных полях. Из 109 потерянных танков 2-й ТА 19 танков (почти каждый пятый танк) подорвались на минах. Потери были столь тяжелыми, что уже поздним вечером 22 июля армия получила приказ «отвести танки в укрытие в 2–3 км от переднего края»[410]. Наступление 13-й и 70-й армий было приостановлено.

Несмотря на вывод из боя танковой армии, после короткой паузы советские атаки возобновились. 70-я армия начиная с 25 июля пыталась пробиться к Кромам силами своих пехотных частей. Хотя наступление успеха не имело, силы немецкой обороны также постепенно таяли. К 31 июля в 505-м батальоне тяжелых танков оставалось в строю всего 3 «Тигра»[411].

Новый импульс наступлению Центрального фронта дала передача в распоряжение К. К. Рокоссовского директивой Ставки 3-й гв. ТА П. С. Рыбалко[412]. Она была уже изрядно