Люди-тритоны. Город-западня - Зеб Шилликот

Джаг не испытывал никакого желания с кем-либо заговорить. Неспособный собраться с мыслями, он смотрел на спутников, не видя их. Там, внизу, общения практически не существовало, за исключением общепринятых банальных фраз. Здесь было еще хуже. Сознание словно замерло, остались только инстинкты.

Джаг вошел в какую-то крохотную комнату, площадь которой составляла не более четырех квадратных метров. Стены были обшиты перфорированными панелями, а металлический пол покрыт ворсистыми ковриками. Пища и вино уже ждали на подносе, стоявшем на куске облицовочного камня. В углу находилась какая-то ослепительная никелированная установка, совершенно не вязавшаяся с обветшалым видом комнаты.

Оценив размеры своего временного пристанища, Джаг машинально сел на ложе и принялся есть. Он не был по-настоящему голоден, но инстинкт побудил его к принятию пищи. Он должен был любой ценой поддерживать свой организм, чтобы быть готовым ко всяким неожиданностям. Это проверенное спасительное средство уже не раз выручало его в других обстоятельствах. Именно таким образом он смог несколько месяцев назад пересечь практически из конца в конец ужасное смертельное болото, образовавшееся после падения орбитальной станции с атомными двигателями. При этом Джаг тащил на своих плечах Кавендиша.

Он ел чисто механически, не задумываясь над своими действиями, не ощущая вкуса того, что проглатывал, не испытывая никакого удовольствия от пищи. Точно с таким же отсутствием ощущений он пил, будучи не в силах определить, глотает ли отвратительное низкосортное пойло или пьет виноградное вино высшего качества.

Едва он закончил есть, как тихо открылась дверь, и на пороге появилась Джедия.

Одетая в свои неизменные просторные кожаные одежды, она несколько секунд смотрела на Джага, потом вошла в комнату, оставив за собой дверь открытой.

— Ну что, красавчик! — бросила она, приближаясь к тюфяку. — Чувствуешь себя готовым к бою? Восстановил силы?

И, не дождавшись ответа, начала раздеваться. Под одеждой у нее ничего не было, и она оказалась не такой толстой, как казалось на первый взгляд.

Ее лобок, как череп и брови, был тщательно выбрит. Видимо, Джедия была противницей всякого волосяного покрова на теле. У нее были мощные, без капельки жира, бедра, плоский зад, круглый торс и груди, которые скорее походили на грудные мышцы культуриста, нежели на яблоки любви. Вообще она здорово смахивала на мужчину. Внимательно рассматривая ее, Джаг непроизвольно содрогнулся.

Заметив его реакцию, хозяйка шахты развеселилась.

— Я тебя не очень воодушевляю, да? — ухмыльнулась она, почесывая бок. — Можешь быть уверен, что и ты не в моем вкусе! Но, тем не менее, разденься…

Джаг снял подобие бермуд из черной эластичной ткани, которые носил днем и ночью, и бросил их к импровизированному обеденному столу.

— Надо признать, что ты прекрасно сложен, — оценила Джедия, сев на биде и приступив к интимному туалету, сопровождаемому журчанием и характерным плеском воды, — но это еще ни о чем не говорит! Мне доводилось видеть богатырей, оснащенных приборами размером с предплечье! Конечно, длина и толщина впечатляют, но это еще не все…

Она встала, бесстыдно вытерла промежность мягким бумажным полотенцем, внимательно осмотрела его в поисках только ей одной известных следов.

— Никогда не следует доверять внешнему виду, — продолжала она, — и, особенно, делать поспешные выводы. Предполагают, что у крупных женщин дымоход с сильной тягой, но что касается меня, это совершенно не так. Лично у меня очень маленькая «кошечка». Ты не смог бы ввести в нее даже кончик своего «поршня».

Увидев застывший, изумленный взгляд Джага, она разразилась смехом и бросила салфетку в биде, наполовину заполненное водой.

— Ты спрашиваешь себя, для чего же ты здесь, так? — посмеивалась она. — Потерпи, скоро все поймешь…

И в этот момент в комнату вошла девушка-подросток. На ней был фиолетовый халат без рукавов. В руках она держала какой-то предмет, обернутый куском шелковой ткани. Девушка закрыла дверь и похотливой походкой направилась к тюфяку.

— Это Жемчужина, — сказала Джедия, кивнув в ее сторону. — Я не стану объяснять, почему ее так зовут, ты все поймешь сам.

Затем, обращаясь к девушке, она бросила:

— Я не знаю, как его зовут, но в визитной карточке он не нуждается! У него есть штырь в самый раз для твоего паза!

Большие черные глаза девушки остановились на вялом члене Джага, и на ее лице появилась жадно-похотливая гримаса.

Вблизи она уже не казалась такой юной. Безусловно, она была молода, но давно достигла половой зрелости. У нее было очень привлекательное личико, а ротик с пухлыми губками напоминал вишенку.

Не говоря ни слова, она начала снимать с себя одежду. Одно движение руки — и халатик соскользнул на пол, наделав шума не более, чем перо, упавшее на воду.

Увидев девушку обнаженной, Джаг понял природу происхождения ее имени. Ее пупок украшала большая жемчужина, а по центру черных кудряшек лобка проходила нитка более мелких жемчужин, нанизанных на крючочки золотистого металла. Это необычное украшение шло сверху вниз вдоль складок молочно-белой плоти.

— Как ты ее находишь? — поинтересовалась Джедия, подойдя к ней. — Ты видишь изящество линии шеи, форму бедер, рельеф груди? А ее попка? Ты только посмотри на ее попку! Ты должен быть осторожен и не слишком грубо с ней обращаться. Начинай, — сказала она, обращаясь к девушке, — доведи его до нужной кондиции.

Не заставляя себя долго уговаривать, Жемчужина села на тюфяк рядом с Джагом. У нее была нежная кожа, от которой исходил терпкий мускусный запах. Она прижалась к нему теплым телом, но когда Джаг захотел ее поцеловать, она воспротивилась.

— Ее рот принадлежит мне! — заявила Джедия, наблюдая за ними. — Она тебе его не даст. По крайней мере, если я ей не прикажу.

Чуть смутившись, Джаг тем не менее начал пробуждаться. В его апатичном мире появилась брешь, через которую пульсирующими струями возвращались рассудок и ясность ума.

В одно мгновение он обрел какую-то часть своих атрофированных умственных способностей, как тогда, когда спасался от рыбы-шара.

В данной обстановке это проявилось через животное желание, от которого мучительно восстало мужское достоинство.

— Ты производишь на него впечатление! — хохотнула Джедия, совершенно ошибаясь относительно истинных причин мощи Джага.

Трясясь, как в лихорадке, потеряв голову от неожиданного неукротимого желания, Джаг опустил руку к животу партнерши.

Но ему никак не удавалось просунуть руку между ног девушки — она нервно уклонялась от его ласки — и тогда Джаг припечатал ее спиной к ложу, намереваясь разобраться в причинах своей неудачи. Хозяйка шахты резко оттолкнула его ногой.

— Спокойно, — сказала она. — Ты обыкновенный самец, который сразу же хочет получить желаемое. Сожалею, но здесь законы устанавливаем мы, и ты должен подчиняться.

Опустившись на колени, она прошлась указательным пальцем, пожелтевшим от никотина, по нитке блестящих жемчужин, которые исчезали между плотно сжатыми ногами молодой женщины.

— Это не только украшение, — объяснила она, раздвигая волосяной покров на лобке. — Это еще и надежный запор. Посмотри!

Заинтригованный Джаг придвинулся ближе, наклонился и с ужасом отметил, что крючочки, на которые были нанизаны жемчужины, выполняли еще и функцию этаких железных челюстей, которые сомкнулись на складках нежной плоти, пронзив их насквозь, и плотно прижав друг к дружке.

— Это тоже принадлежит мне, — информировала его Джедия. — Это слишком драгоценный фрукт для таких ублюдков, как ты! Вы умеете только рыть, разрывать все снизу доверху, тогда как нужно услаждать, ласкать. Свои лучшие чувства вы растрачиваете на собак и лошадей! Вы испытываете большую любовь к животным, нежели к женщинам! Это нормальное явление… среди зверей.

Переглянувшись, женщины заговорщически улыбнулись.

— Ты возьмешь то, что осталось, — продолжала Джедия, — отверстие, предназначенное для испражнений. Это больше подходит для такого примитивного самца, как ты. В любом случае, у тебя всего лишь один инструмент для нас двоих. А теперь, по местам!

Жемчужина тут же прилипла к Джагу. Стоя на коленях, она высоко подняла зад с раздвинутыми ягодицами, демонстрируя борозду, прикрытую блестевшими от влаги волосиками.

Просунув руку между бедер, молодая женщина схватила Джага за мошонку и потянула к себе. Затем она лихорадочно взяла в руку член Джага, провела им по своей канавке, защищенной жемчужинами и подвела его к узкому коричневатому отверстию. Она долго и тщательно устанавливала его, прежде чем начать делать толчки назад, медленно насаживая себя на твердую плоть.

Как только Джаг задвигался быстрее, Жемчужина приподнялась и занялась последними приготовлениями, которые заключались в том, чтобы застегнуть вокруг талии и на бедрах широкий кожаный пояс с тонким и длинным искусственным фаллосом, сделанным из жемчужных колец, соединенных между собой смолой желтого цвета.