Буду покорной - Екатерина Орлова

Я бы не хотела признаваться ему, что спала как младенец. Что так сладко не спала уже давно. Что провалилась в сон, как только голова коснулась подушки и ни разу за ночь не проснулась даже чтобы посетить туалет.

– Нормально, – ответила коротко, ускорив движение руками по телу, как будто так я могла быстрее смыть с себя пену и кондиционер с волос.

Клим потянулся через меня к полке, прижавшись плотнее, и его член мазнул по моей ягодице. Всего лишь короткое касание, но мне стало невероятно жарко. Забрав шампунь, Клим снова отодвинулся, но далеко не отошел, я все еще чувствовала спиной жар его тела.

– Ты не мог бы немного отойти? Мне не совсем удобно.

Он снова потянулся к полке, намеренно задевая меня своим членом, который, по ощущениям, был твердый, как камень. Я успокаивала себя тем, что это просто обычный утренний стояк, ничего критичного. Но по телу все равно разбегалась дрожь, зажигая его в разных местах и распаляя мою фантазию, которую уже несло, как лыжника с горы. Я осознала, что Климу было бы достаточно схватить меня за шею и нагнуть немного вперед, а потом войти в меня и трахать. Самое страшное, что вряд ли бы я сопротивлялась. Может быть, только для приличия я бы повозмущалась немного. Но, скорее всего, даже этого не было бы. Возможно, это говорил скопившийся во мне стресс, который искал выход, но картинки перед глазами были очень живые.

– Не мог бы, Ника, – наконец ответил он, выпрямляясь, но практически не отодвигаясь от меня. – Мне так комфортно.

– Тогда выпусти меня, пожалуйста. Я закончила.

– У тебя на волосах осталось средство. Помочь смыть? – произнес он низким голосом мне на ухо.

– Спасибо, я справлюсь, – ответила, борясь с дрожью пальцев.

Я старалась побыстрее смыть кондиционер, чтобы сбежать из душа. Хотела еще раз помыть интимные места, но при Климе я вряд ли бы решилась. У меня в голове возникла идея выйти отсюда и найти спальню Аланы, в которой есть собственная ванная. Там я могла спокойно домыться. Удивительно, но Клим даже без моей повторной просьбы отступил от меня, давая пространство двигаться. Как только кондиционер был смыт, я повернулась лицом к Романову и обомлела. Он стоял в паре шагов от меня и… медленно водил рукой по члену, рассматривая меня. Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Как ни пыталась удержать взгляд на его лице, он то и дело съезжал вниз туда, крепкие пальцы обхватывали мощный, увитый тугими венами орган с красноватой, налитой головкой. Я сглотнула скопившуюся во рту слюну. Пыталась убедить себя, что это вовсе не от желания принять его в свой рот, но память навязчиво подкидывала картинки сессии Клима с Аланой, где она делала ему минет. Нет, не так. Где он трахал ее рот. Вколачивался неумолимо, как будто наказывал за ее желание.

– Нравится? – хрипло спросил он.

– Нет, – ответила быстро и сделала шаг в сторону.

– Стой, где стоишь, – приказал Клим, и я, что удивительно, остановилась.

– Нравится, – спокойно констатировал он. – Так нравится, что между ног у тебя сейчас влажно, а через пару минут опухнут нижние губки от желания. Но ты, конечно, этого не признаешь. Как и того, что твои соски сейчас сжались совсем не от холода. Ты заведена, Вероника, только не хочешь сознаться в этом. Но мне и не нужно. Я все вижу по реакциям твоего тела, которое не врет. Мозг, рот, даже сердце врут. Тело – никогда. Ты хочешь мой член. Во рту, в киске, даже в своей очаровательной попке, которая жаждет приключений. Хочешь облизывать его, заглатывать до рвотных позывов и слез. Ты не хочешь сосать, ты горишь желанием, чтобы я трахнул твой рот. Жестко и быстро, чтобы челюсти саднили.

Каждое его слово врезалось в меня, оставляя невидимые метки. И каждое его предположение было правильным. Я была возбуждена так сильно, что мне хотелось сделать хоть что-то, чтобы облегчить свое состояние. И ведь ничего такого не происходило между нами, даже не было контакта. Но я, не отрываясь, следила за движениями его руки, все сильнее дрожа от желания. Мне приходилось напоминать себе, что у меня есть парень, из-за которого я была здесь. Приходилось мысленно встряхивать себя, чтобы прямо сейчас не упасть на колени и не умолять Клима делать со мной все, что ему хочется, только бы он помог мне справиться с этим возбуждением.

– Положи ладони на грудь, Ника, – произнес Клим. Его голос завораживал, словно обволакивал туманом мое сознание. Совсем не думая, а только глядя в бездонные голубые глаза, я выполнила его приказ. – Сожми соски. – Из меня вырвался шумный выдох вперемежку с тихим, едва слышным стоном. – Вот так. Помни ее. Сжимай так сильно, как сжимал бы я. Умница. Не сдерживай стоны, я хочу слышать тебя. А теперь опусти одну руку ниже. Нет, не торопись. Медленно проведи ею по животу. Ника, слушай, что я говорю тебе. По животу, не опускай ниже. Не смей прикасаться к себе между ног. Вот так. Чувствуешь, как он подрагивает?

– Да, – выдохнула я.

– Не оставляй грудь без внимания, Ника. Ласкай себя. Правую руку выше, я не разрешал трогать себя между ног, – строго сказал он, а мне хотелось захныкать. Ну как так? Именно там я нуждаюсь больше всего!

– Но Клим…

– Нет. Я говорю – ты выполняешь. Это работает только так. Ника! Я тебя сейчас свяжу!

– Клим, пожалуйста.

– Обе руки на грудь. Сожми соски. Сильнее. Вот так.

Меня трясло от ощущений и желания поскорее получить разрядку. Но вместо того, чтобы приближаться к ней, казалось, я все сильнее отдалялась. Удовольствие от ласок груди только сильнее распаляло мое желание, которое накатывало волнами и никак не хотело трансформироваться во взрыв, без которого, казалось, я могла умереть просто от переизбытка чувств.

– Умница. Еще немного. Дай мне посмотреть на тебя. Подними голову, открой глаза. Красавица. Тебе так идет возбуждение, ты себе даже не представляешь. Расставь ноги шире. Я хочу видеть твое возбуждение. Вот так, девочка. Жарко тебе?

– Да. Очень жарко.

– Тебе нравятся ощущения?

– Нет, – ответила я, глядя на него невидящим