Русско-шведская война. 1610–1617 - Сергей Николаевич Бирюк

мая 1612 г. были отправлены верные ему отряды казаков. Через неделю Лжедмитрий III пытался бежать в Порхов, но был схвачен и отвезен под Москву, где был заключен в тюрьму[254].

На рубеже зимы и весны 1612 г. Делагарди намеревался захватить русские крепости, расположенные в северо-западной части страны. Однако осуществить этот план ему не удалось из-за боев с казаками. Только когда вопрос с казаками был урегулирован, он сразу же начал новую подготовку, чтобы снова начать борьбу за крепости. Поход начался лишь тогда, когда дороги стали проходимыми после оттепели. Как обычно, войска возглавил Эверт Горн.

Чтобы довести отряд Горна до необходимой численности, Делагарди пришлось сократить гарнизон в Новгороде и других городах Новгородчины. Ему это удалось, так как после зимней кампании наступило затишье. В Новгороде остались два или три шведских эскадрона, а также – по крайней мере, на первых порах – упомянутые ранее три казачих хоргуви Рикарда Банда, полк Рехенбергера, финские роты Ларса Горанссона Позе и сводная рота из полка Коброна под командованием подполковника Роберта Поплера. Большую часть пехоты этого полка – пять рот, насчитывавших не менее 366 солдат, – пришлось отправить обратно в Финляндию. Это произошло потому, что солдаты объявили, что не будут сражаться, пока не будут удовлетворены их непомерные требования по выплате жалованья. Таким образом, к концу года их перестали учитывать в планах. Однако прежде чем солдаты были распущены по зимним квартирам, в дополнение к отдельному отряду в Новгороде были сформированы две малочисленные роты под командованием Роберта Моора и Бальфура, которые вместе с эскадронами Рутвена и Вакопа вошли в состав отряда Горна. По той же причине Делагарди отделил около сотни своих лейб-гвардейцев, которыми командовал Даниэль Хепберн.

После объединения с отрядом, отправленным после капитуляции Орешка в Ниен и окрестности Копорья, армия Горна состояла из около 10 эскадронов, в том числе 8 финских и 2 шотландских, а также около 8 иностранных и не менее 2 финских рот. Всего в распоряжении Горна было не более 2750 воинов. На этот раз он взял с собой тяжелую артиллерию и 6 огненных мортир[255].

Первой целью Горна стала ближайшая крепость Копорье. Еще весной 1612 г. отряд новгородцев Г.Н. Муравьева начал блокировать крепость. Гарнизон крепости неоднократно совершал вылазки. Особенным упорством отличались бои у построенного новгородцами острожка. Новгородцы продержались в острожке до прибытия главных сил Горна[256].

Во время похода Горна на Копорье отряд казаков Марка Козлова попытался атаковать войска полковника Линдведа Классона, ранее расквартированные в провинции. Однако, когда Горн двинулся на помощь Классону, казаки были разбиты, а Козлов взят в плен. Шведы обложили крепость не позднее 3 июня. Горн предложил гарнизону сдать крепость, но получил отказ. Шведы постепенно выводили из строя артиллерию крепости, а затем подтянули траншеи к крепостным стенам и заложили мины. Пока все ждали приказа о штурме, но 16 июня Копорье капитулировало. Горн ввел в крепость 100 финских пехотинцев и, поскольку у него не было подходящей кандидатуры на пост коменданта крепости, назначил одного из русских.

Следует отметить, что стены Копорья поразили шведов толщиной и прочностью. После взятия крепости Горн писал: «Когда я отправился сегодня с группой моих лучших офицеров на территорию замка и осмотрел его состояние, я заметил, что для его взятия потребуется много пороха. Стена там полтора локтя толщиной, а бастион, по которому я стрелял, имеет толщину полметра, но там есть определенное место, которое можно заминировать, что можно сделать с незначительными усилиями». Гарнизон крепости состоял из 100 стрельцов, около 150 казаков, и немногочисленного городского ополчения[257].

Захватив Копорье, Горн двинулся в сторону Яма. Крепость капитулировала в конце июня. Он назначил немецкого капитана Хемминга Грасса комендантом. Гарнизон крепости составил 130 солдат. Позже гарнизон был усилен отрядом из 40 стрельцов из Копорья и эскадроном, которым ранее командовал Ларс Андерссон, а теперь Маттс Якобссон (Браксен). Конкретных указаний от Делагарди Горн не получил и поэтому после некоторых колебаний решил обойти Ивангород и направиться на Гдов. Горн получил подкрепление из Новгорода: три казачьих хоругви под командованием Рикарда Банда, всего около 350 всадников. Чтобы запутать русских, Банд направился в Ивангород. Выбранный маршрут был на 50 км короче и давал больше возможностей пересечь реки Луга и Плюсса. Более того, Горн смог обойти районы Сомерской волости южнее Ивангорода, поскольку хотел сохранить местные запасы продовольствия. Он прибыл в Ивангород самое позднее 28 июня. Он приказал построить возле крепости укрепление, чтобы затруднить поставки продовольствия и подготовиться к предстоящей осаде. Гарнизон укрепления состоял из эскадрона Маттса Якобссона, роты Рейнхольда Якобссона, 80 спешившихся казаков из Копорья и, по крайней мере первоначально, казачьей хоругви. Однако казаки недолго оставались в укреплении[258].

3 июля Горн двинулся из Ивангорода в сторону Гдова, куда прибыл через день. Передовыми отрядами шведов и новгородцев у крепости уже было построено укрепление. Из Нарвы по Чудскому озеру была подвезена артиллерия.

Кроме главных сил Горна, прибывших из района Ивангорода, к Гдову со стороны Порхова подошли еще несколько отрядов. Осада длилась недолго. После нескольких дней обстрела Гдов был взят приступом.

Псков отправил помощь своему пригороду. Перейдя реку Желча по мосту, псковичи приняли «правильный боевой строй». Бой развивался для них неудачно. В ходе отступления на мосту много псковичей погибло в результате его обвала. Согласно псковскому летописцу «немцы много пскович побили… 90 человек убили и в полон поимали».

По мнению Я.Н. Рабиновича, Гдов был захвачен около 20 июля. В этот день Эверт Горн написал из захваченной крепости письмо Якобу Делагарди. Во всяком случае, 26 июля в Выборге был дан орудийный салют по случаю взятия этого города[259].

Поскольку Горн зашел так далеко на юг, он решил, что стоит предпринять еще одну попытку захватить Псков. Он уже захватил крепости Ям, Копорье и Гдов и поэтому надеялся, что на этот раз Псков будет более склонен капитулировать. Между тем оказалось, что город остался таким же стойким, как и прежде.

Еще осаждая Гдов, Горн безуспешно просил псковские власти перейти на сторону Новгорода и Швеции. Когда шведы подошли к городу, там их уже ждали высланные из крепости войска. И хотя шведы быстро обратили их в бегство, Горн понимал, что взять город можно только силой. Однако его солдаты не справлялись с трудностями осады. Уже во время осады Копорья состояние их здоровья было не лучшим, а во время последующих операций число больных неуклонно росло. В частности, проблемой для Горна стала слабая стойкость иностранных солдат к