Таблетки для рыжего кота - Мэг Кэбот

— Ты пробыла дома уже полчаса, но так ничего и не заметила, — сказал он.

Я недоуменно заморгала.

— Что я должна была заметить? О чем ты?

Купер показал на дверь в садик. И только тут я заметила, что посередине большой двери он установил дверцу для собаки.

— О боже! — Я вскочила на ноги. — Купер, когда ты это сделал?

Купер тоже встал, усмехаясь, подошел к двери и показал, как легко маленькая дверца качается взад-вперед.

— Я сделал это после нашего возвращения из Рок-Риджа. А заказал раньше. Дверка открывается только если к ней подойти в специальном ошейнике, это мера предосторожности, чтобы всякие психи не попытались пролезть через нее в дом. Установить дверку было довольно легко. Труднее будет приучить Люси ею пользоваться. Но я рассудил, что теперь, когда твой отец от нас уехал, это облегчит тебе жизнь, ведь ты днем работаешь. Люси все равно нужно будет выгуливать, а через эту дверь она, в крайнем случае, сможет выйти сама. Конечно, если разберется, как это сделать.

Я присела на корточки полюбоваться работой Купера. Между самой дверцей и отверстием, которое под нее выпилил Купер, кое-где были зазоры, но для меня важна была не эстетика, а то, что Купер сделал в своем доме что-то постоянное — для моей собаки.

Я в смущении почувствовала слезы на глазах. Надеюсь, он этого не заметил.

— Купер… это так… так мило с твоей стороны.

— Ну… — Казалось, Куперу немного неловко. — Но я купил только один ошейник безопасности. Я не знал, что у нас будет двое животных, которым нужно входить и выходить…

— Не будет. — Я покосилась на Гарфилда. Он устроился на кухонном коврике и свирепо смотрел злыми желтыми глазами на Люси, которая все еще пряталась под столом. — Утром я найду ему новый дом. К тому же я уверена, что он никогда и не выходил из дома на прогулку.

— Если честно, — сказал Купер, почему-то избегая встречаться со мной взглядом, — я даже не знал, долго ли вы с Люси пробудете в этом доме.

Я выпрямилась и вытерла вдруг повлажневшие ладони о джинсы.

— Ах да. — Мне было трудно смотреть ему в глаза, поэтому я стала смотреть на Гарфилда. — Насчет этого.

Купер тоже выпрямился.

— Дело в том, — сказал он (я, не знала, куда он смотрит, но догадывалась, что на меня, и поэтому моим щекам стало жарко), — что когда я несколько месяцев назад сказал, что не хочу становиться твоим спасательным кругом…

— Право, — поспешно перебила я, у меня появилось предчувствие, что разговор принимает нежелательное направление. — Нам необязательно обсуждать это прямо сейчас. Вообще-то, у меня есть идея. Давай пойдем спать. У нас обоих был длинный, трудный день, давай ляжем спать, утро вечера мудренее. Давай не будем говорить ничего такого, о чем потом можем пожалеть.

— Я не пожалею о том, что говорю это, — сказал Купер. При этих словах я все-таки отвела взгляд от Гарфилда.

— У тебя сотрясение мозга. — Я заглянула ему в глаза, проверяя, одинакового ли размера зрачки, — так врач велел. Зрачки казались обычными, но сказать наверняка я не могла. — Ты плохо осознаешь, что говоришь.

— Хизер! — К моему удивлению, Купер сжал мок руки в своих. Глаза уверенно смотрели в мои глаза. Зрачки казались абсолютно одинаковыми. — У меня нет сотрясения мозга. Я точно знаю, что говорю. Я говорю то, что давно должен был сказать.

О господи! Ну почему я? Как будто мало мне неприятностей для одного дня! Честное слово, в меня же стреляли! Меня покусал огромный рыжий кот по имени Гарфилд. Неужели в этот же день меня еще бросит мужчина, которого я люблю?

— Серьезно, Купер, — заныла я. — Нельзя ли нам просто…

— Нет, — твердо сказал он. — Я говорил, что не хочу быть твоим спасательным кругом, и когда я это говорил, я так и думал. Но я не ожидал, что ты пойдешь и найдешь другого парня, который такой…

Я поморщилась.

— Послушай, я знаю. Но…

— Такой безупречный, — закончил Купер.

Я быстро заморгала, думая, что ослышалась.

— Постой. Что???

— Я не ожидал, что он предложит тебе жить с ним вместе, — выпалил Купер. — И что ты согласишься.

— Я не согласилась! — закричала я. Купер вдруг сжал мои руки очень крепко.

— Ты не согласилась?! — Он пристально всмотрелся мне в глаза. Я отметила, что зрачки у него все равно остались одинакового размера. — Значит, когда вы с Тедом разговаривали сегодня…

У меня вдруг пересохло во рту. Может, сегодняшний день закончится не так уж плохо.

— Я отказалась.

Я не стала объяснять Куперу, что именно Тед предлагал мне и от чего я отказалась. Решила, что Куперу это знать не обязательно.

— А как насчет твоего папы? — медленно спросил Купер. — Я имею в виду их с Ларри предложение.

— От него я тоже отказалась.

Мое сердце стало вытворять в груди какие-то странные вещи. Я даже толком не знаю, что именно. Кажется, оно заплясало «ча-ча-ча».

— Купер, я не хочу жить с Тедом. И, между прочим, он не совершенство, далеко не совершенство. Вообще-то… сегодня вечером мы расстались. И я не хочу заново строить карьеру певицы. Мне нравится моя работа. Мне нравится жить здесь, с тобой. С тех пор как я сюда переехала, все стало так здорово. Знаешь, сегодня, когда в меня стреляли, я думала о том, что не хочу умирать и не хочу ничего менять.

— Хотел бы и я сказать то же самое, — улыбнулся Купер. — Но я готов к переменам.

Тут он отпустил мои руки и взял меня за талию. И еще до того, как я успела что-нибудь добавить, он привлек меня к себе и накрыл мой рот своим — довольно-таки собственнически, должна сказать. В моей голове пронеслось множество мыслей. А самая главная из них: «Купер меня целует!» Честное слово, мне даже не верилось. Все эти месяцы, что я по нему сохла, я даже не мечтала, что он может ответить на мои чувства.

Чтобы его проняло, мне понадобилось всего лишь признаться, что я встречаюсь с преподавателем математики, вегетарианцем и игроком во фризби.

Ах да, и еще несколько раз побывать на пороге собственной гибели.

Но какие могут быть счеты?

Кажется, Купер подошел к поцелую довольно серьезно. Он время зря не тратил. Он сразу очень решительно прижался ко мне всем телом. Его язык работал просто превосходно. Впечатляет. И даже более того. Я просто таяла. Чувствовала себя батончиком «Дав», слишком долго пролежавшим без холодильника.

Когда Купер меня отпустил, чтобы вздохнуть, моя твердая шоколадная скорлупка совсем исчезла, и я превратилась в большую мягкую массу.

— Я думаю, тебе нужно жить со мной, — сказал Купер, глядя на меня зрачками, которые уж совершенно точно были одинакового размера.

— Купер, я и так с тобой живу, — напомнила я.

— По-настоящему жить со мной. Внизу. В моей комнате, а не в разных.

— Тогда тебе придется убирать свои вещи, — сказала я. — И чтобы в кабинете больше не валялись обертки от фаст-фуда.

— Отлично, — согласился Купер. — А с твоей стороны — больше никаких расследований, пока не получишь диплом по уголовному праву. Думаю, октябрь — подходящий месяц для женитьбы.

— Подожди. ЧТО-О? — Кажется, мое сердце перестало танцевать «ча-ча-ча» и стало вытворять что-то более сложное. Что-то такое, от чего может потребоваться дефибрилляция. — Ты сказал, что…

— Предлагаю сбежать и пожениться тайком, — уточнил Купер. — Терпеть не могу свадеб, но мне всегда нравился Кейп в октябре. Туристов не так много.

— Пожениться тайком?

Мне точно нужно срочно подышать в бумажный пакет, а то у меня начинается гипервентиляция.

— Если ты не против, — быстро добавил Купер, видя мое состояние. — Мы можем не торопиться, конечно. Но, учитывая фактор Теда, я подумал, что лучше…

— Пожениться тайком — это здорово, — торопливо закивала я. Мне все еще не верилось, что я не ослышалась. Общее детективное агентство, то самое, о котором я давно мечтала… «Уэллс-Картрайт инвестигейшнз»… не говоря уже о детях — Джеке, Эмили и Шарлотте… все это в один прекрасный день станет реальностью, причем довольно скоро!

О боже, теперь у меня точно начнется гипервентиляция.

Стоп. Нет. Не начнется. Потому что это же так… так здорово!

Я с трудом сдерживала улыбку. А потом поняла, что сдерживать не надо.

— Сбежать и тайно пожениться — это отличная мысль! — выпалила я. — Можно пригласить папу?

— Ну, если ты настаиваешь… — нехотя согласился Купер.

— И Тома со Стивом? Если я их не приглашу, они очень обидятся. И Сару тоже. И Себастьяна, если она еще будет с ним встречаться. И Магду, и Пита. Его дочери могут нести букеты, будет очень красиво.

— Хизер! Если у нас будет так много гостей, это будет не тайное венчание. А самая настоящая свадебная церемония. А я их терпеть не могу.

— Все будет хорошо, — заверила я. — Главное, чтобы не было твоих родителей и моей матери. Нам же все равно понадобятся свидетели.