Таблетки для рыжего кота - Мэг Кэбот

— Между восемью и восемью тридцатью часами утра.

— Точно, — сказал Марк. — Вы хотите сказать, я сделал это, пока вел утреннюю службу, которую провожу каждый день с семи до восьми тридцати утра, перед как минимум двадцатью или тридцатью студентами? Не будете ли так любезны объяснить, как я выскользнул у них на глазах из церкви, застрелил вашего босса, прокрался обратно и продолжил службу, так что никто не заметил моего отсутствия?

Я растерянно глотнула. Так вот почему детектив Канаван не спешил арестовывать преподобного. Не потому, что уже задержал подозреваемого. А потому, что у преподобного Марка было железное алиби.

— О… — протянула я.

Черт побери! А я так хотела, чтобы убийцей оказался именно он.

— Знаете, — раздраженно сказал Марк, — мне это страшно надоело. Только потому, что несколько религиозных деятелей оказались не совсем порядочными, люди решили, что все лица духовного звания — прирожденные мерзавцы. Мы все либо совратители малолетних, либо изменники, либо хладнокровные убийцы.

— Извините, — сказала я. — Но вы только что сами признали, что приставали к некрасивым и толстым девушкам, чтобы повысить их самооценку. Это просто позор, особенно если учесть, что вы в силу вашего положения имеете над ними некоторую власть, и если им не нравились ваши приставания, вполне возможно, они просто боялись вам об этом сказать.

Марк издал какой-то звук, похожий на блеяние.

— Это не позор! Наоборот, это очень…

Но что «очень», ему объяснить не удалось, потому что дверь резко распахнулась, и в нее со скоростью ракеты влетел Купер.

— Хизер! — Я все еще стояла спиной к стене, когда он меня увидел, его глаза расширились, только я не смогла определить, какое чувство в них горело. По-моему, это был страх. Или как минимум тревога. — Ты в порядке?

— Да, я в порядке, — немного неуверенно пробормотала я. Мне все еще не верилось, что я ошибалась насчет преподобного Марка.

— Я же тебе велел оставаться в зоне моей видимости! — рявкнул Купер.

— Да… но у преподобного Марка оказалось на этот счет другое мнение.

Зря я так сказала, это была моя ошибка. Потому что в следующее мгновение Купер одним прыжком преодолел несколько футов, разделяющие меня и Марка Холстеда, видимо, не замечая выражения паники, появившегося на лице преподобного. Через секунду Купер бросился на преподобного, повалил его, и они оба покатились вниз по лестнице.

20

Понедельничный парень был занят собой,

Вторничный парень пил только виски,

Парень среды уходил по-английски,

Парень-четверг не дружил с головой.

Чтобы разнять Купера и преподобного Марка, потребовались совместные усилия Тома, Стива, Гевина и Джейми (когда я удивилась силе ее мышц, она ответила: «Объездка»). Когда их наконец растащили, оказалось, что мы опоздали — ущерб был уже нанесен. Позже врачи констатировали сломанный нос и ушибленные ребра (у преподобного Марка) и вывихнутый палец и возможное сотрясение мозга (у Купера). Однако подтвердить, есть ли у Купера сотрясение мозга, не удалось, потому что он отказался ехать в больницу.

— Что они могут сделать при сотрясении мозга? — спросил Купер после того, как врач вправил ему мизинец. — Скажут, чтобы я не принимал кодеин и посадят кого-нибудь будить меня каждые два часа, чтобы убедиться, что я не впал в кому? Извините, но это я и дома могу сделать.

Марк отнесся к перелому носа спокойно и даже не стал выдвигать против Купера обвинение, когда узнал, что на него напал Картрайт из «Картрайт рекордс».

— Возможно, оно и к лучшему, — сказал он, усаживаясь в машину «скорой помощи». (В отличие от Купера преподобный охотно дал отвезти себя в больницу Святого Винсента, вероятно, чтобы оттянуть момент неприятного разговора с начальством по возвращении в студенческую часовню.) — Теперь моя проблема решится, потому что я стану не таким привлекательным для дам.

— Да, — сказала я. — Желаю удачи.

Хотя преподобный Марк и не убивал доктора Витча, распоряжение об объявлении персоной нон-грата я не отменила, а Джейми по-прежнему собиралась подать на него официальную жалобу, к которой я обязательно добавлю собственное примечание с его признаниями и информацией о том, что с предыдущих мест работы его уволили по неразглашенным причинам.

Пусть он и не убийца, но все равно остается подонком.

Наконец волнения улеглись, и все мы медленно двинулись в сторону Фишер-холла. Медленно, потому что подстраивались под шаг Купера: похоже, у него были и еще какие-то повреждения, о которых он не рассказал врачам.

— Признаться, церемония меня разочаровала, — сказал Себастьян.

Я не удержалась от колкости:

— Ну да, все бы шло хорошо, если бы не появился ты.

Я вертелась вокруг Купера, готовая подхватить его в любую минуту, если он вдруг начнет падать. Ему это не нравилось, и он уже два раза просил меня не путаться под ногами. Я сказала, что присматриваю за ним, так же как он присматривал за мной в спортивном центре. А он заявил, что на него никакие священники-убийцы не охотятся.

— Это я во всем виновата, — вздохнула Сара. Мы плелись по Бликер-стрит мимо подземных развлекательных клубов и надземных маникюрных салонов и магазинов суши. — Мне казалось, будет правильно, если Себастьян придет на поминальную службу, чтобы отдать дань уважения. Мне и в голову не приходило, что миссис Витч окажется такой психованной.

— А какой реакции ты от нее ожидала? — поинтересовался Гевин. — Только что пришили ее бывшего мужа.

— Вот именно, — продолжала Сара. — Бывшего, а не нынешнего. Ее реакция совершенно неоправданна. У этой женщины явно остались какие-то нерешенные вопросы с Оуэном.

Себастьян и Сара держались за руки. Очевидно, обед с Блументалями прошел удачно. По сути дела, мы с Купером были единственными, кто возвращался в Фишер-холл, НЕ держась за руки. Определенно, любовь разлита в воздухе.

После того как «скорая помощь» уехала, я поискала глазами Теда, но нигде не нашла. Исчезла и Маффи. Я не говорю, что они ушли вместе, но они оба исчезли.

Конечно, к тому времени все остальные тоже разошлись. Появление возле спортивного центра двух машин «скорой помощи» оказалось в некотором роде знаком окончания приема. Том и Стив ушли к себе — они жили по другую сторону от парка. Эллингтоны, естественно, уехали на своей машине, миссис Витч тоже.

Вообще-то, Тед мог бы задержаться, чтобы проводить меня до дома — как-никак меня недавно пытались убить.

Но, наверное, как только ты расстаешься с парнем, на него больше нечего рассчитывать.

— Мне просто кажется, — сказала я Себастьяну, — что если ты хотел представиться бывшей жене Оуэна, тебе стоило выбрать более подходящий момент.

— Так в том-то все и дело! — воскликнул Себастьян. Мы дошли до улицы МакДугал и свернули на нее. До Фишер-холла оставалась пара кварталов. С этого расстояния мы уже слышали шум собрания КРА, проходившего в парке. Того самого, на котором я отказалась петь. — Я уже встречался с Пэм.

— Извини, но это невозможно. Она только сегодня приехала в город. А ты всего несколько часов назад вышел из тюрьмы.

— Я хочу есть, — заныла Джейми. Ничего удивительного — мы проходили по Третьей Западной улице, и ветер доносил до нас аппетитные запахи из пиццерии Джо.

— Мы закажем еду, когда доберемся до дома, — пообещал Гевин. — Если ты не хочешь поесть в кафе.

— Здорово, — мечтательно сказала Джейми. — Я хочу пиццу с колбасой и грибами, а ты?

— Можешь себе представить: я тоже обожаю колбасу и грибы! — обрадовался Гевин.

Мы перешли Третью Западную улицу, направляясь к Четвертой Западной.

— Мы встретили Пэм вчера, в кружке шахматистов, — сказала Сара. — По крайней мере, я думаю, это была она. Правда, Себастьян?

— Точно, — кивнул Себастьян. — Она расспрашивала про КРА и взяла кое-какую нашу литературу.

— Не может быть! — заявила я. — Невозможно! Вчера утром ее не было в Нью-Йорке, она не могла примчаться так быстро, поскольку живет в Айове.

— В Иллинойсе, — поправил Купер.

— Неважно. Она объявилась в Фишер-холле сегодня утром. С чемоданом.

Сара растерялась.

— Себастьян, тогда кто же была та женщина вчера?

— Не знаю. — Себастьян покачал головой. — Я так устал, что голова плохо работает.

— Бедняжка! — Сара погладила его по щеке, на которой уже проступила щетина. Видно, в «Райкерз» заключенным не выдают бритвы. — Давай-ка уложим тебя в кроватку. Утром тебе станет лучше.

— Нет, — устало сказал Себастьян, — мне нужно идти на собрание.

К моему удивлению, Сара возразила:

— КРА один вечер может обойтись без тебя.

— Нет. — В голосе Себастьяна слышалась безмерная усталость. — Это мой долг, я должен пойти.