Возвращение доктора Фу Манчи - Сакс Ромер

Найланд Смит, похоже, тоже был очень заинтересован.

— Уж не хотите ли вы сказать, — съязвил Найланд, — что доктору Фу Манчи есть чему поучиться у вас «Под фронтонами»?

Веймаут флегматично кивнул.

— Именно так, потому что вещи там произошли и в самом деле удивительные, по сравнению с которыми все, чем мы занимаемся, — сплошная банальность. Когда «Дом под фронтонами» попал нам на заметку второй раз, я задумался. А что, если какая-то ниточка связывала эти две жертвы? Ограбление, месть — ну, какой-то общий мотив убийства? Я навел справки, сопоставил и был разочарован.

— Стало быть, дома с привидениями у нас теперь как бы узаконены? — несколько ехидно спросил Смит.

— Представьте себе, — неожиданно серьезно ответил Веймаут, — нам довольно часто приходится сталкиваться с непригодными для жилья местами, где есть что-то пагубное для человеческой жизни, но это «что-то» невозможно ни арестовать, ни судить.

— Да, — отвечал Смит, будто что-то припоминая, — я полагаю, что вы правы. Вспомним историю: Глеймис Кастл, Спедлинс Тауэр в Шотландии, Пил Кастл, остров Мэн и расположенный там Мод Дуг, «Леди в сером» из Рейнхам Холла, безголовые лошади Кайстора, тень Веслея в Эрвот Ректори и так далее. Правда, мне еще ни разу не приходилось вступать в контакт с привидениями, но возьму на себя смелость утверждать, что не может быть в природе такой одушевленной субстанции, которая могла бы сеять смерть, не опасаясь столь же эффективного возмездия.

Веймаут снова кивнул.

— Может быть, я ошибаюсь, — ответил он, — или смотрю на вещи слишком мрачно, но как в таком случае квалифицировать субстанцию доктора Фу Манчи, который наносит нам удар за ударом, оставаясь при этом абсолютно неуязвимым?

— Хороший удар, Веймаут! — скаламбурил Смит, расхохотавшись как-то по-детски искренне, что, надо заметить, редко с ним бывает. — Инспектор, да мы просто дети перед этим китайским доктором, этим фантастическим порождением таинственных сил или не знаю чего, погрязшего во зле так же глубоко, как египетские пирамиды в своих тайнах. Но как же насчет «Дома под фронтонами»?

— Это ужасное место. Вот вы только что упомянули Глеймис Кастл, но там все понятно: старинный замок, богатая история — там сам Бог велел водиться привидениям. Но «Дом под фронтонами» был построен в 1870 году для богатой квакерской семьи, которая благополучно прожила в нем более четырех десятков лет. Потом он был продан некоему мистеру Медисону, который там умер полгода назад.

— Медисону? — переспросил Смит, уставившись на Веймаута. — Кто он такой и откуда взялся?

— Он был отошедшим от дел плантатором с Цейлона.

— И жил в Коломбо?

— Да, в Коломбо. Я понимаю, что вы имеете в виду. Несомненно, какие-то связи с Востоком у него были, и, пытаясь отыскать их концы, я провел в поисках много дней и ночей. Увы, совершенно безрезультатно. Да и какая, в самом деле, могла быть связь между этим желчным господинчиком и глобальными планами доктора Фу Манчи? Уверен, что никакой.

— Так от чего же он умер? — поинтересовался я.

— Однажды вечером его обнаружили мертвым в кресле, в комнате, которая служила ему библиотекой. У него была привычка, когда не было гостей, проводить там за чтением время до полуночи. Привычка старого холостяка, вся прислуга которого состояла из повара, горничной и слуги, или, скорее, компаньона, который состоял при нем без малого тридцать лет. Незадолго до его смерти повар и горничная попросили у мистера Медисона расчет. Свое желание покинуть его они объяснили тем, что в доме появились привидения.

— Каким же образом эти самые привидения заявили о себе?

— Я допрашивал их обоих, и они несли какую-то ахинею о блуждающих по коридорам тенях, о ком-то, кто склонялся среди ночи над их кроватями и что-то шептал. Но, по-моему, их недовольство службой проистекало оттого, что днями и ночами напролет по всему дому звонили колокольчики.

— Колокольчики?

— Да, они жаловались, что звон стоял невыносимый. Ни днем ни ночью от него не было отдыха. Как бы там ни было, но три или четыре дня «Дом под фронтонами» населяли только мистер Медисон и его слуга по фамилии Стивенс. Его я тоже допросил. Надо сказать, он производил впечатление более надежного свидетеля. Это благопристойный, уравновешенный тип, рассказ которого произвел на меня сильное впечатление.

— Он тоже говорил про колокольчики?

— Он поклялся, что они были. Круглые сутки раздавалось какое-то дребезжание. Порой где-то под потолком, порой под полом, и действительно оно напоминало звон серебряных колокольчиков.

Тут Найланд Смит вскочил с кресла и беспокойно заходил по комнате, оставляя за собой хвост серо-голубого дыма.

— Инспектор, вы рассказываете довольно любопытные вещи и весьма преуспели в том, — сказал Найланд, — чтобы отвлечь меня от этого опостылевшего доктора Фу Манчи. Судя по всему, здесь речь идет о явлении, которое в Индии называют «астральным звоном».

— И опять же Стивенс, — продолжал Веймаут, — обнаружил мертвым мистера Медисона. В тот день он (Стивенс) надолго отлучался в город по хозяйственным делам и вернулся домой лишь около одиннадцати вечера, открыв дверь собственным ключом. Поскольку в библиотеке горел свет, а на стук его никто не отозвался. Стивенс решил войти. Он нашел своего хозяина в кресле Тот сидел выпрямившись и вцепившись руками в подлокотники, глядя прямо перед собой с таким ужасом на лице, что насмерть перепуганный Стивенс тут же бросился вон из дома. Он угадал, что мистер Медисон мертв. Когда живший неподалеку врач пришел и осмотрел покойника, то не обнаружил никаких следов насилия. И если принять во внимание выражение его лица, то сомнений никаких: Медисон умер от испуга.

— Что-нибудь еще вы сумели разузнать?

— Нет, это все. Впрочем, косвенным путем мне удалось выяснить, что последний владелец дома из семьи квакеров тоже видел привидение. Именно это и заставило его съехать. Я узнал это от жены садовника, служившего здесь в то время. Привидение, с которым он столкнулся в прихожей, если не ошибаюсь, имело вид светящейся руки, сжимающей длинный кривой нож.

— Силы небесные! — вскричал Смит и издал короткий смешок. — Все так и должно быть!

— Конечно же, этот джентльмен не сказал никому ни слова, чтобы, Боже сохрани, дом не приобрел дурную репутацию. Он просто поспешил выехать, не объясняя истинных причин своего решения. Причем оставил большую часть мебели, так что мистер Медисон получил вполне благоустроенное жилье. И я не сомневаюсь, что убило его повторное появление…

— Светящейся руки? — перебил его Смит.

— Именно. Я обшарил весь дом и даже провел в нем ночь со своим напарником из Скотланд-Ярда, но мы ничего не заметили, разве только однажды нам показалось, что где-то раздается слабый звон колокольчиков.