Джейн с Холма над Маяком - Люси Мод Монтгомери

не вздумай говорить, что белая корова нынче утром задохнулась насмерть. А если спросит, что вчера вечером сказал доктор, ответь – он уверен, что она скоро поправится. Папа мне всегда говорил: больным нельзя говорить неправду, но тетю Эльмиру нужно хоть как-то подбадривать.

После ужина Джейн не пошла гулять с Бубенчиком. Она послонялась по дому до тех пор, пока Бренда не спустилась и не доложила, что тетя Эльмира не проглотила ни кусочка, а потом вышла с мамой из комнаты, чтобы решить важный вопрос – сколько шерсти отправлять на чесальную фабрику. После этого Джейн помчалась наверх.

Тетя Эльмира лежала в постели – крошечная, усохшая, морщинистое лицо обрамляли седые кудряшки. Поднос с нетронутым ужином стоял на столе.

– Надо же, Джейн Стюарт! – слабым голосом произнесла тетя Эльмира. – Как я рада, что хоть кто-то меня не забыл. Пришла со мной попрощаться, Джейн?

Джейн не стала возражать. Она присела на стул и бросила на тетю Эльмиру очень печальный взгляд; та махнула костлявой рукой в сторону подноса.

– Совсем у меня аппетита нет, Джейн. Ну и ладно… ах, ну и ладно. Я же чувствую, они меня каждым кусочком попрекают.

– Ну, – заметила Джейн, – вы же знаете: времена тяжелые, с деньгами туго.

Тетя Эльмира такого не ждала. В ее янтарного цвета глазках мелькнула искра.

– Я же плачу за свое содержание, – напомнила она. – Да и вообще всегда на себя зарабатывала. Вот только им-то я больше совсем не нужна, Джейн. Больные никому не нужны.

– Пожалуй, вы правы, – согласилась Джейн.

– Я прекрасно знаю, что для всех обуза. Но это уже ненадолго, Джейн, совсем ненадолго. Я чувствую приближение смерти, Джейн. Меня не обманешь, это другие обманываются.

– Да вовсе они не обманываются, – возразила Джейн. – Вон, торопятся сарай перекрыть до похорон.

Искра в глазах тети Эльмиры стала ярче.

– Полагаю, они уж все распланировали, да? – поинтересовалась она.

– Ну, я слышала, как мистер Белл что-то говорил о том, где собирается копать могилу. Но может, он имел в виду могилу для белой коровы. Я даже почти в этом уверена. Она же нынче утром задохнулась насмерть. А еще он сказал, что нужно перекрасить в белый цвет южные ворота, прежде чем… что-то там… я точно не расслышала.

– В белый? Это ж надо додуматься! У нас ворота всегда были красные. Хотя какая мне разница? Мне уже все равно. Когда, Джейн, чувствуешь приближение смерти, перестаешь тревожиться о таких вещах. Сарай, говоришь, перекрывают? Я вроде как слышала стук молотка. А там крыша и так была еще хоть куда. Но Сайлас вечно разбрасывается деньгами, если его не остановить.

– Ну, они потратились только на черепицу. Работа бесплатно. Ее мы с Бубенчиком делаем.

– Поэтому ты, видимо, и в комбинезоне. В былые временя я девушек в комбинезонах просто видеть не могла. А теперь уж что… Только не ходи босиком, Джейн. Вдруг на ржавый гвоздь напорешься.

– По крыше босиком ходить проще. Кстати, маленький Сид вчера как раз напоролся на ржавый гвоздь, хотя был обутый.

– А мне ничего не сказали! Вот попомни, дитя умрет от заражения крови, и все потому, что меня нет рядом и некому за ним присмотреть! А ведь он мой любимчик. Ну да теперь это уже не важно… Они знают, где я хочу, чтобы меня похоронили… но могли бы дождаться моей смерти, прежде чем заводить разговоры про могилу.

– Да я уверена, что могила для коровы, – повторила Джейн. – Они наверняка устроят вам отличные похороны. Папа обязательно напишет пламенный некролог, если я его попрошу.

– Ну, ладно, ладно. Хватит уже об этом. Не хочу, чтобы меня хоронили заранее. Тебя как, покормили ужином? Сердце у нашей Нетти доброе, а стряпает она так себе. Вот я умела готовить. Сколько я всего наготовила за свою жизнь, Джейн… сколько всего наготовила!

Джейн не воспользовалась отличной возможностью заверить тетю Эльмиру, что она еще много всего наготовит.

– Ужин был очень вкусный, тетя Эльмира, и прошел очень весело. Бубенчик произносил речи, а мы все время смеялись.

– Смеются – а я тут умираю! – горько произнесла тетя Эльмира. – Ходят вокруг на цыпочках с постными лицами и делают вид, что переживают. А что это там за скрип я слышала все утро?

– Миссис Белл с Брендой переставляли мебель в гостиной. Видимо, готовятся к свадьбе.

– К свадьбе? Как ты сказала – к свадьбе? Чьей свадьбе?

– Ну как же – Бренды. Она выходит за Джима Киза. Я думала, вы знаете.

– Ну разумеется, я знала, что они рано или поздно поженятся… но не когда я умираю. Ты хочешь сказать, они собираются играть свадьбу в ближайшее время?

– Ну вы же знаете, что откладывать свадьбу – дурная примета. Да не переживайте, тетя Эльмира. Вы же будете лежать здесь наверху совсем одна и…

Тетя Эльмира села в постели.

– Дай-ка сюда мою вставную челюсть, – потребовала она. – Она там, на комоде. Я сейчас поужинаю, а потом поднимусь, даже если меня это убьет. Пусть не надеются, что сумеют увести у меня из-под носа целую свадьбу. Плевать мне, что там говорит врач. Он считает, что я тяжело больна, но я с ним решительно не согласна. У них там половина ценного стада загублена, у детей заражение крови, а красные ворота перекрашивают в белый! Ну уж я им сейчас и покажу!

37

До сей поры Джейн жила на Холме над Маяком, особо не выделяясь. Даже когда она сидела босиком на крыше и прибивала черепицу, дело ограничивалось лишь местной сенсацией, которую никто особо не обсуждал, ну разве что миссис Соломон Сноубим. Миссис Сноубим была ошарашена. И еще раз повторила: у этой девоньки любое дело спорится.

А потом Джейн в одночасье стала знаменитостью. Все газеты Шарлоттауна два дня писали про нее на первой полосе, и даже в Торонто появились заметки с фотографией Джейн и льва… здоровенного льва… за компанию. Можете себе представить, какой фурор это произвело в доме номер 60. Бабушка страшно разгневалась – «Прямо циркачка какая-то» – и добавила, что давно ждала чего-то подобного. Мама подумала, хотя вслух и не сказала, что никак не ждала, что Джейн станет расхаживать по острову Принца Эдуарда, водя за гриву льва.

Слухи про льва ходили уже пару дней. В Шарлоттаун приехал небольшой цирк, и оттуда вроде как сбежал лев. Действительно, те, кто успел там побывать, никакого льва не видели. Жители были взбудоражены. Было дело, что из цирка сбежала обезьяна, но целый лев? Надежных подтверждений того, что льва кто-то видел, не было, но сразу несколько человек утверждали, что заметили его… тут, там, в другом месте, далеко-далеко. Поговаривали, что начали пропадать телята и поросята. Даже прошел слух, что одна близорукая старушка в Роялти погладила льва по голове и сказала: «Славный песик». Доказательств, впрочем, не находилось. Жители Роялти с возмущением заявляли, что никаких львов по их району не шляется. И нечего распускать слухи, вредные для туризма.

– Уж я-то точно его не увижу, – жалобно произнесла миссис Луиза Лайонс. – Плохо быть прикованной к постели. Пропускаешь все самое интересное.

Миссис Луиза болела уже три года и, как утверждалось, за все это время ни разу не встала на ноги без посторонней помощи; тем не менее она была прекрасно осведомлена обо всем, что происходило в деревне у Маяка, Большой Гавани и на Королевском пляже.

– Я вообще не верю в существование этого льва, – заметила Джейн, которая пришла в деревню за покупками и заглянула проведать миссис Лайонс.

Миссис Лайонс очень хорошо относилась к Джейн и точила на нее зуб только по одному поводу. Из Джейн никогда не удавалось вытянуть ничего интересного касательно ее папы, мамы и Лилиан Морроу. Хотя миссис Лайонс очень старалась. «Умеет эта девчушка держать рот на замке», – жаловалась она.

– А откуда пошли эти слухи? – спросила она у Джейн.

– Почти все считают, что в цирке вообще не было никакого льва. Или он умер, а цирковые решили это скрыть, потому что те, кто пришел посмотреть льва, могли