Призраки и пулеметы (сборник) - Вячеслав Бакулин

– Цемент марки «на соплях», – прокомментировал из-за их спин Тайлер. – Кто-то неплохо «поработал»… со сметой.

– Да уж… – полковник отбросил кирку и, примерившись, пнул остаток стены. Что-то хрустнуло, но камни выдержали… и еще раз… а вот на третий раз Аллану показалось, что в стену влетело пушечное ядро. По крайней мере, из глубин пыльной тучи раздалось проклятье, а не стон, это успокоило лейтенанта.

– Сэр, с вами все в порядке?!

– А-апчихи!

– Давайте я пролезу! – предложил Хейвен. – Там наверняка тьма-тьмущая.

Аллан молча посторонился, пропуская лесника с фонарем, и нырнул в провал следом за ним.

Потайной ход встретил его волной сухого горячего воздуха и запахом крысиного помета. Луч фонаря прыгал, словно вспугнутый заяц, выхватывая из темноты переплетения труб, свисающие провода, низко гудящую конструкцию, где причудливо сплелись пружины, шестеренки и странно изогнутые стеклянные трубки.

– Осторожно, – донесся откуда-то из-за нее голос полковника, – в этой машинерии даже красный демон копыто сломает.

– Паровое отопление, ну надо же! – Хейвен закончил фразу кудрявым ругательством. – А мы-то, дурачье… глядите, – он развернул фонарь, – правая-то стенка другая.

– Дикий камень из Ошкота, – протиснувшись мимо лейтенанта, Тайлер с видом знатока поскреб ногтем по стене, – древняя штука, сэр. Возможно, нынешний замок построен вокруг более старой крепости.

– Все так, сэр, – согласно пробормотал Хейвен. – Старики рассказывали… я, дурачина, еще смеялся над ними, а оно вон как. Ивзы появились в наших краях три века назад. До баронов здесь правили Линнеарны… старый род. Они были вассалами Паттерсонов, а те впали в немилость и сами боялись высунуть нос из-за стен… куда уж заступаться. Старую крепость взяли ночью, подло, коварно. Убили всех, кровь текла со стен, словно вода в ливень. С тех пор и начали говорить о проклятии…

– А затем кое-кто решил сделать эту сказку былью, – закончил Кард. – И почти преуспел в этом.

Луч фонаря высветил впереди черный провал, мазнул по узким витым ступенькам… и, метнувшись в сторону, высветил скорчившееся на полу тело.

– Это Бофур, – уверенно заявил Хейвен. – Бригадир гномов, что нанял молодой барон. Только у него был такой щегольский кафтан с позументами по рукавам.

– А еще, – радуясь, что может блеснуть осведомленностью, добавил Аллан, – личный техник барона в Тяжелой Бригаде.

– Похоже, – Кард, смешно вытянув шею, заглянув вверх – и, решившись, осторожно поставил ногу на ступеньку, – наш главный свидетель просто сорвался с лестницы. Она идет вверх ярдов на пять… и кое-где частично уже обвалилась.

– Гном – и «сорвался»? – недоверчиво уточнил Тайлер. – Простите, сэр, но как-то слабо верится. Да любой из наших сможет пробежать по этой лестнице раз пятьдесят и даже не запыхается.

– Но следов насилия на теле не видно, – полковник, опустившись на корточки, внимательно разглядывал мертвеца.

– Гном не мог сорваться, – настойчиво повторил Том, – даже будь эта лесенка в три раза уже. Его столкнули вниз…

– Или же, – перебил его лесник, – он чего-то испугался. Так, что бросился вниз, не разбирая дороги.

– И кого же? – ехидно уточнил Тайлер. – Неужели призрака?

– Не знаю, – Хейвен поднял фонарь, разглядывая выщербленные ступени над головой. – Но думаю, что мы получим ответ, когда поднимемся в башню. Все ответы.

Хозяин замка «встречал» их, сидя за столом, и Аллан смог выдержать взгляд мертвеца не больше мгновения – радостная улыбка на лице плохо сочетается с наполовину снесенным черепом. Орудие убийства – кавалерийский револьвер с «картечным» стволом – лежало перед ним, и лейтенант готов был спорить на все богатства мира, что никто не вкладывал его в руку мертвеца.

– Ну и дела… – выдохнул Хейвен. – Сам… но почему?

– Посмотрите на столе! – приказал Кард. – Возможно, есть записка… или что-то еще.

Бумаги на столе хватало – но по большей части это были большие листы чертежей или длинные линованные «языки» описей и счетов. Сбоку, придавленные здоровенной пивной кружкой, раскинулись многоцветным веером рекламные листовки. Они слиплись, но Аллан сумел выдернуть одну и, подставив под луч фонаря, принялся внимательно разглядывать. На фоне аляповатого, но вполне узнаваемого замка пузатыми буквами вынулась надпись «Ночь с призраком» и ниже, более мелким шрифтом «незабываемые впечатления».

Что ж, впечатлений он и впрямь набрался вдосталь.

Вздохнув, лейтенант отложил листовку и взял стоявшую чуть поодаль небольшую шкатулку. Простенькая поделка из фанеры, ключа не видно, как и щели под него, только кнопка и…

– Да чтоб тебя!

Он видел подобные игрушки тысячу раз – и все равно с воплем выронил шкатулку, когда из-под откинувшейся крышки выскочил и закачался на пружине крохотный светящийся призрак.

– А вот и разгадка! – объявил Тайлер, тыча пальцем в лежащую у стены тускло-серую тушу баллона. – Видите маркировку?

– Это руны, – фыркнул Кард.

– Ах да… – спохватился полугном. – Я и забыл… это закись азота, «веселящий газ». Некоторые ваши врачи пытаются использовать его при операциях, для анестезии, но пока не очень успешно. Трудно подобрать правильную дозировку, а если ошибиться, то, – Тайлер картинно схватился за горло, – пациент может и не проснуться.

– Со счастливой улыбкой на устах, – зло бросил Хейвен. – Как старый барон.

– Должно быть…

Аллан вновь посмотрел на сидящего за столом покойника. «Гвардейская рулетка» тоже может показаться смешной игрой, это же так весело – зарядить одно гнездо в барабане, раскрутить и поднести к виску. Пока не грохнул выстрел… и оставшийся в живых не бросился прочь, разом протрезвев от ужаса… но не до конца. Недостаточно для бега по старинной крутой лестнице без перил.

– Что ж, – задумчиво произнес полковник, – похоже, на этот раз проклятье действительно сработало. Не так ли, Аллан?

В последней фразе лейтенант уловил нотки сарказма и уже собрался ответить в том же шутливом тоне – но вдруг зацепился взглядом за злосчастный баллон. Он уже видел такие… ну да, точно – на практике в торпедной мастерской, им как раз привезли очередную партию. «Отменная гномская работа, – сказал тогда инженер Мастерсон, – мы пробовали их на тройное давление против нормы, выдержали все». А ведь этот после смерти старого барона должен был остаться полупустым… и видимых повреждений на нем нет.

– Именно так, сэр, – произнес он вслух. – Именно так.

Элеонора Раткевич

Убийце требуется сыщик

Патрик Шенахан был всем ирландцам ирландец. Но не тот, что знаком любому доброму англичанину по слухам – буян, горлан, задира и хвастун, оглашающий округу громогласным пением в любое время суток, всегда хмельной и всегда готовый разразиться стихами или врезать в челюсть ближнему своему, великолепный бездельник, занятый лишь поисками приключений, завзятый мот и записной враль с пылким воображением, непременно рыжий и желательно синеглазый. Нет, если мистер Шенахан кого и напоминал, то не выходца из анекдотов, а персонажа старых сказок про его тезку, мудрого крестьянина Темного Патрика – если, конечно, такое вообще можно сказать о джентльмене, идущем в ногу со временем. Волосы у Шенахана, как и у его сказочного собрата, были черные, глаза – темно-серые. Нравом он отличался спокойным и сдержанным, был трудягой, каких мало, упорным и несколько прижимистым, стихов не слагал, пел редко и мало, пил и того реже, и вдобавок не хмелел ничуть. Драк и приключений он не искал никогда – они сами его находили, и разглагольствовать о них, да и вообще о себе, Шенахан не умел и не любил. А буйную свою ирландскую фантазию он использовал, чтобы представить себе возможный ход мысли преступника, – ибо Патрик Шенахан был частным сыщиком. Обычно это срабатывало.