Замок Сен-Мар - Александра Торн

и прабабка, хотя я никогда не видел уз между нами, но теперь… – Он поднял глаза на Маргарет и вспыхнул от гнева: – Какого черта вам от меня надо?!

– А ну, повежливей, юноша! – прикрикнул экс-комиссар. – Ты тут не у себя дома, и перед тобой леди!

– Эта, что ли? Она сейчас не леди, а мой прадед, и тут к тому же есть еще какой-то мужик!

– Это Энджел Редферн, мой родственник, – сказал Джеймс, которого, судя по всему, это забавляло. – У нас семейная встреча впервые с тех пор, как… гм, лет шестьдесят прошло, не меньше…

– А раньше вы мне не могли сказать? – зло спросил юноша. – Что такого сложного – объяснить мне все вместо того, чтобы посылать ваших рекрутов украсть меня, как животное, из отцовского дома!

– Ты не животное, и никто не собирался тебя красть, – ответил Джеймс. – Тебя спасали от бартолемитов.

– Ах, так значит, я могу уйти?

– Из комнаты – да. Из замка – нет. В любом случае, плата за выход та же, что за обучение – плоть и кровь.

– Так это просто другая тюрьма, – прошептал Мируэ, и вдруг в его глазах блеснули слезы. Он поспешно отвернулся и вытер их ладонью.

– Ну, хватит, – решил Бреннон, сытый по горло редферновскими методами воспитания. – Идем-ка, сынок, потолкуем как разумные люди.

Он взял мальчика за плечо и увел в небольшую комнату отдыха, расположенную за кабинетом. Мируэ шел за ним без сопротивления, тихо шмыгая носом. Кусач последовал за Бренноном, предоставив Редфернам выяснять отношения друг с другом.

– Садись, – сказал Натан и опустился в кресло около камина, в котором тут же запылал огонь. – Голоден?

– Нет, сэр. Я только позавтракал.

Кусач, услышав слово «завтрак», насторожил уши, заскулил и завилял хвостом. Бреннон нашел в вазочке на столике крекер с сыром и бросил его псу.

– Это не собака, – сказал Мируэ.

– Собака, но не совсем. Точнее, не всегда.

– Вы тоже, – продолжал юноша, пристально глядя на Бреннона, – не как остальные люди. У вас в Бюро все такие?

– У нас «такие» часто находят прибежище. Однако мы не коллекционируем людей с особенностями. Мы даем ем защиту.

– За плату плотью и кровью?

– Нет. Все остальные обходятся без нее.

– Тогда почему я должен вам платить?! – в негодовании воскликнул Шарль.

– Ты тоже не должен, – терпеливо произнес бывший комиссар. – Но давай-ка начнем с начала, пока мы снова не запутались. Я – Натан Бреннон, глава Бюро-64. Мы создали его после катастрофы, что произошла в Фаренце в шестьдесят четвертом году.

– Да, Диего рассказывал мне. Он еще сказал, что основатели погибли, когда пытались закрыть провал на ту сторону, – не очень уверенно добавил юноша.

– Да, так и есть. Энджел и Джеймс Редферны…

Мируэ подскочил в кресле.

– …расстались с жизнью, но души их, как видишь, все еще здесь.

– Так вам поэтому нужна моя плоть и кровь? Н-но зачем?..

Натан не хотел вдаваться в глубины этого вопроса, поэтому сказал:

– Тебе не нужно этого бояться. Твоей жизни это ничем не грозит, как и здоровью. Дай-ка мне флакон с водой вон с той полки.

Мируэ мигом нашел искомое и с восторгом уставился на воду в большом флаконе. После всего, что случилось с Пег, Бреннон предпочитал держать эту штуку под рукой.

– Смотри. – Он взял нож для бумаг и провел лезвием по ладони, глубоко разрезал кожу и мышцы. – А теперь плесни на рану воды.

Конечно, мальчишка с Истинным Взором уже знал, что будет, – он сразу понял, какими свойствами обладает содержимое флакона, – но радостно провернул фокус и не сводил глаз с раны, пока она затягивалась под действием воды из подземного озера.

– Как видишь, с тобой ничего не случится, – продолжал Натан. – Ты даже ничего не почувствуешь, у нас есть обезболивающие.

– А потом я смогу уйти?

– Да. Если захочешь, то вернешься к своему отцу.

Мальчик нахмурился. Кусач улегся у его ног и постукивал хвостом по ковру, надеясь получить еще лакомство.

– Но я не хочу возвращаться к отцу.

– Почему? Он дурно с тобой обращается?

– Нет, но… он снова запрет меня, отнимет… – Мируэ сжал очки. – Он хочет, чтобы я видел для него разные вещи. Все, чего он хочет, – горестно добавил мальчик, – чтобы я видел для него разные вещи.

– А твоя мать? Мы можем отправить тебя к ней.

– Я не знаю, где она. Отец забрал меня, когда мне исполнилось пять, и я больше никогда с ней не виделся. Я даже не помню, любила ли она меня и кем она была.

– Тогда куда же ты хочешь отправиться?

– Не знаю, – дрогнувшим голосом ответил Мируэ. – Но я не хочу, чтобы за мной охотились, как за животным. Диего сказал, что бартолемиты никогда не оставят меня в покое, но ведь есть же места на свете, куда они не смогут добраться?

– Мы можем отвезти тебя в Терра Нова или на восток. Там тебе придется нелегко, но, возможно, они тебя не найдут.

– Почему вы готовы отпустить меня? – Шарль в упор уставился на Бреннона, и бывшему комиссару стало не по себе. Казалось, что незрячие глаза видят его насквозь. Золотистые ободки вокруг радужки и зрачка расширились. – Я понимаю, что я для вас ценен. Так почему бы вам не посадить меня под замок и не заставить делать для вас то же самое, что и для моего отца? От вас мне не сбежать.

– Когда мне было восемнадцать, как тебе, – ответил Бреннон, – Риада была провинцией Дейрской империи. Однажды в нашу деревню явились вербовщики, и так я пошел в имперскую армию – чтобы они не забрали кого-то другого. После учебного лагеря нас отправили в Мазандран, где я провел десять лет. В лагере и на корабле не было дня, чтобы я не хотел вернуться домой. Поэтому мы никого и никогда не удерживаем силой. Всякий, кто приходит в Бюро, делает это добровольно и волен уйти когда захочет.

– Ваша глава номер два, кажется, не придерживается этой идеи, – сухо сказал Мируэ.

– Мисс Шеридан, как и прочие Редферны, не совсем похожа на людей. Но ты извини ее, пожалуйста. Каждый из нас многое отдал, чтобы закрыть провал в Фаренце, и она… – Натан вздохнул. – Она никогда не смирится с этим. Она, как Редферны, не умеет смиряться. Такие уж это люди.

– Но чем вы тут занимаетесь? Боретесь с бартолемитами?

– Не только, хотя это развлечение всегда присутствует в нашей программе, – хмыкнул Натан. – Однако чаще всего в меню поиск и ликвидация нежити, нечисти, выявление трещин на ту сторону и изъятие у граждан всякой опасной литературы и таких же безделушек.

– И все? – разочарованно воскликнул Шарль. – Я-то думал!

– Ну, знаешь ли, не каждый же день конец света предотвращать. Да и костянник в Эдмуре не показался тебе легкой добычей, а?

Мируэ покраснел. В дверь постучали, и Натан встал, чтобы открыть.

– Пришло сообщение из Романты, – сказал Элио. – Его преосвященство желает вас видеть как можно скорее. По вопросу Карло Мальтрезе.

– Кардинал недоволен?

– Да, сир.

– Гм… ладно. Мы прибудем через несколько часов.

– Хорошо, сир.

Бреннон повернулся к Шарлю. Мальчик рассматривал его, так и не надев очки.

– Вы тоже что-то с собой сделали, – заявил он. – Вас изменили так, что вы теперь не похожи на обычного человека.

– Да. Когда случилась катастрофа в Фаренце, мне было уже пятьдесят, а времени на создание Бюро нужно немало.

– Но почему вы согласились?! – воскликнул Шарль. – Это же необратимо и навсегда!

– Ну, кто-то же должен, – пожал плечами Бреннон.

Илара, город Романта, дворец Святейшей Инквизиции

– Это тот человек, который распространял смуту среди студентов, – сказал Бреннон.

– Это я понимаю, – с холодком ответил его преосвященство. – А сюда-то вы его зачем