Призрак - Кэт Блэкторн

Когда, развернувшись на пятках, я взялась за дверную ручку, он тихо сказал:

— Двери в церковь и в мою комнату никогда не заперты. Ты можешь приходить сюда, когда тебе нужно, без вопросов. Эта церковь… — защищенное место.

К моему внутреннему хаосу добавились слезы, навернувшиеся на глаза. Я хлопнула дверью, не попрощавшись. Но подавила рыдания, пока шла к своей машине в бледном сиянии звезд и фонарей. Ворон сидел на ветке дерева над моей старой Хондой. Птица, наклонив голову, тихонько ворковала. Фыркнув, я вспомнила, что уже видела ее раньше.

— Ты следуешь за мной, — я снова фыркнула. — Я не забыла о тебе. И принесла тебе кое-что.

Из кармана джинсов я вытащила горсть очищенного арахиса. Ворон с любопытством наблюдал, как я клала их на крышу машины.

— Слышала, что вороны любят угощения.

Я пожала плечами, чувствуя себя идиоткой из-за того, что разговаривала с птицей. На заднем дворе Муров я нашла пакет корма для птиц и белок. Пополнив их кормушки, решила взять горсть на случай, если снова встречусь с таинственным пернатым существом. Я вздрогнула, когда птица спрыгнула с ветки на крышу к орехам. Она наклонила голову, и я поняла, что она гораздо крупнее, чем казалась с высоты. В голове промелькнуло воспоминание о воронах с Праздника Даров и их домике на дереве. Я усмехнулась, вспомнив это, и точно знала, что хотела сделать этой ночью. Из-за ссоры с Эймсом мои планы на Хэллоуин не должны срываться. Грусть охватила сердце, когда я с тоской подумала, что видела его в последний раз. Зачем ему беспокоиться обо мне после этой ссоры? Пока птица клевала угощение, я осторожно открыла заднюю дверь своей машины.

— Пожалуйста, не клюй меня, — нервно сказала я.

Клянусь, существо рассмеялось по-птичьи, его крик почти вызвал улыбку на моем лице.

Покопавшись в своих костюмах, я решила выбрать что-нибудь потеплее и удобнее для пешей прогулки, но все же праздничное и лисье. Я достала кружевной черный топ с подходящей мини-юбкой. В пару к нему одену черные чулки, сапоги и длинный черный плащ.

Держа вещи, косметичку и лисью маску, я бросила на ворона измученный взгляд:

— Есть идеи, где можно переодеться, кроме улицы и машины?

Птица, взъерошив свои перья, бросилась вперед. Ветер от крыльев пронесся над моей головой, и я, вскрикнув, пригнулась. Маска и косметичка упали на тротуар. Я застонала, опускаясь на колени, чтобы собрать все это. Когда потянулась, чтобы достать тушь, закатившуюся за заднее колесо, замерла. Я перестала дышать от звука шагов на подозрительно пустой улице. Сердце замерло в груди, когда я четко различила в темноте звук ботинок. Рука дрожала, сжимая вещи. Я должна была бросить их и сесть в машину. Но в этой куче я потеряла ключи. Черт, черт, черт. Пока я рылась в костюме, пытаясь их найти, шаги прекратились. Присев, я заглянула под машину и увидела черные кожаные ботинки. Одна нога постукивала, а у меня пересохло во рту. Вот оно. Здесь я умру. Возле своей машины, сжимая в руках любимый тюбик туши. Шаги возобновились, но я не могла разобрать, куда они направлялись. Что-то коснулось моей спины, и я, оборачиваясь, вскрикнула. Она отпрыгнула назад, прижав руку к груди.

— О, Боже, Блайт. Я не хотела тебя напугать, — сказала Есения, опускаясь рядом со мной на колени и помогая собрать мои вещи. — Мне показалось, что я увидела здесь твою машину, и подумала, не переодевается ли эта девушка в машине? Ни в коем случае, пойдем в магазин. Мы можем подготовиться вместе.

Я приложила дрожащую руку ко лбу и прерывисто выдохнула.

— Я немного на взводе, извини. — Я вымученно рассмеялась.

Есения взяла у меня из рук косметичку и тюбик туши, который я сжимала так сильно, что он стал блестящим от пота.

— Это лучшая черная тушь на свете. Возможно, мне придется совершить набег на твою косметичку. — Она тепло улыбнулась и нежно положила руку мне на спину. — Пойдем, девочка.

Мы шли в свете фонарей Ясеневой рощи, и приветливая хозяйка магазина болтала обо всем на свете: о распродажах этой недели, местных сплетнях о разводах и помадах, меняющих цвет по настроению, которые она заказала в магазин. Я только улыбалась и кивала, пока мое тело расслаблялось от ее веселого, легкого голоса. Я любила девушек, которые много говорили. Мне нравились женщины, у которых было на все свое мнение и так много мыслей, что слова летели быстрее, чем успевал за ними разум. Для такой тихони, как я, это был идеальный способ убежать от своего внутреннего суматошного мира.

В октябрьской прохладе витали запахи опавших листьев и яблочного сидра.

— Вообще, — сказала она, открыв дверь магазина под звяканье и «ва-ха-ха» скелета, — моя бабушка говорит, что никто не купит эту помаду, но теперь я знаю, что ты купишь, да?

— О, конечно.

Ночью магазин был совсем другим, чем днем. Фиолетовые свечи полыхали своим пламенем, отбрасывая маленькие оранжевые шарики на десятки хрустальных шаров, стоящих вдоль полок с картами Таро, костями и разноцветными стеклянными флаконами. Цветочный аромат сушеных трав, свисающих с потолка, смешивался с ароматом корицы и гвоздики. Magia Eclectics был ярким воплощением Хэллоуина в физической форме.

— Мне здесь нравится, — пробормотала я, следуя за ней в конец комнаты. — Здесь я чувствую себя спокойней, чем в той забытой богом церкви.

Она оглянулась на меня через плечо.

— А, тусовалась с Эймсом Коувом и его парнями, я правильно понимаю?

Я вздохнула:

— Так и было, но, наверное, больше нет. Мы с Эймсом сегодня поссорились. Это одна из причин, почему я сейчас такая рассеянная. Он сказал, что церковь всегда открыта и безопасна, так что, возможно, мне нужно будет вернуться в какой-то момент... Я не знаю.

Она фыркнула:

— Это мертвое старое здание не так безопасно, как «Магия». — Она повела меня вверх по лестнице в просторную квартиру с офисом. — Эй, где ты будешь работать, раз уж «Сад Индии» закрывается на Хэллоуин?

Я пожала плечами, обведя рукой золотисто-розовую гостиную.

— Буду есть рамен в очень розовой гостевой комнате Муров, наверное. Мою квартиру в подвале затопило, поэтому в этом месяце они отказались брать арендную плату, но я не знаю, как буду жить в следующем месяце без работы.

Не то, чтобы это имело значение, потому что мой отчим был рядом, возможно, он просто выигрывал время, чтобы поймать меня.

— Ну, — начала Есения, приглашая меня следовать за собой. Мы остановились в небольшой, но уютной комнате с белой металлической кроватью, комодом и темно-фиолетовым