No pasaran! Они не пройдут! Воспоминания испанского летчика-истребителя - Франсиско Мероньо Пельисер

Набирая высоту, мы идем в сторону моря, ориентируясь лишь по ярким вспышкам из выхлопных патрубков ведущего самолета. Взятый курс на север мы держим до тех пор, пока первые солнечные лучи не начинают разгонять густой утренний туман, раскрывая всю восхитительную красоту каталонского пейзажа.

Чем-то встревоженный Ариас бросает беспокойный взгляд на землю и тут же поворачивает эскадрилью в сторону Вендреля. Две советских эскадрильи приземляются в городе Вальсе, третья остается в Реусе, а «чатос» базируются на аэродроме в Вильяфранке. Вся наша истребительная авиация была переброшена в этот район, и теперь расстановка сил здесь — восемьдесят наших против трехсот фашистских машин. На следующий день Дуарте приходится вернуться на Левантский фронт. Там наступление фашистов завязло — наши, закрепившись в скалах, самоотверженно отбивают натиски противника, не позволяя ему перехватить инициативу. Успеха пока не может добиться ни одна, ни другая сторона. Возвратившись снова в южную зону боевых действий, Дуарте становится командующим всей авиацией в этом районе. В связи с этим его повышают до чина майора, как и Моркильяса, который сейчас находится в Советском Союзе на курсах переподготовки.

Каждый день мы все больше времени проводим в

воздухе. Сегодня это уже пятый боевой вылет, совершенный нами практически без отдыха. Затем сигнальная ракета взмывает в небо в шестой раз, и «чатос», заправленные горючим и загруженные боеприпасами, отправляются на очередное задание. Командует авиационной группой, состоящей из десяти самолетов, сам Дуарте — он не может оставить своих ребят одних в столь опасный момент, когда противник с ожесточенными боями пытается продраться сквозь горы Халамбре. Пока майор контролирует действия нового командира эскадрильи, который останется после его отбытия в другую зону.

В небе самолеты образуют стандартное построение и, вплотную приблизившись к позициям противника, беспощадно атакуют их. Но из специально подготовленной огневой точки, расположенной на небольшой возвышенности, вдруг открывают огонь вражеские зенитки. Опытный глаз Дуарте сразу же замечает их, и в следующий момент завязывается ожесточенный бой между небом и землей. Пикирующий «чато» на мгновение заставляет противника замолчать, но в следующую секунду, когда он начинает набирать высоту для очередной атаки, вражеские орудия вновь берутся за дело. Эта картина повторяется снова и снова, пока один из снарядов не попадает точно в бак командирского самолета. Высота недостаточна для прыжка с парашютом, и пламя охватывает весь самолет. Летящий по небу факел привлекает внимание других пилотов, и они сразу же устремляются ему на помощь. Дуарте бросает самолет из стороны в сторону, пытаясь хоть как-то сбить пламя, и приземляется на каменистом склоне холма. Из дымящихся остатков машины наши солдаты достают еле живого, но сильно пострадавшего летчика... Назначение Дуарте откладывается.

НАСТУПЛЕНИЕ НА РЕКЕ ЭБРО

С каждым днем наступление на реке Эбро приобретает все больший масштаб. Никогда раньше мы не видели у врага столько самолетов и зенитной артиллерии. От усталости, вызванной нарастающим напряжением, трудно восстановить прошедшие события. Лишь отдельные, наиболее важные эпизоды закрепляются в памяти.

Наступило 19 августа 1938 года. Солнце палит уже не так нещадно, как раньше, жара спадает, испарения образуют легкие облака. Сопровождая бомбардировщики, мы, как всегда, поднимаемся на высоту между пятью и шестью тысячами метров. Не хватает кислорода, но мы почти привыкли к этому. Когда до цели остается совсем недалеко, на большой высоте появляются «Мессершмитты». Мы подаем сигнал Мендиоле, но тот не меняет курса своих бомбардировщиков. Тогда, образуя более плотный строй, мы словно «приклеиваемся» к «Катюшам», чтобы защитить их от удара противника. Зенитные батареи врага усиливают свой натиск, стремясь точнее указать на наше месторасположение. Бомбардировщики точно кладут бомбы в цель и, выполняя глубокий вираж, выходят из атаки. Это самый удобный момент для удара врага, но мы стараемся всячески помешать ему, закрывая все возможные подходы.

После очередного захода бомбардировщиков Касола, самый молодой и еще недостаточно опытный летчик (ему всего 18 лет), немного не успевает за остальными самолетами. Противник, увидев это, сразу же бросается в его сторону и первой же пулеметной очередью поджигает самолет. Пилот выпрыгивает, но раскрытый парашют вспыхивает в воздухе, и в считаные секунды белоснежная шелковая ткань купола превращается в пепел. Другой новичок, Альваро Питарх, в

разгаре боя отрывается от группы, теряет ориентировку и совершает вынужденную посадку на территории наших войск. Он настолько шокирован, что открывает огонь по своим и до последнего патрона держит оборону у самолета. В нервном припадке от чрезмерного напряжения его доставляют на аэродром. Через несколько дней самолет Питарха сбивают в бою над Тортосой...

В один из дней сражения на Эбро генерал Игнасио Идальго де Сиснерос — командующий авиацией республики — встречается с пилотами, которые принимали участие в воздушных боях. Он говорит о значении сражения на Эбро. У генерала Сиснероса волевое, умное лицо, пытливый, глубокий взгляд, он худощав и высок. Когда он говорит, его длинные, тонкие, но сильные руки все время в движении. Слушая его, мы обретаем уверенность в победе над врагом. Говорит он откровенно, искренне, не становясь в позу большого начальника, и это подкупает нас, молодых пилотов, понимающих главное: мы защищаем свободу своей Родины, боремся с заклятым врагом человечества — фашизмом.

Генерал Сиснерос пользуется огромным авторитетом и уважением среди пилотов. Сам он выходец из известного аристократического рода испанских грандов, но хорошо понимает нужды народных масс. Все свои способности отличного офицера военно-воздушных сил бывшей монархической Испании он поставил на службу республиканской Испании. В период республики и в дни фашистского восстания Игнасио Идальго де Сиснерос — подлинный патриот — становится на сторону народа и вступает в ряды коммунистической партии. Находясь на посту командующего военно-воздушными силами республики, Сиснерос отдает все свои силы и знания, все горение сердца справедливому делу своего народа.

Погода резко ухудшается, и сильный ветер с северо-запада нагоняет огромные дождевые тучи. Даже мощные каталонские каштаны не могут устоять перед его натиском. Мы же используем эти ненастные дни, чтобы лучше осмотреть достопримечательности города. По главной улице Вендреля мы направляемся к центральной площади. Думая, что здесь веселятся анархисты, мы выстрелами в воздух разгоняем танцующих, — за что чуть не получаем в ответ парочку ручных гранат. Оказывается, здесь отдыхают солдаты Листера. Мануэль Сарауса, всегда готовый первым затеять драку, в этот раз меняет курс, и мы «поднимаем паруса», оставляя площадь тем, кто ее занял первый.

Перед самим въездом в селение Каберлас мы встречаем двух маленьких крох — Пепиту и ее сестренку. Эти две маленькие девочки жалобно просят хлеба или чего-нибудь поесть. Мы отдаем им последнее — оставшиеся у нас куски хлеба, немного