Дальний и Ближний - Вийя Шефф

твой ребёнок? Жалеть не будешь?

— Нет! — открываю дверь и пропускаю её вперёд. — Ключи? — протягиваю руку к своему человеку, стоящему у входа.

Отдаёт.

— Я всё же проконсультируюсь у гинеколога, — еле поспевает за мной по пятам.

— Проконсультируйся. Только не у матери.

Корчит недовольную гримасу.

Сразу топлю на газ, медлить некогда, а ехать далеко.

— Как ты… — пытается завести со мной разговор.

Показываю пальцами и щелчком, чтобы заткнулась. Я не настроен на трёп. В голове куча мыслей о том, кто мог отравить Ольгу.

И в одну из версий я верить не хочу. Но она основная.

Морозов.

У него были возможности.

— Тащусь, как ты это делаешь, — раздаётся голос Клары.

Открыла окно, курит и смотрит плотоядно.

— Что? — не понял.

Кивает на руль.

— Как ты одной ладонью управляешь машиной. Больше таких мужиков не встречала. Все вцепятся и матерят мимо проезжающих. А ты молчишь. Вообще от твоей молчаливости всегда балдела, — затягивается с кайфом. — Пока не включал папочку.

Отбираю у неё сигарету, выбрасываю в окно и закрываю.

— Не беси! — начинает меня раздражать.

— Ты же сам куришь.

— Не сравнивай, — притапливаю гашетку, выезжая на трассу.

Через час мы на месте.

Прямиком в комнату Ольги. На тумбочке рядом с кроватью три пузырька.

Клара аккуратно платочком берёт по очереди каждый.

— Ничего особенного. Один препарат сосудистый, второй обезболивающий. А вот это интересно, — открывает третий и нюхает.

— И что в нём интересного? — отказываюсь проделывать то же самое.

Если там яд, то вдыхать его не хочется.

— Витамины. Made in USA, — читает на упаковке. — В больнице такие не дают. Дороговато для бюджета. У нас витаминки попроще. Их кто-то купил в аптеке.

— Значит, можно отследить покупателя по номеру и партии.

— Если платили картой или делали заказ через онлайн аптеку. Наличку не проследить.

— Да… И вряд ли тот, кто хотел убить покупал их сам.

— Точно, — щёлкает пальцами. — Я бы кого-нибудь с улицы попросила. Пакет, — просит рукой.

Пакуем каждый флакон в зип-пакеты. В лаборатории проверят содержимое.

Пора возвращаться.

Фотографирую упаковки лекарств.

Выехав с дачи, набираю старого приятеля, руководит отделом кибербезопасности.

— Леброн, привет! Занят?

— А это как-то повлияет? Ты же мне не просто так звонишь.

— Нет. Нужна твоя светлая голова.

— Именно моя? Зелень не подойдёт? — имеет в виду своих подопечных.

— Не важно, мне нужен результат. Я тебе скину фото препаратов. Нужно отследить номер партии, от прибытия до реализации. Кто купил, когда и во сколько. Данные покупателей, если есть. Ещё нужно войти в базу больницы и посмотреть карту пациентки, что именно ей назначил врач. Данные тоже скину.

— Без проблем. Я думал, посерьёзнее задание будет. Напрягу своих, они быстро всё сделают.

— Хорошо. Скинешь мне всё.

— Без проблем!

Закончив разговор, замечаю, что Варламова читает что-то в телефоне.

— Новые анализы?

— Угу…

— И что там?

— Херово там всё… Антидот нужен.

Твою мать!

Сначала нужно яд определить, а потом лекарство уже искать.

— И она не беременна… Если тебя это волнует, — поворачивается ко мне, злобно сверкнув глазами.

И хорошо…

Глава 39

Варламова топчет лицом подушку, пришла час назад и упала без чувств спать. Перед этим кинула мне бумажки с результатами новых анализов, сказав, что нихера не понимает.

И я не понимаю. Вещество, которым отравили Ольгу нигде не проходит по базам. Оно как бы есть, и его как бы нет. Нужен хороший токсиколог из центра. А это значит, надо докладывать начальству.

Тяжело вздохнув, набираю полкана.

Стараюсь говорить ровно, без эмоций, и чётко. А он в матах не скупится. Ясно даёт понять какой я распиздяй и что со мной нужно сделать. Но ему можно.

— Отправляй человека, пусть везёт материалы в нашу лабораторию, — грубо приказывает.

— У нас нет времени катать их туда-сюда. Пришлите токсиколога.

— Ты, блядь, плохо слышишь?

— Я сам привезу.

— А за девчонкой кто смотреть будет? Если она умрёт, я тебя в асфальт закатаю. Мы бумажками на суде ничего не докажем. Нам живой свидетель нужен. Тот, кто этих урок в глаза видел! Адвокаты и так дело затягивают и разваливают.

— Я не врач, вряд ли я смогу ей чем-то помочь. А вот вы можете. Привезите этого чёртового профессора Полянского! — повышаю тон.

— Не ори на меня! У тебя четыре часа! — бросает трубку.

Твою мать! — передёргивает.

Сгребаю все бумажки со стола, пузырёк с отравленными таблетками запихиваю в карман.

Черкаю записку, что я уехал в Москву и оставляю на столе.

Даю распоряжение парням из охраны, сам прыгаю в микроавтобус и топлю в сторону столицы.

— Ты опоздал, — смотрит на часы полковник, когда захожу в кабинет.

— Я летел, как мог.

За длинным столом сидит ещё один человек. Небольшой пожилой мужчина умного вида в очёчках.

— Профессор Вениамин Маркович Полянский, — представляет его начальник. — Капитан Тарас Шип.

Профессор немного удивлённо приподнимает брови, смотря на нас по очереди.

Сажусь напротив, двигаю по столу в его сторону документы.

— Что это? — показываю глазами.

Он заинтересованно листает.

— Так-так-так… Этого не может быть… — снимает очки и сжимает переносицу пальцами.

— Профессор, давайте без этих ваших… Что за хрень, которой отравили девушку? — повышает голос полкан.

Терпимостью он никогда не отличался. Поэтому и работа кабинетная.

Полянский складывает руки на бумаги и смотрит на нас.

— Я не думал, что это возможно, но… Помните, полгода назад из лаборатории пропала ампула с экспериментальным препаратом CXF67?

— Которую ваша лаборантка спёрла, а потом божилась, что ничего не брала? И присела за это?

— Ну, да… — поправляет очки.

— Помню, — откидывается в кресле полковник. — Это он?

— Да… И эта девушка единственный человек, на котором его испытали, — восторженно.

— Вы прикалываетесь⁈- начинаю звереть. — Она там умирает! Собирайтесь, берите эти ваши антидоты и прочую херню, которая её спасет, и едемте в клинику.

— Тарас, успокойся, — осаживает меня полкан. — Как этот препарат мог попасть к ней? — спрашивает у профессора.

— Через таблетки, — кидаю на стол пузырёк с витаминами. — В назначении врача их нет. Не выписывают они дорогие лекарства. Кто дал их Ольге неизвестно, пока она без сознания.

Полянский крутит его в руках.

— Хитро придумано. Чтобы убить, нужна небольшая доза, хватит пару капель, но помещенный во флакон и равномерно распределённый по таблеткам яд действует значительно медленнее из-за мизерных концентраций. Кто-то хотел, чтобы она умерла не сразу, а мучилась перед смертью.

— Не трудно догадаться кто, — смотрю на полковника.

По глазам вижу, он со мной согласен.

— Вопрос в том, кто это сделал?

— Мысли есть? — две пары глаз устремлены на меня.

— Была одна… Но вы её в корне порушили. Этот человек не