Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

Сначала цепляюсь за ее очаровательную улыбку, тону в жидком янтаре лукавых глаз, а затем все-таки вникаю в суть фразы. Делаю глубокий вдох, чтобы хоть немного остудить бурлящую внутри лаву ревности, и обнимаю Ксюшу за талию, притягивая к себе.

- Ты же знаешь, я не умею на тебя сердиться, - целую ее в висок. Мне просто необходимо поставить хоть какую-то метку, заявить права на мою женщину. Как только делаю это, мне становится чуть легче.

- Однако Олег пообещал обязательно попробовать твою кухню. Просто в другой день. Уверена, ты со своей командой сможешь покорить его вкус, - искренне произносит, придавая мне сил.

Узнаю в ней прежнюю Ксюшу. Бойкую, дерзкую, любящую. Ту самую, которая обеспечивала мне надежный тыл, толкала вперед, не позволяя остановиться на полпути, стояла за спиной, как ангел-хранитель. Верила мне и в меня.

Моя жена возвращается ко мне. И я ощущаю себя по-настоящему счастливым. Даже блеянье Михайлова не омрачает мое настроение.

- Из ваших уст все так аппетитно звучит, что и я, пожалуй, попробую, - обращаясь к Ксюше, Артур умело лупит по струнам моей ревности, но я не реагирую. Не свожу влюбленного взгляда с жены, усмехаюсь, когда она краснеет, и крепче обнимаю ее. – Надеюсь, Матвей, вы меня не отравите? – глупо подшучивает Михайлов, словно намекает на что-то.

Мгновенно напрягаюсь, почуяв неладное, инстинктивно осматриваюсь в поисках какой-либо подставы – и заставляю себя выдохнуть. Бред. Персонал на этот раз я проверил лично, поваров через все круги ада прогнал, так что не о чем волноваться.

- Ну, что вы, Артур, нам доверяют даже малышей, - многозначительно киваю на зал, заполненный супружескими парами с детьми. – Ресторан был изначально задуман как семейный, так что и меню адаптировано для всех: от взрослых до самых маленьких.

Покосившись на Ксюшу, замечаю, что она смотрит на меня с обожанием, впитывает каждое слово и прижимает свободную ладонь к животу, слегка поглаживая. Неужели гастрит обострился? Все-таки надо было готовить для нее диетический ужин.

- Да, я наслышан, как вы трепетно относитесь к семье, Матвей. Похвально, - не унимается Михайлов. – А сами не планируете пополнение? – хмыкает, не скрывая сарказма в тоне. Урод.

Ксюша фыркает, прикрывая живот, а потом язвительно выдает:

- А вы, Артур? Если не ошибаюсь, Светлана беременна от вас? – неожиданно заявляет, и я удивленно открываю рот. – Прошу прощения за чересчур личный вопрос, - продолжает издеваться над опешившим, побледневшим конкурентом. – Мы можем вас поздравить?

- Э-э-м, извините, - Михайлов поднимает указательный палец. – Я отойду на секунду. Важный звонок.

Дергаными движениями достает телефон из кармана, неуклюже петляет мимо гостей ресторана, на ходу набирая чей-то номер, останавливается у окна. Угрожающе распахивает створки, словно собирается выброситься из него. Благо, лететь невысоко, так что отделается ушибами – и открытие таким странным способом он мне не испортит.

- Малыш, ты с чего взяла, что Света от него залетела? – шепчу Ксюше на ушко.

- Хм, ну, ты же говорил, что заключение УЗИ настоящее и принадлежит ей? – уточняет, а я киваю.

Воскресенский позвонил в клинику, печать которой стояла на документах, нашел гинеколога и выяснил, чью справку Света прислала моей вспыльчивой жене в мессенджере. Оказалось, свою собственную.

- Так… И? – по-прежнему не могу найти связь.

- Что «и»? – прыскает от смеха Ксю. – Остальное я додумала. И предположила вслух. Судя по тому, что Михайлов сейчас судорожно кому-то звонит и что-то в панике выясняет, я угадала.

- Милая, ты неподражаема, - не сдержавшись, хохочу вместе с ней. – Новоявленного папку сейчас, кажется, инфаркт хватит, - указываю на Артура, нервно рвущего на себе волосы.

Спустя несколько минут он завершает беседу, судя по его виду, не очень приятную, и покидает ресторан. Его автомобиль буквально срывается с места, как гоночный болид, и исчезает в неизвестном направлении.

- Поделом, - шипит Ксю ему вслед как дикая кошка, а через секунду льнет ко мне и преданно заглядывает в глаза. – Мэ-эт, а что за интрига с вывеской? – ведет пальчиком по груди, рисует круги на кубиках пресса, щекочет и заводит. – Любопытно.

* * *

- Идем, - беру ее за руку и увлекаю за собой.

Накидываю пальто на хрупкие плечи, бережно укутываю жену, как ценную хрустальную вазу, заботливо застегиваю пуговицы, согреваясь под ее, полным обожания, взглядом. Как раньше. Будто мы больше не в шаге от развода.

Ксюшу трясет от предвкушения, пока я вывожу ее на улицу. Она всегда любила сюрпризы – и в такие моменты превращалась в ребенка, который ждет Нового года и верит в Деда Мороза.

Даю знак Глебу – и у входа в ресторан начинается огненное шоу. Ксю зажмуривается от неожиданности, инстинктивно жмется ко мне в поисках защиты, однако осознав, что ей ничего не угрожает, заливисто смеется и хлопает артистам.

- Малыш, - нежно зову ее, утыкаясь носом в висок.

В этот момент шоу подходит к кульминации. Ответственный за красивый финал файерист взмахивает подожженной веревкой, огонь перекидывается на специальное полотно, прикрывающее вывеску, - и оно вспыхивает, быстро сгорая.

Пепел осыпается на землю, а название ресторана зажигается яркими буквами.

- Александрия, - читает вслух Ксюша, и ее голос надламывается.

Разворачиваю жену к себе лицом, осторожно держу за плечи. Вижу, как глаза-карамельки поблескивают от слез. Значит, она правильно трактовала мой сюрприз…

- Помнишь, когда мы планировали малыша, то обсуждали имя, - не спрашиваю, а утверждаю. Тыльной стороной ладони стираю бегущую по бархатной щеке слезинку и понимаю: Ксюша все помнит. Бережно хранит в сердце, как и я. – Ты предложила назвать ребенка Сашей. Независимо от пола. Если девочка, то Александра. Если мальчик, то Александр.

- Тебе не понравилось, - сипло укоряет она меня. Обиженно надувает губы.

- Я передумал, - обхватываю румяные щеки руками. Целую кончик покрасневшего носа. – «Александрия» перейдет по наследству нашему первенцу, который у нас обязательно появится, - чеканю твердо. - Я пройду курс лечения, я... Да все, что можно и нельзя, ради нас сделаю. Только дай мне шанс. Нам...

- Да, - неожиданно соглашается Ксюша, словно не до конца понимает, что происходит. Плывет, подбрасываемая на волнах эмоций. Всхлипывает и одновременно улыбается. Такая смешная и трогательная.

- Любимая, я предлагаю бороться. Вместе. За Сашеньку, - выпаливаю на одном выдохе.

Умолкаю. Жду реакции.

Вокруг шумят гости, из ресторана льется музыка, в небе взрываются фейерверки, но это всего лишь фон.

Есть только мы с Ксюшей. Глаза в глаза, ладонь в ладонь, душа в душу.

Наедине среди толпы.

- Я согласна, папочка, - ласковый шепот заставляет улыбнуться.

Кутаю Ксюшу в своих объятиях, прячу от всего мира. Целую в макушку, пока она трется носиком о мою грудь. Прощаю ей пренебрежительное «папочка», которым вредная жена называет меня, когда я чересчур ее опекаю и перегибаю с контролем. Главное, что она согласилась сохранить семью.

- Мы можем сбежать домой? – встав на носочки и подтянувшись ближе ко мне, жарко сопит в шею. – У меня для тебя тоже есть сюрприз.

Откликаюсь незамедлительно. Молча набираю эсэмэску Глебу, чтобы присмотрел за рестораном до конца вечера. Открытие состоялось, команда поваров и официантов работает слаженно, критик и конкурент ликвидированы. Можно расслабиться. Поэтому забираю свое главное сокровище, по пути к машине обронив банальную, но правдивую фразу:

- С тобой хоть на край света.

Не имею ни малейшего представления, что подготовила для меня Ксюша. Душу греет сам факт, что она старалась и не забыла о нашей годовщине. Значит, любит, и это самый важный подарок.

Я спокоен, счастлив и готов ко всему. До тех пор, пока не узнаю, в чем заключается ее сюрприз…

Глава 31

Ксюша

Заторможено наблюдаю, как белеют мои пальцы, судорожно сжимающие большую красочную жестяную коробку. Внутри нее, под горой печенья в виде сердечек, на серебристом дне спрятан главный сюрприз…