Разводимся! Моя на тридцать дней (СИ) - Лесневская Вероника

«В отличие от твоей матери», - проглатываю горькую фразу.

- Ну вот, она меня и вела, - пожимает плечами. - Обследовала вдоль и поперек, витамины прописывала, БАДы, а недавно рекомендовала воздержание на месяц… - закашливается, споткнувшись о мой хмурый взгляд. – Так надо, чтобы наши организмы отдохнули друг от друга. А до этого по несколько дней подряд я не притрагивался к тебе, потому что готовился к сдаче анализов.

- Названивала тебе тоже она? И срывался ты к ней внезапно? – продолжаю размышлять.

- У Нинель плотный график, так что она выбирала окна, чтобы принять меня, а я уже подстраивался. Все-таки это в моих интересах, - качает головой. – Так как она моя родственница, то могла позвонить в любое время суток. Правда, когда ты стала нервной и подозрительной, я попросил ее кидать эсэмэски. Мне казалось, ты по голосу ее узнаешь и все поймешь.

- По телефону непонятно было, - кусаю губы и тихонько признаюсь: - Я решила, что тебя любовница постоянно вызывает.

- Любовницы тебе на телефон пишут, - неудачно шутит Мэт и запинается, потупив взгляд. – Прости.

- Боже, это так глупо, - срываюсь в заливистый смех. Прикрываю рот ладошкой и откидываюсь на спинку стула. – Конспиратор из тебя вышел отменный! Ты все так запутал, что сам увяз по самое горло, - смахиваю слезы со щек.

- Ну да, а тебе пришлось примерить на себя роль детектива, - тяжело вздыхает, вновь сгребая мои руки в свои. Наклоняется и целует каждый пальчик, прижимается щекой к моим ладоням. Отодвинув свой стул, опускается передо мной на колено, чтобы стать еще ближе. – Извини, Ксюш, я так был одержим идеей завести ребенка, что не замечал ничего вокруг. Зациклился на клинике, лечении, несовместимости этой долбаной. Нинель как сказала о ней, меня словно замкнуло.

- Ерунда это все, Мэт, – высвободив руку, поглаживаю его по голове, что теперь покоится на моих коленях, перебираю пальчиками жесткие волосы. – Врачи тоже ошибаются.

- Я не понимал тогда, что делать, Ксюнь. Получается, ты здорова, я тоже. Ты с любым другим мужиком можешь иметь детей, а со мной – нет, - упершись подбородком в ложбинку между моих бедер, жарко произносит мне в живот, и я вся покрываюсь мурашками. - Я и отпустить тебя не мог, это как кусок от себя оторвать. И держать рядом с собой не имел права. А потом ты еще на развод подала. Как контрольный выстрел в сердце.

*** Муз. трек Сергей Лазарев «Сдавайся!»

* * *

- Матвей, - шепчу с нежностью, вынуждая его поднять на меня взгляд. Ласково порхаю пальцами по нахмуренным чертам его лица, и линии разглаживаются. Мэт целует мою ладонь и прижимается к ней щекой, улыбаясь и прикрывая глаза. Ручной лев, которого мне так не хватало все эти дни. – Тебе стоило сразу рассказать мне обо всем. Неужели ты думаешь, что я отказалась бы от тебя и помчалась срочно искать себе совместимого осеменителя? Ты поэтому так меня ревновал?

Молчит, заметно помрачнев.

- Я тебе всегда доверял, - бурчит после паузы.

- В прошедшем времени? – возвращаю ему его же вопрос.

- Бессрочно, - обхватывает мои бедра, скользит руками по невесомой ткани платья, сминая и задирая ее. Нащупывает начало разреза, ныряет между разошедшимися краями и подцепляет кромку чулка. Глухо рычит, когда я не могу сдержать томного стона. – Ксюша, ты у меня такая идеальная. Я постоянно работал над тем, чтобы быть достойным тебя.

- Переработал, Мэт, - сипло смеюсь сквозь придыхания. Муж умело ласкает меня, отвлекая внимание и путая мысли. Кожа горит в местах его прикосновений, подо мной настоящий вулкан, и мне кажется, я готова отдаться ему прямо в ВИП-зале ресторана. В день открытия. При полной посадке. Безумие!

- Готов загладить вину, - горячая ладонь оказывается между моих ног, и я жалко поскуливаю, не в силах больше сдерживаться.

- Я… я тоже… виновата, - шумно выдыхаю. Ловлю его удивленный прищур, ведь я никогда не признаю свои ошибки. Очнувшись, мгновенно выхожу из положения: - С другой стороны, если бы ты был честен со мной, то мне бы не пришлось додумывать самой. И я не повелась бы на козни твоих Свет, Дуль-Гуль и прочих мимо проходящих баб, - фырчу недовольно.

- Они не мои, - кривится с отвращением. – Только ты моя, - проходится поцелуями от коленки вверх к бедру. Проведя носом по полоске обнаженной кожи между чулком и трусиками, уверенно поднимает голову. – Ксюш, твоя очередь. Ты собиралась мне о чем-то сказать, пока я не перебил.

- Угу, если ты, конечно, поверишь…

Делаю вдох, а выдохнуть не могу. Легкие парализованы, сердце замерло. Есть только взгляд Мэта, потемневший, пристальный, пронзающий меня насквозь, как рентген. До костей.

Беру его руки, сжатые в кулаки, и прикладываю к своему животу.

Я и раньше не знала, как признаться. До развода, мечтая о беременности, я представляла, что преподнесу мужу радостную новость красиво и романтично. Полосатый тест в коробочке, снимок УЗИ с бантиком. Наверное, наивно и глупо, но сейчас у меня и этого нет. Никаких доказательств, когда они так необходимы. Придется объяснить все на словах.

Примет ли? Поймет? Или продолжит талдычить мне о несовместимости…

- Пообещай, что нас не обидишь, - грожу ему пальцем.

- Я? Ты что, Ксюш, я тебя никогда не обижу, - нервно усмехается, пропустив мимо ушей слово «нас».

Так, ладно, намеки – не его конек. Значит, следующая попытка. Надеюсь, они у меня безлимитные.

- Ой! – не на шутку пугаюсь, когда интимную атмосферу нарушает тяжелая музыка.

Телефон Мэта буквально разрывается от входящего сигнала. Видимо, такой жуткий рингтон был выбран специально, чтобы не пропустить важный контакт.

- Да елки, - муж выпрямляется в полный рост, выуживает трубку из кармана красноречиво натянутых брюк. Смущенно отвожу взгляд от его паха напротив, покашливаю, закидывая ногу на ногу. Тщетно пытаюсь восстановить сбившееся дыхание.

Мэт судорожно сбрасывает звонок, кидая телефон на стол между блюдами. Злится, что нас прервали.

- Каждый раз, когда ты так делал при мне, я подозревала, что тебе звонит любовница, - задумчиво наблюдаю, как гаснет дисплей.

- Хм, - напрягается, тоже покосившись на него, и опускается на стул. – Я скрывал только звонки Нинель, и теперь жалею об этом. Значит, впредь буду разговаривать при тебе, кто бы меня ни вызывал, - кивает, будто мысленно делает себе пометку в воображаемом блокнотике под заголовком «Как избежать развода». Мне бы тоже такой не помешал.

Сигнал повторяется. Кто-то по ту сторону линии настойчиво жаждет Мэта. Как и обещал, он демонстративно включает громкую связь.

- Никаких секретов, - успевает произнести до того, как из динамика вырвется запыхавшийся мужской голос.

- Мэт, ты где пропал? – по первым же нервозным ноткам я узнаю Глеба. – Хотел у Сашки спросить, но она тоже как сквозь землю провалилась! Еще тут поговаривают, что скандал с критиком произошел…

- Он сам нарвался, - нахально выгибает бровь, подмигивая мне. – Пусть знает свое место и не трогает чужое. А у Александры особое задание, которое она с блеском выполнила, - разводит руками, когда я укоризненно цокаю.

Иногда Мэт ведет себя как пацан, и мне не верится, что он управляет огромным рестораном, причем весьма успешно. Ревнивый мальчишка.

Но я люблю его любым.

Улыбнувшись, тянусь к нему и, накрыв ладонью одну щеку, быстро целую его в другую. Игриво хихикнув, отстраняюсь, с удовлетворением наблюдая, как мой муж тает на глазах.

- Ни хрена не понял, но надеюсь, у тебя это под контролем, - тараторит Глеб. – Я звоню по другому поводу. В зале Михайлов! Все-таки приперся! С ним что делать?

- Вариант: «Убить и закопать» - не принимается? – устало вздыхает Мэт, откидываясь на спинку стула.

- Тот самый конкурент, который тебе палки в колеса вставляет? – тихонько уточняю. – И который Светку подослал?

- Тот самый, - подтверждает мои опасения.

Перед глазами критик Олег в красных пятнах, будто в него стреляли из автомата, и теперь он истекает кровью. Если они с Михайловым пересекутся, это катастрофа! Страшнее видеоролика, на котором я разворотила ресторан. Удачный повод окончательно подорвать репутацию Матвея, от которой и так ничего не осталось.