Культиватор Сан Шен - Михаил Владимирович Баковец

бездонными лужами. Но тот с лёгкостью обходил мои ловушки. Брызги и Плеть только шипели на его броне. Большая часть воды вообще испарялась ещё до того, как долетала до неё. Мы с Мей отступали по грудам тел, поскальзывались в лужах крови, путались во внутренностях и пинали лапы умирающих демозов, которые пытались нас ухватить, когда мы проходимо рядом с ними. Уходить от чёрного практика было легко. Будучи неуязвимым в своей лавовой обёртке, он двигался очень медленно. Не кружи вокруг нас твари, то мы бы с девушкой легко ушли от него.

— Стойте или умрёте! — рявкнул он и направил на нас свои руки-горшки. Пламя в них загудело, как в мощной горелке.

— Сам сдохни, подстилка демонов! — ответила ему Мей и кинула в него луком. Последнюю стрелу она выпустила полминуты назад.

Больше от врага мы не услышали ни слова. С его рук слетели два огненных сгустка и ударили в нас. Увернуться от них не получилось ни мне, ни лучнице. Я успел увидеть, как один ударил в живот Мей за миг до того, как второй снаряд попал в меня. Ощущения, словно попал под колёса автомобиля. Доспех духа погасил большую часть смертоносной энергии, но до конца не спас. Прокатившись по земле, я со всего маха ударился головой о древний булыжник, выпавший когда-то из стены. Вместе с вылетевшими из глаз искрами, меня покинуло сознание.

Глава 19

ГЛАВА 19

— Вставай, падаль, — донеслось до моих ушей. А следом прилетел чувствительный удар по рёбрам.

— Аккуратнее с ним. Он должен быть живым, А лнэс, — раздался новый голос рядом. — А ты его уже минуту лупишь.

— Да что с ним случится? — ответил ему первый, кого я услышал.

— Сломаешь ему рёбра и вгонишь в лёгкие, он захлебнётся кровью. И всё, некого хозяевам в дар приносить. Ну, если только тебя за такой проступок.

— … … — в ответ первый разразился громкой и грязной бранью. При этом прислушался к чужим советам и очередной пинок нанёс не моим многострадальным бокам, а в бедро. Попал в какую-то уж очень болезненную точку, отчего меня всего будто электричеством прострелило. Из меня невольно вырвался стон, а тело дёрнулось. — Ага, падаль, очнулся. Встал на ноги, пока я тебе не отрезал что-то ненужное!

Встал… легко сказать. Я даже глаза открыть мог с трудом не то что пошевелить руками и ногами.

Кажется, до моего мучителя дошла ситуация и он прекратил побои. Ещё раз выругался и смолк. Кажется, ушёл.

Не знаю, сколько прошло времени. Скорее всего, я вернулся обратно в пучину беспамятства. Вновь пришёл в себя от лёгкого удушья и волны холода, покрывшей всё тело. Это меня окатили ледяной водой. После кто-то подхватил под руки и рывком поставил на ноги. Отпустили и вновь подхватили — стоять самостоятельно я не мог.

— Да он почти дохлый, — сказал кто-то позади меня. — Зачем было его тащить сюда?

— У него земной ранг, господин Сахад. Редкий трофей для хозяев. А что до его состояния, то если он не помер сразу, то выкарабкается. Только ему немного помочь нужно. А то браслеты из обсидиана мешают телу приводить себя в порядок…

Дослушать не смог. Вновь отключился.

Когда пришёл в себя, то сразу заметил в себе изменения. Почти ничего не болело. голова была достаточно ясная. И главное — меня никто не бил. Несколько минут лежал и вслушивался в окружающий мир. Потом рискнул приоткрыть глаза.

«Темно, как в подвале. И пахнет, как в подвале у бомжей», — пришла в голову мысль.

Рядом кто-то завозился, и я резко сомкнул веки. Немного выждал и вновь решил осмотреться. Когда проанализировал увиденное, приподнялся на локтях и уже внимательное оценил то, что меня окружало. Вокруг в скрюченных позах лежали шесть мужчин в обносках. Заросшие, тощие, грязные, со следами заживших ран и свежими ссадинами с рассечениями, которые точно оставил кнут или розга. Лежали мы на дощатом полу с огромными щелями. И лежали внутри клетки со стальными прутьями. Точь-в-точь такие же показывают в разных средневековых фильмах на Земле. В таких там возят преступников и главных героев, попавших в переплёт. Часто те и другие сбегают по воле сценаристов. Надеюсь, что и мне повезёт с этим.

Сам я выглядел практически также, как спящие люди вокруг. Только щетина было совсем короткая, как и волосы. А вот одежда отсутствовала. Имелись только короткие подштанники по размеру с семейные трусы. На груди толстой коркой застыли струпья от страшного, но уже полузажившего ожога размером в две ладони. Оба запястья плотно обхватывали два широких браслета толщиной около сантиметра из гладкого и твёрдого очень тёмного материала. Каждый такой весил грамм по сто пятьдесят.

«Моё кольцо⁈», — испугался я и потянулся мыслью к артефакту. Когда ничего не произошло покрылся холодным потом.

Неужели украли? Глаза также не видели его.

Я машинально схватился за палец, на котором ранее болталось моё сокровище. И с удивлением и облегчением почувствовал подушечками тонкий ободок. Пространственная побрякушка никуда не делась. Просто отчего-то оказалась заблокирована. Вряд ли это сделали враги специально. Они просто сняли бы кольцо. Либо отрезали бы с пальцем. Уверен, причина в браслетах. Просто чтобы проверить догадку я попытался использовать технику духовного доспеха. Результат нулевой. Даже не колыхнулось ничего в груди.

До утра я пролежал вместе со всеми. Встал тогда, когда рядом зашевелились товарищи по несчастью. На меня они взглянули без особого интереса. Взгляды потухшие, ничего не выражающие.

— Эй, я ничего не помню. Где мы? Почему с нами так поступили? — шёпотом обратился я к соседу слева.

Тот только щекой дёрнул и не стал отвечать. Следующий, кому я повторил вопрос, вообще никак не прореагировал на мои слова. Пришлось умолкнуть и ждать. Чего? Да чего угодно.

Когда утренние сумерки развеялись, я смог получше осмотреться. Рядом с моей клеткой-тюрьмой стояло несколько таких же. Сколько точно не смог посчитать. Увидел других пленных. Их содержали снаружи, привязав к кольям, вбитым в землю. Вместо браслетов на руках они носили ошейники из кожи или дерева с крупным металлическим кольцом. С одеждой у них было получше. Но всё равно та выглядела откровенным рубищем. были там и мужчины, и женщины и даже дети. Совсем маленьких не увидел. Самому младшему было лет восемь. Или он на столько выглядел.

Ещё немного погодя появились те, кто тут всем