Двойник императора - Алекс Орлов

«ФАРМАТЕК», «Блу шипперс», «АГАС» — все эти фармацевтические гиганты покупали для рекламы лучшее время, и Джи Гегемон, используя разведывательную аппаратуру своего крейсера, мог получать самые последние ролики этих фирм, собирая их и любовно классифицируя.

Джи прислушался — смех больше не звучал. Значит, лекарство подействовало. Вспомнив о разговоре с директором Кнацелем, Арбитр хлопнул себя по лбу и заспешил на пост управления.

Привычно оглядев показания приборов, Джи Гегемон щелкнул тумблером и произнес:

— Станция «Квадро». Уничтожение в ручном режиме.

Экран компьютера понятливо мигнул, и на нем потянулись длинные диаграммы загрузки навигационной базы данных.

77

Для Эдди Шиллера день с самого утра выдался необычайно напряженным. Сначала пришли сообщения о новых хулиганствах военного прикрытия «Калигулы» и «Джанга». Их «сарацины» сожгли два тягача «мановар» и пытались уничтожить промысловое судно, однако подоспевшие «маэстро» майора Шекли сумели отогнать бандитов, и те убрались, не желая вступать в бой с сильным противником.

Потом с запозданием прибыл груз со световодом, который пришлось заказать для модернизации лазерной пушки. На этом настоял мистер Ремингтон, который прижился на «Квадро» и решил остаться насовсем.

Теперь транспорт с кабелем и прочей соединительной фурнитурой необходимо было куда-то пришвартовать, поскольку начинать разгрузку нужно было как можно быстрее.

Вместе с тем тягачи и промысловые суда тоже требовали своего места — ведь они участвовали в непрекращающемся производственном процессе. А когда приходили баржи покупателей, всех «своих» приходилось выгонять в космос — производство без продажи продукта не имело смысла.

Загруженные баржи с эмблемами императора Нового Востока выстраивались в колонны и трогались в путь, сопровождаемые вооруженными до зубов «рейдерами». Эти корабли приходили прямо с передовой, и их корпуса были покрыты шрамами от тяжелых ракет и снарядов.

После ухода покупателей «свои» суда возвращались на промышленные стоянки, и процесс продолжался.

Фабрика работала, «мановары» подтаскивали новые астероиды, а электромагнитная пушка каждые полчаса отстреливала ядовитые капсулы в сторону звезды «KU 20 094».

Несмотря на все трудности, станция разрасталась, и теперь Эдди уже не мог за пятнадцать минут обежать все помещения, чтобы быстро и точно оценить обстановку. Он работал по пятнадцать часов в сутки, ведя переговоры с покупателями, кредиторами, подрядчиками и торговцами оружием.

Кроме того, увеличившийся промысловый флот приходилось снабжать «адресами» астероидных «окон», однако здесь почти всю работу Леон-Очкарик выполнял сам. Он придумывал новые системы расчетов, позволявшие Эдди тратить на «адреса» значительно меньше времени.

Нашел свое место и Бонус. Теперь он выполнял обязанности «глаз и ушей» своего шефа. Он старался отслеживать ситуацию на станции и потом докладывал Эдди. Поначалу его доклады были довольно бестолковыми, но со временем Шиллер научился извлекать из информации Бонуса все, что ему было интересно.

Значительно изменился и внутренний вид станции. Милые девушки из фирмы «Левис дизайн» задрапировали стены, навесили тканые панно и соломенные циновки так, что изнутри станция стала похожа на фешенебельный бордель, однако Эдди это не особенно волновало. Он старательно избегал уединенных встреч с Энн Левис и не глядя подписывал ее счета, боясь быть расплавленным исходящим от миссис Левис жаром.

Отправив Бонуса с очередным поручением, Эдди выключил компьютер и, глубоко вздохнув, уставился в стену.

Прошло полминуты, минута, но в дверь не стучали, и телефон не звонил. Эдди улыбнулся — такой длительной паузы за последнюю неделю он не помнил. Прошло еще пять секунд, и в дверь постучали.

«Ну вот — значит, все в порядке», — усмехнулся Эдди.

— Входите.

— Это я, сэр, — протиснулся в щель Райх. — Мы начали монтаж новых световодов. Посмотреть не желаете?

Смотреть Эдди не желал, однако полагал, что должен показывать заинтересованность во всех проблемах станции.

— Конечно, Бени, — кивнул он и встал из-за стола.

Возле сложного узла сочленения пятеро рабочих в белоснежных комбинезонах и закрытых масках тонкими кисточками шлифовали похожие на хрустальные блюдца стекляшки.

— Что они делают? — спросил Шиллер у бригадира, руководившего командой монтажников.

— Очищают линзы, сэр. Через них пойдет гигантское количество энергии, такое большое, что, скажем, попади туда песчинка, она сработает, как противопехотная мина.

— Однако… — удивился Эдди.

— Именно так, сэр, — подтвердил бригадир и отошел к своим рабочим, чтобы помочь поддержать провисающий световод.

Эдди посмотрел бригадиру вслед, силясь вспомнить, как его зовут. Лицо он помнил, но имя, увы, вспомнить так и не смог. Прошло то время, когда весь персонал станции можно было пересчитать по пальцам. Теперь на станции «Квадро» трудилось более четырехсот человек.

Понаблюдав еще немного и перекинувшись с Райхом парой слов, Шиллер вернулся в кабинет, где у него была назначена встреча.

Едва Эдди сел к рабочему столу, с радарного поста «Квадро» сообщили о приближении яхты. Шиллер посмотрел на часы и отметил, что гость прибывает без опоздания.

Спустя пятнадцать минут посланный встречать гостя Бонус привел его в кабинет шефа.

— Рад вас видеть, мистер Голландец, — приветствовал прибывшего Эдди и, выйдя из-за стола, пожал ему руку.

— Могу сказать то же самое, мистер Шиллер, — пробасил Голландец, осторожно пожимая маленькую руку Эдди. — Признаться, я ожидал, что вы будете немного постарше.

— Ничего, я слышал, что мой недостаток быстро проходит, — улыбнулся Шиллер.

— Увы, это так, — кивнул гость.

— Прошу вас, Ник, присаживайтесь, — указал на кресло хозяин.

— У вас здесь очень необычно, — обвел глазами интерьер кабинета Ник Голландец. — Похоже на музей какой-то.

— Некоторые говорят, что на бордель.

— Можно и так сказать, — согласился Голландец, — но только на очень хороший бордель, в котором чувствуешь себя как дома.

— Надеюсь, вам у нас понравится.

— Мне уже нравится, мистер Шиллер. Честно говоря, даже неловко, что мои парни пытались уничтожить такую красоту, — с наигранным сожалением произнес Голландец.

— Ну, тогда все было по-другому. Сама станция была раз в пять меньше. Пустые помещения без отделки.

— Только пушки — одна на одной, — добавил Ник.

— Надо было выжить, — развел руками Эдди.

— Никаких обид, мистер Шиллер. Все зарабатывают деньги как могут, и, я так понимаю, вы хотите дать мне еще один шанс заработать.

— Да, мистер Голландец. Мы хотим, чтобы вы немного помогли.

— Полагаю, вас одолели эти хулиганы из Промышленного Союза?

— Я не понимаю, о чем вы говорите?

— Я имею в виду банду Микеле Байка. В последнее время она здорово разрослась, и все это делается на деньги Промышленного Союза.

Эдди помолчал, переваривая информацию. При таком раскладе все становилось на свои места, а именно — в драку за контроль над добычей вступала третья сторона. А сколько их будет еще?

— Нет, с этой проблемой мы попробуем разобраться сами. А ваши корабли, мистер Голландец, нужны нам для атаки Главного Арбитра.

— Что?! — подался вперед гость. — Вы сказали, Главного Арбитра?

— Да, я сказал, что собираюсь атаковать крейсер Главного Арбитра.

— Мне очень жаль, сэр, но это безумие. Я не самоубийца. К тому же, если представить себе невероятное — мы убили Главного Арбитра… И что потом? Придет полсотни линкоров Лиги Порядка и нас спросят: «А где наш „Y-7“?»

— А мы им его предъявим. У нас уже есть замена, мистер Голландец.

Гость помолчал, потом поднял глаза на Эдди и спросил:

— У вас есть какие-то козыри? Вы уверены, что сумеете уничтожить крейсер?

— С вашей помощью — да, — ответил Шиллер.

— Но атаковать Главного Арбитра в лоб невозможно. Я даже не представляю себе, как это можно сделать?

— Давайте договоримся так, мистер Голландец. Вы приводите свои суда, а сделать это нужно как можно скорее, и размещаете их, скажем, на пятом участке. Это достаточно далеко для того, чтобы все выглядело безобидно, и достаточно близко, чтобы вы могли вовремя вмешаться. Если вы увидите, что нам удалось тяжело ранить это чудовище, вы вступаете в игру и помогаете нам его добить, если же у нас ничего не выйдет, вы спокойно убираетесь восвояси.

— И никакого риска?

— Совершенно верно — никакого риска.

— Выглядит вполне привлекательно, — кивнул Ник Голландец. — Какова цена?

— Возмещение потерь плюс пятьдесят миллионов.

— Это хорошие условия, — снова кивнул гость.