Красное бедствие - Рита Хоффман

– Да, – откликнулась она, – уже иду.

Дрожащий от холода юноша проводил ее внимательным взглядом темных глаз.

Глава 16

Ситуация в Свободных Землях ухудшалась с каждым днем - Лаверн получал все больше соколов с требованиями немедленно урегулировать ситуацию с демонами и оживающими мертвецами. Зараженных становилось все больше, жрицы дома Убывающих Лун лишь разводили руками.

Савьер изо всех сил пытался находиться поближе к брату, чтобы быть в курсе происходящего, но тот, окончательно утратив самообладание, гнал всех прочь и все чаще запирался в кабинете.

Тяжело опираясь на трость, Савьер спустился на первый этаж и замер у входа, пропуская слуг, несущих сундук с его вещами. Вчера Лаверн приказал ему отправляться в Тихое Место, и он понял, что теперь его единственный источник информации это Хести.

Эльфийка остановилась рядом с ним и поправила неизменную мантию. Она нахмурила темные брови и проводила слуг взглядом.

– И зачем мне отправляться с тобой? – ворчливо спросила она. – Неужели ты сам не справишься?

– Хотел бы я знать, – откликнулся Савьер, скрывая тот факт, что причина, по которой Хести приказали поехать с ним, ему хорошо известна.

Лаверн твердо решил узнать, что замышляют жрицы, потому и приказал эльфийке сопровождать его. Беда в том, что Хести не желает говорить с Савьером – едва он заводит беседу, она тут же закрывает уши руками и делает вид, что ей абсолютно безразлично, что он хотел сказать. Ее характер просто невыносим.

Они сели в экипаж напротив друг друга. Хести отвернулась к окошку, подперла подбородок рукой и всем своим видом показывала, что эта поездка не вызывает у нее ничего, кроме скуки.

– Долго ехать? – спросила она, едва экипаж тронулся с места.

– Долго, – откликнулся Савьер.

– И зачем тебя туда отправили? Лаверн решил наконец избавиться от калеки?

– Ты не знаешь? – удивился Савьер. – Тогда пусть это будет сюрпризом для тебя.

– Ненавижу сюрпризы.

Он смерил эльфийку хмурым взглядом и тоже отвернулся к окну.

Очевидно, повинуясь влиянию небесных светил или еще Трое знают чему, Хести вскоре надоело бездумно таращиться на проносящийся за окном пейзаж и она повернулась к Савьеру.

– Ну, калека, раз уж мы должны вместе отправиться в ссылку, ты можешь мне что-нибудь рассказать.

– Звучит так, будто ты делаешь мне одолжение, позволяя говорить с тобой, – фыркнул Савьер.

– Так и есть. Что мне может рассказать человек? Ваша история – сплошные войны и междоусобные разбирательства, свадьбы и похороны. Больше в ваших глупых книгах ни о чем не пишут.

– Ты читала наши книги?

– Кое-какие, – подтвердила Хести, проводя ладонью по струящейся ткани своей мантии.

– Значит, выбирала совсем не те, в которых…

– Ну, так расскажи мне! – потребовала эльфийка. – Как твой народ относится к миру, в котором живет? Что думает о магии? Как по вашему мнению появился мир?

Савьер задумался.

– Фокас и Линос были небесными лунами, – медленно начал он, – и они полюбили друг друга.

– Так лун было три?

– Да, в древние времена, когда не было ни Свободных Земель, ни Тормундских гор, вообще ничего.

– А что тогда было? – Хести оперлась локтями о колени и положила подбородок на ладони, подавшись вперед.

– Просто небесное тело. Наш мир представлялся древним Синей Жемчужиной – сферой, покрытой водой. И когда Линос и Фокас сблизились, они не смогли противиться притяжению своих тел и врезались друг в друга. Их разбитые тела рухнули на Синюю Жемчужину и появились материки, острова и архипелаги, а пыль превратилась в звезды и Молочную Реку, которая пересекает небо по ночам.

– То есть, мы живем на осколках двух лун?

– Да. – Савьер кивнул. – Так говорили древние.

– Третья луна осталась одна. – Хести выглянула в окно и посмотрела на небо. – Ей, должно быть, теперь очень одиноко.

– А что об этом думает твой народ? – спросил Савьер.

– О создании мира? – Хести хмыкнула. – Мы считаем, что нас сотворила Черная Мать, соблазнившая одного из Трех.

– Не может быть! – возмутился Савьер. – Богохульство!

– Сам спросил. – Эльфийка пожала плечами.

– И кого? Кого она соблазнила по-вашему?

– Мастера. Черная Мать рожала в муках и сумела разрешиться только к ночи. Свет луны посеребрил кожу ее детей и так появился лунный народ. Для их детей Мастер возвел Упорядоченное, но Мать, ваше третье божество, приревновала своего супруга и хитростью заставила его заняться с ней любовью, чтобы понести. Она родила утром – ее розовощекие дети стали первыми людьми. Спор двух матерей разрешил Жнец – он стал силой, уравнивающей отпрысков обеих. Смерть – сила, которая делает всех равными. Не важно, из какого ты народа, однажды Жнец придет за тобой и пожнет твою жизнь.

– Но вы живете дольше, – заметил Савьер.

– Это дар Черной Матери. – Хести пожала плечами.

– Мы считаем, что Мать породила нас всех, – сказал Савьер. – А Мастер построил для нас мир. Жнец же способен только разрушать то, что создают его брат и сестра.

– Какая глупая вера. Жнец не воплощенное зло! – возмутилась Хести.

– Воплощение зла – это Черная Мать, – тихо сказал Савьер. – Порождение Фаты, мира демонов. Мастер не мог…

– Откуда тебе знать, что он мог, а что нет? – перебила его Хести. – У тебя своя вера, а у меня своя, и не смей говорить мне, что ты знаешь больше, чем я! В конце концов, это я владею магией – даром Черной Матери, а ты просто человек.

– Когда-то и люди ей владели, что ты скажешь об этом?

– А кто, по-твоему, научил вас этому? – фыркнула Хести. – Ваши старики пришли к Опале Сотрясающей Камни и просили научить их. И она согласилась.

– Я ничего не слышал об этом, – признался Савьер.

– Еще бы. – Хести откинулась на мягкую спинку сидения и закинула ногу на ногу. – В ваших книгах вымарывают любое упоминание