Тайна «Прекрасной Марии» - Лора Эштон

Стоило Харлоу закрыть глаза, как призрак черной женщины появлялся рядом с ним. Маккэми с криком вскочил и упал на пол. У окна билось большое насекомое, которое привлек отблеск свечи. Маккэми из страха перед темнотой оставлял свечу на ночь зажженной. Обхватив руками колени, он так и просидел без сна всю ночь до самого утра.

— Доброе утро, мистер Маккэми.

Салли поприветствовала надсмотрщика во время своей утренней прогулки верхом. Заметив его бледное лицо, она участливо спросила:

— Мистер Маккэми, с вами все в порядке? Как вы себя чувствуете?

— Спасибо, у меня все хорошо, — поспешил ответить тот.

— Знаете, мне кажется, что вы выглядите неважно, — откровенно сказала Салли. — Если вы действительно плохо себя чувствуете, отправьте кого-нибудь за доктором. Летом нужно беречь себя, потому что жара способствует ослаблению организма.

— Да, да, я понимаю. Постараюсь поберечься, — сказал Маккэми.

«Она знает. Она все знает!» — подумал он, задыхаясь. И представил себе, как они издевательски над ним смеются.

Салли повернула Розу Бриар на свою любимую тропу, проходившую по деревянному мостику через залив. Мысли ее были заняты Дэнисом, этим упрямым Дэнисом, который никак и ни за что не хотел отступиться от своего. Ее самый любимый младший сын может испортить ей всю жизнь. А ведь ей и так хватало забот! Чего стоила Фелисия, которая чахла по Роману Превесту, или Поль, снюхавшийся с этой маленькой гадкой француженкой. Ну да Бог с ними. Но Дэнис! Нет, это уже слишком!

Ну а она сама? Только из-за этой проклятой жары она не ездит в Новый Орлеан и не встречается с Жильбером. Но так ли уж он ей нравится? Она бы с удовольствием с ним рассталась, если бы они с Полем переехали в Вашингтон. Почему же она никак не может порвать с ним? Из-за этой Адели Скаррон? Когда Поль женился на Салли, у него уже была одна любовница, и Салли нисколько не удивится, если он заведет себе еще кого-нибудь.

— Мы надеялись, что это лето будет таким замечательным! — сказала она позже няне Рэйчел, когда та причесывала ее перед обедом. — Люсьен и Фелисия будут дома, а Поль выставил бы свою кандидатуру на выборах. И что же? Поль постоянно торчит в своем кабинете. Пребывание в Париже вовсе не пошло Люсьену на пользу. А Дэнис и Фелисия несчастны, к тому же голова Дэниса забита мыслями об этой девке Мишле.

— Каждый думает, что по ту сторону забора трава зеленее, — ответила Мама Рэйчел и озабоченно посмотрела на Салли.

— Дорогая, так ведь недолго и заболеть, если все время думать о детях.

— А Холлис? — добавила Салли. — Стала такой раздражительной, я даже не знаю, что с ней творится, о чем она думает. И какой пример подаю ей я сама?

— Об этом я даже и говорить не хочу, — ответила няня.

— Конечно. Даже мистер Маккэми выглядит так, словно на него свалились все несчастья. Видела бы ты его сегодня.

Вместо ответа няня только хмыкнула. Она вообще была невысокого мнения обо всех янки.

— Этот мистер Маккэми немножко того.

Она воткнула в волосы Салли последнюю булавку, вставив с каждой стороны, как раз над ушами, по черепаховому гребню.

— Как только вы пообедаете, ваше настроение сразу поднимется. Мистер Поль сказал, что возвращается мистер Баррет.

Салли улыбнулась.

— Да, в конце будущего месяца. Он сказал, что это будет как раз к предвыборной кампании, но я думаю, что это из-за Элис, которая сводит его с ума. Не знаю, почему он до сих пор не женится?

— Может быть, он не может найти никого, кто бы его полюбил. Все-таки у мисс Элис достаточно трудный характер.

— А может быть, он по-своему прав. Мы ведь уже не так молоды, чтобы осуждать юных.

Салли снова посмотрела в зеркало.

— Ну, как я выгляжу?

— Вы, дорогая моя, будете выглядеть великолепно даже тогда, когда станете старше меня, — заявила Мама Рэйчел. — А сейчас идите обедать. А я пойду посмотрю, что там Джем сделал с моей библией. Хочу немного помолиться.

Библия Рэйчел лежала на столе. Джем возился с плетеным стулом. Тут же, прислонившись к дверному косяку, стоял Сэм.

Няня Рэйчел села на только что отремонтированный стул и сбросила с ног туфли.

— Честное слово, к вечеру мои ноги размера на два больше, чем утром. Ты «вылечил» мою библию, Джем?

— Я ее заново переплел. Она у тебя была совсем Рваная.

Сэм засмеялся.

— Ты слишком много молишься, Рэйчел. Поэтому она у тебя быстро рвется.

— Лучше усердно молиться, чем с утра до ночи играть в кости, — проворчала Рэйчел.

Сэм наклонился к ее стулу.

— А может быть, мне нужна хорошая женщина, которая наставила бы меня на праведный путь.

— Отец Фортье может тебя многому научить в воскресенье в церкви, если только ты перестанешь долго спать по утрам, — ответила няня. — А кроме того, ничто не мешает тебе помолиться лишний раз вечером в будний день.

— Думаю, мне нужно вдохновение, — заявил Сэм, — Рэйчел, а почему бы тебе снова не обуться и не прогуляться со мной? Сегодня вечером на реке так хорошо!

— Можно и прогуляться, — сказала Рэйчел.

Вечером Джуни присматривала за Эмилией, поэтому вечер у нее был свободным. Она взяла библию, поблагодарила дядю Джема и вышла с Сэмом прогуляться по реке.

— Почти все лето тебя не видел, — начал Сэм, искоса поглядывая на Рэйчел.

— Я все время была занята. То с гостями, то с мистером Люсьеном, то с француженкой, то еще Бог знает с кем.

— И даже не нашлось времени на меня!

— Ты очень непостоянный, а я слишком стара для таких гулянок.

— И вовсе я не такой, — обиженно сказал Сэм.

— Да, ты такой. Ты добрый человек. Легко можешь уговорить меня лечь с тобой в постель, но если я выйду за тебя замуж, то спокойной жизни мне не видать. Потому как в тебе словно черти сидят.

— Ну, ладно, не будем об этом. Давай просто погуляем, — сказал Сэм и обнял ее за талию. — Поскольку ты сегодня чувствуешь себя старенькой, я тоже немного сдержусь.

Они прогуливались по тропинке, которая проходила вдоль дороги по берегу заливчика. Вероятно, вечер располагал к романтическому настроению и ухаживаниям, поскольку они не были единственной прогуливающейся здесь парой. Дэниел и его жена Риар тоже сидели на пристани.

— Добрый вечер, сестра. Добрый вечер, Сэм, — поприветствовала их Риар.

— Добрый вечер, сестра Риар и брат Дэниел, — ответила Рэйчел с оттенком формальности в голосе, так как рабочие с плантации и домашние слуги стояли на разных ступенях социальной лестницы. Но Дэниел ходил в церковь каждое воскресенье, и это обстоятельство очень возвышало его в глазах Рэйчел.

— Как дела? — спросила она.

С явным беспокойством в голосе Дэниел произнес:

— Сестра Рэйчел, мне кажется, что мир наш недостаточно разумен и набожен. Многие люди совершенно не хотят знать свое место. Вот, например…