Алые небеса Сеула - Лина Ро

Душно… Странно, что я не обратил на духоту внимания, когда искал плед.

Тянусь к вороту рубахи. Расстегиваю верхнюю пуговицу. Спускаюсь ниже и натыкаюсь на девичьи руки: Маша справилась с несколькими, перегнав меня.

Ох, как же возбуждает! Голова кругом, как сильно я хочу эту девушку!

Под давлением чувств, бьющих ключом, не могу копаться с пуговицами, пусть их и осталось немного. Стягиваю рубашку через голову и сразу возвращаюсь к влажным поцелуям Марии – нежным и дразнящим, провоцирующим, сносящим все внутренние драйвера и предустановки. Ее строгая блузка начинает раздражать. Провожу ладонями вдоль талии, подцепляя и вытягивая ткань из-под офисных брюк. Чувствую горячую кожу, усыпанную мурашками. Девушка прогибается в спине от моих прикосновений. Казалось бы, это должно окончательно снести крышу, однако в голове острой стрелой пролетает мысль: «А если мы слишком спешим?»

Невероятным усилием воли отстраняюсь, пресекая уже далеко не застенчивые ласки Марии. Пристально смотрю в распахивающиеся глаза.

Пытаюсь отыскать в них сомнение, чтобы оправдать собственную нерешительность, но не нахожу и еле слышно спрашиваю:

– Ты уверена? Мы можем просто…

Но слова теряются в чувственном поцелуе, который инициирует девушка, настойчиво притягивая меня к себе.

После я уже не могу противиться инстинктам, думать, быть правильным или терпеливым. Меня поглощает страсть – и окончательно и бесповоротно пленяет русская красавица по имени Мария Соколова.

Глава 20

Мария Соколова

Горячее дыхание обжигает губы, вынуждая трепыхающееся в груди сердце отдавать пульсацией в кончиках пальцев. Время вокруг нас будто замедляется, превращаясь в величину неизмеримую, незначимую. Все чувства, мысли, желания фокусируются на Соджине. Мир за пределами квартиры… хотя нет, что там квартиры, дивана… весь мир растворяется, не имеет силы, весомости или ценности. Единственное, что сейчас важно, – Соджин, но его катастрофически мало, настолько, что у меня перехватывает дыхание.

Нуждаясь в близости, как в воздухе, импульсивно тянусь вперед и на полпути встречаюсь с мужскими губами. Пылающие, нежные, жадные – они увлекают меня поцелуем, от которого связь с реальностью окончательно теряется. Плоть отвечает на оглушающую волну страсти мгновенно, позволяя лавине чувств и эмоций накрыть нас обоих с головой. Пальцы мигом находят место на теплых запястьях, не противясь происходящему, и с приятным спокойствием отдают ведущую роль до сумасшествия невероятному мужчине, каким-то невообразимым образом умудряющемуся раз за разом решать любые мои проблемы. Каждое его прикосновение наполнено желанием, что я полностью и всецело разделяю. Именно поэтому под весом чужого тела послушно откидываюсь назад, не думая, не анализируя, а отдаваясь моменту. Поглощенная будоражащими ощущениями, пробирающими до мурашек, забываю о Люке, оставившему уродливый шрам на линии моей жизни, забываю о Джиме и о том, что мы расстались несколькими днями ранее, да я и себя практически забываю… Точнее, ту версию себя, которая была до встречи с неизменным героем, столь ловко завладевшим моими мыслями. Однако не успеваю удобно устроиться на диванных подушках: ухо режет резкий – на фоне укутавшей нас уютной тишины – пугающий звон.

Звук почти мгновенно отрезвляет, вырывая из дурмана под названием «Соджин», заставляя открыть глаза и включить «перезагрузку». Вздрагиваю. Спина выравнивается, чего нельзя сказать о дыхании. Пару раз рассеянно моргаю. Расфокусированным взглядом окидываю комнату, ища источник шума, но, не обнаружив оного, смотрю на Ли.

Парень неуклюже встает с дивана под очередную громкую трель, и, пока его гипнотические глаза снова не поработили сознание, переключаюсь в режим «анализа собранных данных», наконец понимая, что происходит:

– Дверь… – сбивчиво роняю.

Однако Соджин не реагирует, замер напротив, смотрит на меня безотрывно.

– В дверь звонят, – говорю разборчивее, начинаю теребить дрожащими пальцами тоненькую цепочку с подвеской в форме полумесяца. Волнуюсь.

Господин Ли вроде как собирается открыть, но местоположения не меняет, вероятно, его ответ чисто механический, на автомате. На моих губах намечается улыбка – ситуация до абсурда глупая, но нереально умилительная, и бабочки в животе буквально сходят с ума. Непривычно видеть мистера робота таким завороженным, поглощенным мною…

– Соджин, дверь… – повторяю практически беззвучно, желая быстрее избавиться от назойливого раздражителя и вновь завладеть вниманием хозяина квартиры.

На сей раз срабатывает: слова услышаны. Ли отлипает от паркета, удаляется в прихожую. Он по-прежнему рассеян, смущен, но в замешательстве парня столько жизни и искренности, что в груди все сжимается.

Смотрю Соджину вслед, прикусывая припухшие от поцелуев губы, отчетливо понимая: не хочу оставаться в комнате одна даже на минутку. Складываю покрывало, поднимаюсь с дивана, мягко, аккуратно ступая по кристально чистому полу. Вижу курьера, но он почти сразу теряется за широкими плечами спасителя.

Взгляд падает на чуть взъерошенные после дождя волосы, тонко проступающие на руках вены, идеальный профиль. Слышу низкий голос, по-прежнему слишком сексуально-бархатный, однако теперь разрешаю ему пробраться под кожу, наслаждаясь приятным покалыванием вдоль позвоночника. Облокачиваюсь плечом на мраморно-белую стену, неотрывно наблюдая за происходящим. Ли прощается с курьером, закрывает дверь и замирает. Напряжение давит на него – заметно невооруженным глазом – проявляется в стиснутых на ручках пакетов пальцах, плечах, шее, но я не знаю причин.

Стою тихо, как мышка, вплоть до тех пор, пока парень не поворачивается к зеркалу, крайне потешно щурится, выбражульно откидывает со лба челку, флиртуя с отражением.

На моменте подмигивания не могу сдерживаться, из груди вырывается смех – не злобный, не ядовитый, вполне доброжелательный. Соджин смущается. Медленно поворачивается в мою сторону, невнятно и скомканно сообщая, что привезли еду, и застывает, понуро изучая пол. Лицо парня полыхает, окончательно уничтожая сложившийся ранее образ робота, что пленяет меня еще сильнее.

Серьезно? Завис? Сейчас? Из-за какой-то глупости?! Лапочка…

– Так и будешь стоять? – спрашиваю, решая отжать момент с «паузы», голос пропитан неприкрытым кокетством и явным намеком.

Чудо свершается – Ли оживает. Взгляд устремляется ко мне – пляшущие в карих глазах искры очаровывают.

Чуть улыбаюсь, не насмешливо, ласково. Наклоняю голову набок в ожидании реакции.

– Ты хочешь курицу или… – вопросительно изгибая бровь, интересуется мой «не робот», но еда – последнее, о чем я могу думать.

Собственно, полагаю, речи об ужине уже и нет…

Отрицательно качаю головой, улавливая хищный взгляд парня. Мое тело мгновенно прошибает новым зарядом вожделения. Пакеты с грохотом падают, не привлекая нашего внимания, как и продукты, выкатывающиеся на пол.

Я вижу только Соджина, стремительно оказывающегося рядом. Даже вздох сделать успеваю… Но и это больше не имеет значения, ведь Ли подхватывает меня на руки и накрывает губы чувственным поцелуем, становясь моим кислородом.

Ноги обвивают его стройную талию. Пальцы