Будни и праздники Ольвии в VI—I вв. до н. э. - Марина Владимировна Скржинская

крайне мало. В большинстве женщины оставались неграмотными, потому что ни одно из ольвийских граффити нельзя с уверенностью отнести к женской руке, в то время, как на многих прямо указано авторство мужчин. Женщины официально не имели права принимать участие в политической и общественной деятельности, а в религиозной жизни Ольвии им отводилась значительно более скромная роль, чем мужчинам.

12. ВОСПИТАНИЕ И ОБРАЗОВАНИЕ ДЕТЕЙ И ЮНОШЕЙ

Рождение ребенка отец отмечал праздником в честь появления нового члена семьи. Дом украшали зелеными ветвями и травами, а у дверей на улице вешали шерстяную ленту, если родилась девочка, и масличную ветвь, если на свет появился мальчик. Нам неизвестно, каким растением в Ольвии заменяли масличную ветвь, поскольку здесь не росли оливы.

Родственники и друзья поздравляли родителей и приносили подарки. Живая картинка такого праздника обрисована в одном фрагменте комедии Эфиппа: у дверей развешаны венки, с улицы уже слышен запах кушаний: поджаренного сыра, бараньей грудинки, капусты; вдыхая их, гость предвкушает обильное угощение и выпивку[505].

В разделе о календаре говорилось об ольвийском осеннем празднике Апатурии, когда отцы вносили в списки граждан имена новорожденных. В Элладе на третий день Апатурий мальчикам 14-16 лет обрезали волосы и посвящали пряди богам, охранявшим ребенка. Обычно это был Аполлон или бог реки родного города[506]. Обоих богов широко почитали в Ольвии: Аполлону были посвящены крупнейшие ольвийские храмы, а на ольвийских монетах, называемых сейчас борисфенами, изображался местный речной бог (рис. 20).

После обрезания волос мальчик официально выходил из отрочества и становился юношей, обязанным в случае необходимости принимать участие в войнах. К этому его готовили от 16 до 18 лет. Таким образом, обряды праздника Апатурий охватывали жизнь ребенка от рождения до вступления во взрослую жизнь.

В греческих семьях мальчики и девочки первые годы жизни воспитывались вместе. До семи лет они жили с матерью на женской половине дома. У состоятельных родителей за детьми до трех лет смотрела кормилица, а затем нянюшка. Кормилиц брали из рабынь или нанимали женщин из бедных семей. Они занимали привилегированное положение среди прочих домашних слуг и нередко становились нянюшками у подросших детей. Однако к кормилицам часто относились с подозрением, обвиняя их в том, что они съедали большую часть предназначенной ребенку пищи (Aristoph. Equ. 717; Aristot. Rhet. 111, 4).

Новорожденного сначала кормили грудным молоком, а затем предварительно разжеванной пищей и козьим молоком. Чтобы напоить младенца молоком или водой, использовались специальные небольшие сосуды — гуттусы. Они имели шарообразную форму, боковую ручку с одной стороны, а с другой — носик с очень узким отверстием; через него жидкость вытекала постепенно тонкой струйкой или каплями.

В детских погребениях, в том числе и в ольвийских, обнаружено немало гуттусов. В Ольвии они были как местного производства, так и привозные[507]. Наиболее ранние изготовлены в Ионии из светлой глины и украшены красным ободком; в V—IV вв. из Аттики поступали чернолаковые, а также расписные гуттусы. Более редким изделием для новорожденных были сосуды в форме женской груди. Образец такого изделия известен по раскопкам на Березани.

Некоторые терракотовые статуэтки изображают женщин с маленьким ребенком на руках. Несколько подобных терракот найдено в Пантикапее. Одна из них представляет мать, сидящую на стуле и кормящую грудью спеленутого ребенка; по остаткам краски видно, что пеленки были окрашены в голубой цвет. Другая статуэтка изображает женщину в парадном хитоне и гиматии, держащую обнаженного младенца[508].

Маленьких детей клали в колыбели. Судя по вазовой живописи, их плели из ивовых прутьев с двумя ручками по бокам для легкости переноски[509]. При раскопках Пантикапея обнаружена терракотовая фигурка лежащего в колыбели обнаженного малыша со скрещенными ножками и игрушечным оленем в руках.[510] Эта фигурка служила детской погремушкой, в ее полую внутренность положен глиняный шарик, который гремел при каждом движении. Погремушки, как и теперь, были распространенными игрушками для самых маленьких. Какой-то особый вид погремушки изобрел пифагорейский философ V в. Архит, о чем упоминает Аристотель в «Политике» (VIII, 6, 11. Р. 1340 b. 25-28).

Танагрская статуэтка конца IV в., хранящаяся в Эрмитаже, великолепно показывает, как гречанки забавляли погремушками своих маленьких детей[511]. Статуэтка изображает Афродиту, играющую со своим сыном Эротом. Мифологический сюжет трактован в жанре повседневной жизни. Афродита представлена в виде молодой женщины в подпоясанном под грудью хитоне и плаще, накинутом на левое плечо. В правой руке у нее большая шарообразная погремушка на палке, к которой приковано внимание сидящего на коленях у матери пухлого младенца. Только крылышки на его спине свидетельствуют о мифологическом сюжете. Все остальное мастер лепил с натуры: стул с высокой спинкой и положенную на него подушку в яркой полосатой наволочке, сидящую в непринужденной позе молодую женщину в одежде его времени и хорошо известную всем игрушку.

Не случайно ребенок, изображенный на упомянутой пантикапейской погремушке, держит в руках игрушечного оленя. По находкам в детских погребениях известны фигурки всевозможных зверей и птиц, которыми любили играть греческие дети. Из раскопок Ольвии происходит немало терракотовых статуэток животных; среди них собаки, бычки, лошади, свиньи, черепахи, обезьяны, львы, пантеры, медведи, петухи, голуби, орлы[512]. Одни из них служили религиозным целям, другие были детскими игрушками. Например, свистульки в виде фигурок животных. В детских погребениях иногда встречается по несколько игрушек; так, в одной могиле некрополя Нимфея рядом с ребенком лежали терракотовые собака, птичка и обезьянка[513]. В Ольвии наряду с терракотовыми находят игрушки, сделанные из других материалов. Например, костяная обезьянка в оловянной ванночке. Вообще оловянные игрушки занимали заметное место в числе прочих изделий этого рода. Среди редких животных отметим найденного в ольвийском детском погребении оловянного верблюда[514].

Девочки в Ольвии играли в куклы, а мальчики в войну. Среди ольвийских находок есть оловянные всадники[515] и терракотовые куклы. Одна кукла V в. имеет подвижные руки и ноги, прикрепленные к туловищу проволочками[516]. Таких кукол делали в Коринфе и вывозили не только в Ольвию, но и в другие города Северного Причерноморья[517]. В IV в. вкусы изменились, и сюда стали привозить более искусно изготовленных кукол из Аттики[518]. Девочки одевали своих кукол в разные платья и сажали за стол, накрытый игрушечным сервизом. Предметы из подобных сервизов найдены в ольвийских детских погребениях эллинистического времени. Детская посуда копировала распространенные формы столовых сосудов, таких, как ойнохои, кувшины, миски[519].

Археологические материалы, конечно, не отражают все многообразие жизни