Заклятые любовники - Марина Эльденберт

– Я здесь из-за вашей легенды. Ее нужно поддерживать.

– Особое поручение ее величества. Это вы придумали?

Его улыбка тоже была плавной, ленивой, растянутой, тем резче прозвучал ответ.

– Винсент.

– Не боитесь, что я передам ваши слова кому не следует? Или именно этого вы все время добивались?

Он не изменился в лице.

– Винсент мой друг. Надеюсь, вы понимаете, что это значит.

– Я многое могу понять, только не грязный поклеп в адрес моей семьи.

– Ни слова лжи. Ваш отец разорен.

– Какое отношение это имеет к заклятию?!

– Самое прямое. Вашей семье нужны деньги.

Я сжала кулаки. Он серьезно считает, я могла пойти на такое, пусть даже за огромные деньги? Или мой отец?!

Спокойно, Луиза. Спокойно!

– Насколько я поняла, Винсент с вами не согласен.

– Винсент, – голос его стал ниже: горловым, угрожающим, – один из самых разумных людей, которых я когда-либо встречал. Но только не когда речь заходит о вас.

О чем это он говорит? Да Винсент относится ко мне, как к… наверное, еще несколько дней назад справедливо было бы сказать, как к досадной обузе. Вот только после вчерашнего мне так уже не казалось.

– Почему вы не упомянули о том, что в хранилище мог войти только Биго?

Альберт вперил в меня пристальный взгляд, словно пригвоздил – как бабочку к бархату.

– В Мортенхэйме чудесная библиотека. Я изучила теорию создания охранных заклинаний и историю магического сохранения крови.

– Это дело касается только семьи Винсента, леди Луиза. Искренне советую вам держать рот на замке.

– Ошибаетесь, меня оно тоже касается. Если я и буду держать рот на замке, то только ради чести его семьи. Я вам не враг, лорд Фрай. И уж тем более я не враг Винсенту.

Когда все только начиналось, я считала иначе, но Фраю в этом признаваться точно не стоит.

Я поднялась и вплотную подошла к нему: пришлось сделать над собой усилие, потому что от пронизывающего хищного взгляда по-прежнему пробирала дрожь.

– Если бы я могла помочь, сделала бы все, что в моих силах.

Он наклонился ко мне – так близко, что аромат его парфюмерной воды – резкий, древесно-ореховый, стал еще ярче.

– Вы отличная актриса, мисс Луиза Фоссет. Но Винсент попросил меня о расследовании, и я не остановлюсь, пока не вытащу на свет всех, кто в этом замешан. Мне вы кажетесь опасной маленькой авантюристкой, которую стоит раздавить. Чем раньше, тем лучше.

– Какая поразительная искренность! – Я нашла в себе силы улыбнуться. – Не хочется вас разочаровывать, но нюх ищейки на сей раз вас подводит. Ни я, ни мои близкие тут ни при чем.

– Вам же лучше.

Фрай склонил голову, не лицо – безупречная маска, не позволяющая понять, поверил ли он хотя бы одному моему слову. Наплевать. Главное, что думает обо мне Винсент. Кстати, а почему для меня это главное?

Оглушенная последней мыслью я вышла в коридор и лицом к лицу столкнулась с Терезой. Она бросила взгляд в гостиную, на лице ее отразились растерянность и изумление.

– Что… Что вы там делали? – Тереза осеклась, но тут же напустила на себя безразличный вид, лишь подрагивающие пальцы выдавали ее чувства.

Вот только ревности мне еще не хватало! Я и Фрай? Да у меня скорее будет вечная любовь с плавучей льдиной, причем с подводной частью. Почему в последнее время меня на удивление сплоченно подозревают в том, что мне не думалось, не снилось и вообще упаси Всевидящий?

– Разговаривали. Об особом поручении ее величества.

Глаза Терезы превратились в узкие щелочки, сверкнули яростью. Теперь она выглядела так, словно собиралась помочь Альберту дотащить меня до подземелья и лично раздувать жар в углях. Да, из них с Фраем получилась бы отличная пара: оба умеют напустить жути.

– Разумеется, вы же прятаться приехали, – она цедила слова. – И когда, позвольте узнать, мы освободимся от вашего присутствия?

– Не представляю, – хмыкнула я. – Подумываю о том, чтобы погостить подольше. В Мортенхэйме на удивление гостеприимные хозяева, а еще здесь неплохо кормят и много привлекательных мужчин.

Перехватив насмешливый взгляд направлявшегося к нам Фрая, я послала ему воздушный поцелуй. На бледных щеках Терезы появились красные пятна, она подняла сжатые кулаки, но потом посмотрела на Альберта и обхватила себя руками. В ее глазах застыли надежда и отчаяние: искренние, настоящие, настолько живые, что меня на миг накрыло ее тоской. Тереза выдавила сдержанную улыбку, резко развернулась и быстро зашагала по коридору.

Сама не знаю зачем, я бросилась следом. Ходила она быстро, я чудом догнала ее у лестницы.

– Подождите! Леди Тереза! Послушайте, лорд Фрай здесь по делу. И он с удовольствием избавился бы от меня, если бы мог.

– Мне-то что?! – процедила она. – Держите ваши откровения при себе.

– Замечательно! – С некоторыми людьми кладезь терпения осушается как под палящим солнцем Теранийской пустыни – стремительно и неотвратимо. – Я просто хотела сказать, что он мне неинтересен.

И какие демоны за язык тянули?! Тереза шагнула ко мне вплотную и заглянула в глаза. Иногда у Винсента бывал такой взгляд: затягивающий, как водоворот на быстрой реке, неумолимый и темный.

– Вы пожалеете, что приехали в Мортенхэйм.

Вопреки предыдущей тираде сказано это было холодно и спокойно. Очевидно, я изменилась в лице, потому что на тонких губах зазмеилась усмешка. Тереза подхватила юбки и продолжила путь, оставив меня одну. Я оперлась о перила, выдохнула и стерла выступивший на лбу пот.

Как бы еще выяснить, какой именно силой она обладает? Потому что сдается мне, теперь между нами война.

10

После обеда Винсент пригласил меня к себе. Признаюсь, я и сама хотела поговорить, особенно зная, что вечером они с Фраем уедут. Как ни странно, даже не заблудилась: пережитое потрясение накрепко отпечаталось в сознании вместе с нужной дверью. Вчера было не до обстановки, сейчас же меня поразил ослепительный свет, заполняющий каждый угол просторного кабинета. Причиной тому стали огромные до потолка эркерные[3] окна и солнечная погода. Я даже сощурилась: сверкающий за стеклом снег переливался соцветиями искр и резал глаза. Тем ярче казался контраст – темная-зеленая обивка кресел и оттоманки выглядела как сочная трава по весне.

Винсент сидел за массивным письменным столом и читал книгу. Сосредоточенный, серьезный, между пальцами дымилась сигара, наполняя воздух мятной свежестью. Заметив меня, он поднялся, положил сигару в пепельницу и шагнул навстречу. Оказалось, для того, чтобы плотно закрыть двери и щелкнуть замком.

– Так нам никто не помешает, – объяснил он и добавил: – Раздевайтесь.