Истребитель магов - Дмитрий Казаков

Знакомая дверь распахнулась, и Берга рывком поставили на колени. Подняв голову, он уперся взглядом в кипящие янтарем глаза Владетеля Канута.

– А я думал, что он покрепче, – пробормотал тот с изумлением и перевел взгляд куда-то вправо и вверх. Надо думать, на Харальда.

На лице мага мелькнуло сомнение. Но только на миг.

– Так, – сказал он, иронично усмехаясь. – Этот вряд ли чего знает, но мы его и спрашивать не будем…

Повинуясь жесту Владетеля, двое из воинов привязали Харальда к столбу. Тот не сопротивлялся, изображая полностью сломленного человека. Лицо его было вполне натурально перекошено от страха.

– Ну что, рыжебородый? – Канут посмотрел на стоящего на коленях Берга. – Ты стоек, я признаю. Но если ты не заговоришь сейчас, я буду пытать твоего приятеля. Ему будет очень больно.

Теневой захрипел, попытался плюнуть в мага, но лишь запачкал ковер. Плевок словно истощил все его силы, и пленник повис на руках стражей.

– Этого тоже свяжите, – бросил Владетель, – и посадите на стул так, чтобы он видел своего друга

Янтарные глаза горели. Похоже, что их обладателя сильно раззадорило упорство допрашиваемых.

Берга связали куда жестче, чем вчера. Веревки больно впились в плоть, не давая шевелиться, а под задницей оказался жесткий стул, на котором и несвязанному сидеть было бы неудобно.

– Оставьте нас, – проговорил маг, и Берг с трудом удержался от улыбки. Пока все шло так, как пленники и предполагали.

Стражники один за другим покинули комнату, а Владетель взял в руки хрустальную сферу. Харальд, не видевший её ранее, вытаращился на переливающийся шар во все глаза.

Маг установил шар на треногу, внутренности сферы мягко засияли. А на полу, вокруг столба, к которому был привязан юноша, вспыхнул на мгновение и тут же пропал круг с какими-то рисунками внутри.

Берг, решив, что ему показалось, с тревогой уставился на Харальда. Тот смотрел на светящийся шар, не отводя взгляда, на лице его застыло напряжение. Но на самом ли деле он околдован или просто умело изображает, что поддался, – об этом Теневой мог только гадать. Предполагалось, что чародейскому шару юноша окажется не по зубам, как и прочей магии, но пленники не могли знать этого наверняка…

– Так вот, – проскрипел Канут, отвлекая Берга от размышлений. – Меня не зря прозвали Мастером Иллюзий. – Маг приосанился. Похоже, что прозвище очень нравилось ему. – Я могу заставить тебя ощутить любую боль. И я буду делать это до тех пор, пока твой приятель не заговорит. – Владетель повернулся к Теневому. – Ты понял, рыжебородый? Как только начнешь рассказывать, зачем тебя прислал Торгрим, я прерву пытку.

Берг промолчал.

Маг пожал плечами и зажег курильницы. Потек багровый дым, сладкий запах распространился по комнате. Владетель положил руку на сферу. Та засияла чуть ярче, словно от удовольствия.

– Начнем с огня, – проговорил Канут и негромко запел что-то. Слов было не разобрать, но напев внушал отвращение. От него холодело в животе, а руки слабели.

Харальд издал стон, а затем принялся биться в путах. И только Бергу, сидевшему сбоку, было видно, как нож, оказавшийся в руках юноши, при каждом судорожном движении пилит веревку, стягивающую кисти.

Свечение хрустального шара то усиливалось, то слабело в такт пению, а когда маг закончил петь, то руки Харальда были уже почти свободны. Но песня стихла, и юноша послушно обмяк, словно обессиленный только что отступившей болью.

Глаза Владетеля были полны недоумения.

– Как-то странно ты переносишь пытку, – проговорил он. – Давай-ка я попробую сдирание кожи заживо…

На этот раз песня была другой, но не менее отвратной. Канут созерцал корчи пленника у столба, и на лице его было написано удовольствие.

Поняв, что Харальду нужно будет несколько мгновений, чтобы окончательно освободиться, Берг заговорил.

– Ладно! – почти с натуральной дрожью в голосе выкрикнул он. – Я скажу, скажу!

– Хорошо. – Желтоглазый колдун прервал пение и расплылся в хищной улыбке. Сейчас он был похож на огромного хорька.

– Все скажу. – Теневой заговорил тихо, словно на громкий голос у него не осталось сил. Канут невольно сделал несколько шагов к нему. – Мы должны были встретиться с одним из военачальников Владетеля.

Харальд поспешно резал веревки, удерживающие его за поясницу.

– С кем? – воскликнул маг, схватив Берга за плечи. Глаза его пылали, губы кривились.

Похоже, что у Теневого что-то мелькнуло в глазах, так как Канут успел немного развернуться, прежде чем мощный удар обрушился на его затылок.

Владетель рухнул, словно куль с мукой, почти без звука.

Позади него обнаружился Харальд с ножом в руке.

– Вот так, – сказал он, криво усмехаясь. – Эта тварь даже не смогла понять, что её гнусная магия на меня не действует!

– Ладно болтать! – тихо одернул юношу Берг. – Освободи меня и переодевайся!

Веревки поддались натиску стали, и Теневой поднялся со стула. Харальд уже стаскивал с оглушенного волшебника одежду. Она оказалась ему чуть мала, но сидела сносно.

– Ну как? – спросил юноша, вымазав волосы пеплом из камина.

– Ничего, – бросил Берг. – Со спины сойдет!

Сам он отыскал здоровенную кочергу и устроился на том же месте, где сидел ранее, прислонив её к стулу. Обмотал себя обрезками веревок так, чтобы вошедшие в комнату сразу не заметили, что он не связан.

– Давай, – бросил Харальду, который как раз закончил натягивать на оглушенного мага собственную одежду, вонючую и рваную.

– Ко мне! – крикнул Харальд, стараясь подражать хриплому голосу мага.

Дверь распахнулась, ввалились стражники. В клубах красноватого дыма они увидели Владетеля, склонившегося над одним из пленников. Судя по пустому столбу, над более молодым. Второй пленник сидел все в той же позе.

На мгновение четыре лица отразили схожие чувства – недоумение и растерянность, и Берг внутренне сжался, ожидая, что грубый обман будет раскрыт. Но один из стражей шагнул вперед и спросил озабоченно:

– Что случилось?

– Ничего, – ответил Харальд, резко распрямляясь и вонзая нож в горло любопытному. Алая жидкость хлынула потоком, заливая ковер и одежду, но Берг рывком вскочил и обрушил кочергу на голову ближайшего воина.

Тот со стоном упал.

Харальд швырнул нож и на этот раз попал. Лезвие вошло точно в переносицу, хрустнула кость, и стражник повалился на пол, звякнув доспехами. Последний оставшийся на ногах ухватился было за меч, но ослаб, ощутив на горле стальную руку Берга.

– Куда? – проговорил Теневой почти ласково, по серебрёному шлему узнавая старого знакомого. – Сейчас мы с тобой побеседуем, дружище!