Ересь Хоруса: Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Как мне кажется, я не слишком последовательно веду свой рассказ, поскольку даже не упомянул об одном человеке, который мог бы со всей осведомленностью продолжить мои рассуждения с любого места. Я рассказал о Калибане, о Лионе Эль-Джонсоне и его кампании по истреблению великих зверей, но забыл о самом важном персонаже нашей истории.

Я не рассказал о Лютере.

Это ведь он нашел Джонсона в лесной чаще и дал ему имя, он привел его к цивилизации и обучил основам человеческой культуры. Это он стоял плечом к плечу с Джонсоном, пока тот совершал подвиги и героические деяния, и он почти ни в чем ему не уступал. Хотя Лютер не обладал такими обширными познаниями в военном деле и стратегии, как Джонсон. В конце концов, он был рожден человеком, и не более того. И все же, когда деятельность Джонсона начала изменять лицо Калибана, Лютер не отставал от бывшего дикаря и добивался значительных успехов во всех начинаниях.

Деятели Империума слишком часто представляют Лютера сущим демоном. Некоторые утверждают, что он испытывал ревность по отношению к Эль-Джонсону, поскольку, хоть они и шагали плечом к плечу, именно Джонсону всегда доставалась большая часть славы. Другие говорят, что Лютеру надоело все время оставаться в тени Джонсона. Они уверены, что именно тогда в его душе взошел росток гнева, со временем превратившийся в неискоренимую ненависть.

Но подобные слухи повторяют только лжецы. Лютер всегда любил Джонсона, как родного брата.

Я хорошо знаю Лютера и, будьте уверены, могу рассказать обо всех его секретах. Лютер и есть ключ к пониманию нынешнего состояния нашего мира, но нам сейчас не стоит слишком много говорить о Лютере. Это нанесло бы ущерб всему моему повествованию. Если в самом начале рассказа раскрыть слишком много секретов, не получится ничего хорошего. Всегда лучше, если к ним подходить постепенно.

Бедный, бедный Лютер… Но не сомневайтесь, в свое время мы доберемся и до него. В свое время… Я обо всем поведаю в свое время…

А сейчас мы обрисовали сцену для моей истории.

Пошел десятый год с начала кампании Джонсона по уничтожению великих зверей. Почти все чудовища уже убиты, и лишь несколько особей еще бродят по самым негостеприимным и наименее заселенным регионам планеты.

Как только будет убит последний из великих зверей, каждый из нас сможет начать новую жизнь. Мы сможем основать новые поселения. Мы сможем рубить деревья на дрова или строить из них дома, сможем засеять новые поля. Впервые мы сами будем распоряжаться своими жизнями.

Наш народ вступает в золотой век.

Император и его ангелы еще не высадились на нашей планете, но старые обычаи уже умирают. Мир нашего детства не станет миром нашего будущего. Не все рады такой перспективе, но никто и не подозревает, что завтрашний мир изменится вопреки всем нашим ожиданиям.

Перемены могут разбудить в наших сердцах все лучшее и все самое худшее или и то и другое одновременно. Некоторые люди смотрят на горизонт со страхом перед будущим, тогда как другие взирают на него с радостью.

Идет десятый год кампании Джонсона, и мир под нашими ногами меняется. Сами того не ведая, мы стоим на пороге новой эпохи прогресса. Нам предстоит узнать Императора и Империум. Нам предстоит стать ангелами, хотя мы еще ничего о них не знаем.

Калибан еще пребывает в невежестве, но грозовые тучи уже клубятся. Говорят, что человек должен опасаться плачущих ангелов, поскольку где бы ни упала их слеза, там тонут люди.

Так протекает наша жизнь. Наступили дни, которые решат нашу судьбу, заложат основу конфликтов и определят будущее. Впоследствии об этом времени много будет написано, но мало понято. Истории, изложенные теми, кто придет после нас, будут искажены ложными свидетельствами и сфабрикованными фактами.

Они не поймут, почему мы отвернулись от Льва.

Они ничего не узнают о наших мотивах, но вы сможете о них узнать. Вы сможете узнать обо всем. Слушайте внимательно, и вы услышите все мои секреты. Слушайте, и мы поговорим о Лютере и Лионе Эль-Джонсоне. Мы поговорим о расколе и гражданской войне.

Мы услышим голоса павших.

Слушайте мои секреты.

Давайте поговорим о Темных Ангелах и начале их падения.

Часть 1

КАЛИБАН

Глава 1

Было еще совсем темно. Захариэль открыл глаза за мгновение до того, как за ним пришли люди лорда Символа. Он окончательно проснулся, ощутив, как чья-то рука зажала ему рот. Его стащили с кровати, накинули на голову капюшон, а руки связали за спиной. Так, вслепую, его протащили по нескольким коридорам. Когда похитители остановились, Захариэль услышал, что один из них трижды постучал.

Открылась дверь, и его втолкнули внутрь.

— Кого вы нам привели? — донесся из темноты голос.

— Странника, — произнес рядом с ним лорд Символ. — Его привели связанным и с закрытыми глазами. Он ищет вход.

— Подведите его ближе, — приказал первый голос.

На плечи Захариэля опустились руки проводников, грубо толкнули вперед и заставили опуститься на колени. От прикосновения к холодному каменному полу по телу пробежала дрожь, но он постарался подавить ее, не желая давать повод подозревать его в испуге.

— Как твое имя? — снова услышал он первый голос, звучавший теперь немного громче. Глубокий, раскатистый баритон явно принадлежал человеку, привыкшему повелевать. — Из какой ты семьи?

— Я Захариэль Эль-Зуриас, — ответил он, по старинному обычаю назвав свое полное имя и тут же подумав, что произносит его в последний раз. — Я — единственный оставшийся в живых сын Зуриаса Эль-Калеала, кто, в свою очередь, приходится сыном Калеалу Эль-Гибраэлю. Наш род происходит по прямой линии от Сафиэля.

— Аристократ, — раздался третий голос. Каким-то образом он странно отличался от всех остальных, его властность и притягательность превосходили голос первого из говоривших. — Он считает, что место в наших рядах обеспечено заслугами его отца. Я против. Он недостоин такой чести. Надо бы сбросить его с башни и покончить с этим.

— Посмотрим, — произнес первый голос.

Захариэль безошибочно узнал шорох вынимаемого из ножен оружия, а потом — неприятное ощущение приставленного к горлу холодного металлического лезвия.

— Сначала мы его испытаем, — послышался в темноте голос. — Ты чувствуешь клинок на своем горле?

— Да, чувствую, — ответил Захариэль.

— Так знай, любая ложь считается нарушением наших обетов. Мы приемлем только истину. Если ты солжешь, я непременно об этом узнаю. А если почувствую обман, немедленно перережу тебе глотку. Ты принимаешь такие условия?

— Да, я их принимаю.

— В самом деле? Пойми, я требую с тебя клятву. Даже после того как я уберу от твоей шеи кинжал, даже когда я умру, а этот кинжал превратится в ржавую пыль, клятва, принесенная на этом лезвии, останется все такой же крепкой. Ты готов принести такую клятву?

— Я готов, — подтвердил Захариэль. — Я дам такую клятву.

— Но сначала скажи мне, по какому праву ты сюда пришел? Кто ты такой, чтобы осмелиться прийти на наше собрание? По какому праву ты считаешь себя достойным состоять в наших рядах?

— Я завершил первую ступень обучения, и мой наставник считает меня достойным такой чести, — ответил Захариэль.

— Это всего лишь начало. Требуется намного больше, чтобы вступить в наше общество. Тебе еще предстоит пройти испытание.

Захариэль знал, что за ним придут. Как раз об этом говорил ему накануне мастер Рамиэль, хотя слова старого наставника, как обычно, содержали в себе больше загадок, чем ответов.

— Как ты понимаешь, я не могу рассказать тебе обо всем, — сказал мастер Рамиэль. — О таких вещах не принято много говорить. Обряд посвящения — очень древний ритуал. Он на тысячи лет старше самого Ордена. Кое-кто утверждает, что этот обычай был привезен нашими предками еще с Терры.

— Я понимаю, — откликнулся Захариэль.

— Действительно понимаешь? — спросил мастер.

Он повернулся и взглянул из-под нависших бровей в лицо Захариэля своими быстрыми глазами. В прошлом Захариэль счел бы необходимым отвести взгляд, но сейчас решительно встретил взор наставника.

— Да, я думаю, ты понимаешь, — после недолгой паузы произнес мастер Рамиэль, и его морщинистое лицо осветилось улыбкой. — Ты отличаешься от остальных, Захариэль. Я это понял сразу, как только ты пришел, чтобы вступить в Орден.

Они сидели в одном из многих тренировочных залов в крепости Алдарух, где рыцари и кандидаты проводили целые дни, оттачивая мастерство, необходимое, чтобы выжить на Калибане. В этот ранний час тренировочный зал был пуст, даже претенденты на звание рыцаря еще спали. Обычно и Захариэль в это время еще лежал в постели, но послание мастера Рамиэля привело его сегодня сюда еще до рассвета.