Ересь Хоруса: Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

С течением времени рыцарские ордены стали строить крепости-монастыри, которые до сих пор служат центрами поселений современного Калибана. Всякий раз, когда великий зверь начинал нападать на какое-нибудь селение, предводитель местной знати объявлял на него охоту. По его призыву многие рыцари и претенденты на это звание съезжались в указанный район, чтобы испытать свою силу и убить чудовище.

Так протекала жизнь на Калибане в течение многих поколений людей. Мы не ожидали никаких перемен. Мы считали, что будем и дальше идти по проторенному предками пути, как шли по нему наши отцы и деды.

Конечно, мы ошибались. У Вселенной на этот счет имелись другие планы.

Император еще только направлялся в нашу сторону, а в обществе уже появились первые признаки перемен. Задолго до прибытия на Калибан Имперских сил было основано новое рыцарское сообщество, которое называло себя просто «Орден», и его члены открыто высказывали удивительное утверждение о равенстве всех людей. До сих пор в ряды рыцарей по традиции могли вступить только представители знати, но Орден разрушил этот обычай и стал набирать рекрутов из всех слоев обитателей планеты. Любой, кто своей силой и поступками мог доказать, что достоин звания рыцаря, принимался на обучение, и Орден не интересовало, был он благородного происхождения или простолюдином.

Сейчас это может показаться незначительным событием, но в то время оно породило в обществе немало противоречий и беспокойства. Приверженцы традиций из наиболее прославленных рыцарских братств утверждали, что Орден своим поступком значительно ослабил общественные устои, что в конечном счете может привести культуру Калибана к полному краху и сделать людей легкой добычей великих зверей. В какой-то момент возникшие противоречия даже привели к открытому военному противостоянию.

Группа, называющая себя рыцарями Багряного Кубка, напала на горную крепость Ордена, расположенную в Алдарухе, и осадила ее. Тогда рыцари Ордена, не дожидаясь, пока враги окончательно сомкнут кольцо, решились на контратаку, и впоследствии этот шаг был признан как определяющий момент доимперской истории Калибана.

Тогда и произошло решающее сражение. Рыцари Багряного Кубка были окружены, а потом истреблены до последнего воина. После такой победы никто не мог сомневаться в дальнейшем процветании Ордена. Претенденты на звание рыцаря стекались к ним со всех сторон и всех сословий, и в течение всего нескольких десятков лет Орден стал самым могущественным и влиятельным рыцарским сообществом Калибана.

Но это было всего лишь начало. Какие бы изменения ни сулили эти нарушения традиций и возвышение Ордена, они по своему значению не могли сравниться с появлением на Калибане Льва.

Теперь, оглядываясь в прошлое, мы знаем, что Лев Эль-Джонсон был одним из примархов, взращенных самим Императором в генетической лаборатории для командования Легионами его ангелов, но и в то время он казался нам существом совершенно необычным.

Наше общество нельзя было назвать ни невежественным, ни непросвещенным, но вообразите, что произошло после того, как по всей планете распространился слух о найденном в лесной глуши человеке, который, словно зверь, обитал в Северной Чаще и под слоем засохшей на теле грязи оказался весьма привлекательным юношей.

Никто не знал, кто он такой, и сам он не понимал ни слова на языке людей. Этот юноша, нагой и безоружный, прожил много лет в лесах самого опасного региона, где даже рыцари в полной броне и при оружии не решались отправляться в путь по одному, а собирались группами. Но на этом удивительные чудеса не закончились.

Учитывая обстоятельства его появления, дикаря стали называть Лион Эль-Джонсон, что на древнем наречии Калибана означало «Лев, Сын Леса». Оказавшись в обществе людей, Джонсон проявил удивительные способности к обучению.

Он быстро приспособился к новым условиям и в течение нескольких дней усвоил человеческие обычаи и язык. С этого момента он развивался все быстрее. Всего через несколько месяцев его интеллект уже не уступал мудрости многих ученых. Спустя еще месяц он превзошел их во всех областях науки и оставил далеко позади.

Он никогда не рассказывал о своей жизни в лесу, не мог объяснить, как и откуда туда попал, но, по всей видимости, проведенные в дикой глуши годы никак не повлияли на его умственные способности и рассудок.

Его интеллектуальное развитие могло сравниться разве что с его физической мощью. Никто не мог выстоять против него в тренировочных боях и рукопашных схватках, и вскоре он познал все тонкости рыцарского искусства и был принят в Орден.

Как и следовало ожидать, при таких исключительных способностях Джонсон быстро продвигался по иерархической лестнице Ордена. Его невероятные успехи в сочетании с врожденным талантом заражать своим рвением остальных привели к небывалому наплыву новых рекрутов. Численность рыцарей Ордена настолько возросла, что для их размещения пришлось построить новые крепости, а затем Джонсон и его последователи стали призывать к общему крестовому походу против великих зверей. Они провозгласили объединенную кампанию по систематическому очищению от чудовищ всей планеты, регион за регионом, пока Калибан полностью не освободится от этого бедствия.

Подобное предложение, конечно, не могло не вызвать возражений. К тому времени Орден стал главной военной силой Калибана, но в глазах других рыцарских сообществ он все еще оставался только равным среди многих. Масштаб затеянного Джонсоном предприятия требовал участия каждого из рыцарских орденов, а успех зависел от всеобщего подчинения единому плану действий. Объединение разрозненных орденов было нелегкой задачей, поскольку все рыцари время от времени ссорились и враждовали между собой. Кроме всего прочего, этот план нуждался в поддержке знати и широких кругов остального населения. А сказать по правде, мы, жители Калибана, не слишком охотно отзываемся на призывы лидеров — каждый из нас имеет слишком высокое мнение о собственных способностях.

Существовали и другие проблемы. Малодушные люди утверждали, что полностью очистить Калибан от чудовищ невозможно. Они обвиняли Джонсона в высокомерии и заносчивости. Кое-кто смотрел на великих зверей со сверхъестественным ужасом и верил, что любые действия против них могут пробудить апокалиптические силы и объединить чудовищ против всего человечества.

Сомнения не покидали даже тех, кто поддерживал план Джонсона, и кое-кто советовал набраться терпения. Джонсон считал, что полной победы можно достичь за шесть лет с начала военных действий против великих зверей, но даже самые преданные из его последователей не верили, что план будет воплощен за столь короткий период. Они опасались, что Джонсон не учел человеческий фактор. Он мог забыть, что его замыслы предстояло проводить в жизнь людям, не обладавшим столь выдающимися умственными и физическими способностями. Джонсон был сверхчеловеком, но на Калибане он был единственным в своем роде. Он ставил задачи не перед сверхлюдьми — всю тяжелую и опасную работу должны были выполнить обычные смертные.

В конце концов Джонсон добился своего. Его приверженцы убеждали калибанцев, что те слишком долго прятались за стенами крепостей и жили в страхе перед великими зверями. Они напоминали, что человек создан господствовать над диким миром, а не наоборот. Пора привести мир в равновесие, положить конец власти чудовищ и сделать людей хозяевами лесов.

— Это наш мир, — говорил Джонсон. — Он не может принадлежать зверям. Человечеству пора заявить о своих правах.

Итак, решение было принято, и Джонсон развернул свою кампанию. Зверей одного за другим выслеживали и убивали. Их выгоняли из лесов, преследовали до самого логова и уничтожали. Хотя в одном противники этого предприятия оказались правы. Для выполнения грандиозных планов шести лет оказалось недостаточно.

Потребовалось десять лет постоянной войны, десять лет тяжелого труда, десять лет, в течение которых многие воины погибли или стали калеками, но конечный результат того стоил. Цель справедливой войны была достигнута, и через десять лет не осталось ни одного из великих зверей.

Как мне кажется, я не слишком последовательно веду свой рассказ, поскольку даже не упомянул об одном человеке, который мог бы со всей осведомленностью продолжить мои рассуждения с любого места. Я рассказал о Калибане, о Лионе Эль-Джонсоне и его кампании по истреблению великих зверей, но забыл о самом важном персонаже нашей истории.

Я не рассказал о Лютере.

Это ведь он нашел Джонсона в лесной чаще и дал ему имя, он привел его к цивилизации и обучил основам человеческой культуры. Это он стоял плечом к плечу с Джонсоном, пока тот совершал подвиги и героические деяния, и он почти ни в чем ему не уступал. Хотя Лютер не обладал такими обширными познаниями в военном деле и стратегии, как Джонсон. В конце концов, он был рожден человеком, и не более того. И все же, когда деятельность Джонсона начала изменять лицо Калибана, Лютер не отставал от бывшего дикаря и добивался значительных успехов во всех начинаниях.