Время жить. Пенталогия (СИ) - Тарнавский Виктор Вадимович

 - Вплоть до применения оружия? - задал быстрый вопрос Собеско.

 - Мы не поддерживаем террористических методов, но иногда отстаивать права людей приходится и с оружием в руках. А хотим мы, естественно, смены власти. Совет Пятнадцати, их продажные чиновники должны уйти. Власть должна быть ответственной перед народом!

 - Это благородная цель, - вежливо согласился Негелис. - Скажите, чем мы можем быть вам полезны?

 Куоти снова надолго задумался.

 - Мне сложно сейчас сказать, - наконец, признался он. - Честно говоря, мы не думали о какой-то взаимности. Мы считаем нападение на вашу планету преступлением и просто хотели помочь.

 - Да. "Я хотел помочь людям", - процитировал Негелис что-то не известное Куоти. - И все же, мы бы хотели чем-то отблагодарить вас. Например, мы можем предоставить вам пропагандистские материалы.

 - Какие материалы? - удивленно спросил Куоти. Ему показалось, что переводчик ошибся.

 Негелис задернул штору и что-то сделал с аппаратом, стоящим на табуретке. Послышался негромкий стрекот мотора, аппарат осветился, а прямо на противоположной стене возникло спроецированное изображение. Оно было не очень четким, слегка размытым и черно-белым, словно на древних архивных снимках.

 Куоти судорожно сглотнул. Ему никогда в жизни не приходилось видеть ничего более страшного. На импровизированном экране возникали рушащиеся дома, горящие города и мертвые тела на фоне развалин. Изображение не сопровождалось звуком, но Куоти казалось, что он слышит крики убиваемых людей и чувствует пропитавший все запах гари. Казалось, неведомый режиссер, снимавший этот немой фильм-обвинение, уже дошел до крайней стадии ужаса, но все равно каждый новый эпизод становился еще чудовищнее предыдущего. Не смея отвернуться и даже закрыть глаза, Куоти смотрел и видел - взлетающий на воздух мост, заполненный машинами и повозками, сгоревший пассажирский поезд, гигантский госпиталь с сотнями раненых, лежащих прямо на полу, далекий гриб ядерного взрыва, встающий над городом...

 - Хватит! - Куоти с усилием оторвал взгляд от стены-экрана. - Выключите, пожалуйста! Это невозможно видеть!

 Негелис остановил киноаппарат. Свет погас.

 - Вы не можете это видеть? - тихо спросил он. Переводчик произнес эту фразу тусклым механическим голосом, но Куоти буквально кожей ощущал ярость в словах Негелиса. - Конечно, мы ведь ведете чистую войну, вся ваша техника управляется дистанционно! Вы ничего этого не видите и не знаете! И не хотите знать! Достаточно нажать кнопку, а дальше - уже не ваша забота, так?!

 - Но мы как раз хотим, чтобы этого больше не было... - пытался возразить Куоти, но Негелис, кажется, не слушал его.

 - Вы уничтожили своими супербомбами семь наших городов! Кто-то из вас когда-нибудь видел, как выглядит город после такой бомбежки?! В один день погибло три миллиона человек! И еще до миллиона умерли или скоро умрут от ран и лучевой болезни, которую мы не умеем и не можем лечить. Я был во Флонтане через четыре для после того как вы ее уничтожили. И ваша Империя после всего этого хочет сказать: мол, ничего этого не было, забудьте, давайте помиримся!...

 - Успокойся! - Кен Собеско положил Негелису руку на плечо, заставив его снова сесть на стул. - Извините, мы знаем, что вы - наш друг, просто вы должны понять... У Лотара погиб брат. У Гредера Арнинга, которого вы хорошо помните, - отец, жена и сын. Мы пришли сюда в надежде получить помощь, чтобы выстоять в почти безнадежной борьбе... И это предложение, которое мы услышали от вас... оно слишком неправдоподобно! В это невозможно поверить!

 - Вам придется в это поверить, - сказал Куоти, пытаясь придти в себя после потрясения. - Мира еще нет, и он может не наступить. Помимо Службы Безопасности и нас, есть еще военные, которые, наоборот, выступают за продолжение войны, новое вторжение и уже окончательное уничтожение вашей цивилизации. Сейчас положение неустойчивое. Через несколько дюжин дней на Филлину прибудет специальный представитель, Подручный Императора. Он должен будет принять планету под Высокую Руку, то есть, провозгласить ее полноправной колонией. Но если в это время на Филлине будет идти война, этого не случится. Военные будут править и дальше. Сейчас им запрещено открывать огонь, но в случае нападения с вашей стороны они имеют право ответить.

 - Боюсь, я чего-то не понимаю, - признался уже успокоившийся Негелис. - Итак, сейчас на планете перемирие, хотя его никто не заключал, просто война прекратилась, верно? Если никто снова не начнет стрелять, причем, ваши не откроют огонь первыми, Филину объявят колонией, и... что тогда?

 - Тогда, наверное, и наступит настоящий мир. Скорее всего, вы получите в Империи какой-то официальный статус... Вообще-то, я и сам пока ничего не знаю. Это вам придется спрашивать у эсбиста.

 - Если он захочет с нами встречаться, - с сомнением в голосе произнес Собеско. - Как мы об этом узнаем? Когда нам связаться с вами?

 Куоти задумался.

 - У нас с вами разные часы, их так просто не сверить... Вот что, наберите меня завтра ровно в полдень. Или я попробую сам найти вас. Только для этого надо, чтобы вы находились на небольшом расстоянии от базы. В этом поселке сигнал, наверное, пройдет, но не дальше.

 - Это мы помним, - сказал Собеско. - Вы заберете с собой пленку?

 - Этот фильм? - содрогнулся Куоти. - Это... чудовищно...

 - Вы заберете его? - с нажимом повторил вопрос Негелис. - Вы сможете рассказать правду о том, что происходило на нашей планете? У нас здесь на два часа - наших, а не ваших часа - документальных материалов. Все это снимали разные люди, некоторых из них уже нет в живых. Во имя их памяти и памяти всех, кто погиб, это не должно быть утеряно!

 - Наверное, это можно будет как-нибудь обработать, - пробормотал Куоти, с осторожностью беря в руки бобину с намотанной на нее узкой пленкой. - Оцифровать кадр за кадром... Я возьму это. Но это ужасно...

 - А, кстати, можно ли попросить у вас еще один переводчик? - спросил Негелис. - Или настроить этот так, чтобы мы могли им пользоваться, а не прилаживать наушники к вашему телефону? Это довольно неудобно.

 - Переналадить переводчик? Я попытаюсь это сделать, но не прямо сейчас, - покачал головой Куоти. - Впрочем, с вами я в любом случае буду общаться через свой аппарат. Я постараюсь добыть вам еще один, но не обещаю. Это секретные приборы, они выдаются под роспись, и найти где-то бесхозный очень сложно.

 - Ну, нет, так нет, - развел руками Негелис. - Тогда, наверное, будем расходиться, так? До связи!

 Выдвигаться на позиции они стали еще затемно. Две большие резиновые лодки, оснащенные специальными малошумными моторами, еле слышно скользили по чуть отблескивавшей в свете малой луны глади моря. Все были одеты в черные прорезиненные комбинезоны с облегающими капюшонами, оставляющими открытыми только лица. Никто не говорил: звук по воде разносится далеко, и хотя сейчас их вряд ли кто-то мог бы услышать, все привычно соблюдали молчание.

 Кен Собеско пытался задремать, но не получалось. Море было почти тихим, но лодка все равно покачивалось на волнах, принимая их в правую скулу, а время от времени какая-нибудь особо вредная волна плескала через резиновый борт. Да и заснуть все равно не удалось бы: нервы у Собеско были натянуты как струна, словно перед боем. Впрочем, может быть, их как раз и ждал бой. Собеско, в общем, верил Куоти, но не доверял переговорщику-эсбисту, ожидая от него любой пакости.

 Сегодня они шли на "дело" ввосьмером: на переговоры их сопровождали Кир Фелучис и пятеро чинетских спецназовцев, один из них - с рацией. Лодки вообще-то вмещали по пять человек, но сегодня вместо двух пассажиров в них были загружены массивные кофры из черного пластика.

 То, что вначале представлялось Собеско небольшой тайной операцией, вылилось в итоге в предприятие, сравнимое по своим масштабам с Ламинским десантом. Еще во Фраувенге он обнаружил, что к их команде, прибывшей на "Буревестнике", добавляются еще, по меньшей мере, два десятка человек. Большинство из них были солдаты - подчиненные Фелучиса. Как выяснилось, служил он как раз во Фраувенге, просто перед самой войной по какой-то служебной надобности выехал в Галану, а оттуда попал на север.