Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

Я скосил глаза. Напротив меня, на жестком топчане, откинувшись на переборку, полусидя дремал гауптман Мюллер, одетый в такую же одежду, как и врачи, встретившие меня на этом корабле. Значит, мой помощник не бросил меня. Я улыбнулся. В каюту вошла женщина, причем молодая и симпатичная.

Услышав звук открывающейся двери, Мюллер мгновенно проснулся, но тут же успокоился и что-то сказал вошедшей по-русски. Я не знал русского языка, точнее знал, но лишь некоторые слова, которые уже слышал однажды от своих коллег, русских моряков. Насколько я знаю, эти слова не употребляются в обществе дам, потому что за них можно получить, как у них говорят, по морде.

Женщина-врач подошла ко мне и, увидев, что я пришел в себя, улыбнулась и положила прохладную узкую ладонь на мой лоб. Потом она что-то сказала Мюллеру, и тот тоже изобразил на своем посеревшем от недосыпания лице нечто вроде улыбки.

– Господин адмирал, – сказал он, – фройляйн доктор говорит, что вы пошли на поправку, послеоперационных осложнений у вас нет, но вы еще очень слабы, и вам пока нельзя разговаривать.

Я закрыл и открыл глаза, показывая, что, действительно, слабость не позволяет мне вести беседу. Потом мне вдруг сильно захотелось спать. И я уснул… Сколько я проспал, не знаю. Только после пробуждения я почувствовал себя еще лучше, чем в прошлый раз. Гауптмана Мюллера в каюте не было, зато на стульчике рядом со мной, со шприцом в руках, сидела та же, что и в прошлый раз, женщина-врач. Увидев, что я проснулся, она улыбнулась мне и, сделав укол, опять вышла из каюты. Через несколько минут вошел гауптман Мюллер, а за ним следом… фрау Нина, только одетая в пятнистую форму с погонами на плечах. Я заметил, что Мюллер стал вести себя в отношении фрау Нины подчеркнуто почтительно, как положено младшему офицеру со старшим. Конечно, она была выше его по званию, но с другой стороны, она была женщиной. Я чувствовал, что, пока я был без сознания, произошло нечто такое, что заставило Мюллера уважать эту удивительную женщину не только как полковника, но и как профессионала.

– Добрый день, господин адмирал, – обратилась ко мне фрау полковник, – как вы себя чувствуете? Ваш лечащий врач, Татьяна Михайловна Васильева, сказала, что опасности для вашей жизни уже нет, но что вы пока очень слабы, и что она не может нам разрешить общаться с вами более получаса. Причем говорить будем в основном мы, а вам лучше пока не напрягаться.

Пуля британского агента пробила верхушку вашего левого легкого. Вас срочно доставили на наш плавучий госпиталь «Енисей», где сделали операцию. Правда, для того, чтобы вас прооперировать, пришлось сбрить вашу роскошную бороду, иначе она мешала хирургам. Но бог с ней, с бородой. Новая вырастет.

И фрау Нина весело подмигнула мне. В своей форме она, как ни странно, выглядела еще красивее, чем тогда, когда я в первый раз увидел ее в том проклятом шведском парке.

– Фрау полковник забыла сказать вам, – вступил в разговор гауптман Мюллер, – что она лихо нокаутировала того англичанина, который выстрелил в вас, а потом из пистолета застрелила, как собаку, его напарника. А люди, сопровождавшие фрау полковника, не моргнув глазом уничтожили еще с дюжину британцев, попытавшихся захватить вас и ее.

– Господин капитан, не скромничайте, – ответила фрау Нина, – ведь трое из той дюжины британцев – на вашем счету. Вы тоже держались молодцом.

Впрочем, не это главное. Важно, что господин адмирал остался жив, а капитан Мюллер с борта нашего флагманского корабля «Адмирал Кузнецов» передал радиограмму в Ставку кайзера Вильгельма о том, что контакт состоялся, и что наши самолеты на время ведения переговоров прекращают авиаудары по германским позициям и коммуникациям. В свою очередь, из ставки кайзера передали, что войска на Восточном фронте получили приказ прекратить огонь. И, по нашим данным, пока на фронте затишье…

– Хорошо, – прошептал я, – значит, все было не зря…

– Да, господин адмирал, – ответил гауптман Мюллер, – все наши усилия и пролитая вами кровь помогли спасти от гибели сотни, если не тысячи германских солдат и офицеров.

– И русских тоже, – добавила фрау Нина. – Но, к сожалению, не все так гладко и безоблачно. Мы допросили британца, захваченного нами в плен. Выяснилось, что кто-то из командования Восточного фронта сообщил им о вашей миссии. Если конкретно, то прозвучала фамилия генерала Макса Гофмана, начальника штаба главнокомандующего Восточным фронтом Леопольда Баварского. Он старый недруг России. Узнав о возможности заключения мира между нашими странами, Гофман пошел на предательство, согласившись работать на Британию.

– Шайсе! Фердамтес швайн! – не выдержал я. А потом, спохватившись, извинился перед фрау полковником за несдержанность.

Фрау Нина только усмехнулась и продолжила свой рассказ:

– Господин адмирал, это все же не самое скверное, что могло бы произойти. По данным нашей авиаразведки, несмотря на объявленное прекращение огня, германские части спешно проводят перегруппировку, дополнительные силы перебрасываются в район Ратниека, что восточнее Риги. Кроме того, по своим агентурным каналам мы получили сведения о том, что пару дней назад в штаб 8-й германской армии прибыли фельдмаршал Гинденбург и генерал Людендорф. Несомненно, что они уже решились вероломно нарушить объявленное на русско-германском фронте перемирие и начать наступление вглубь России, в общем направлении на Петроград. Эти два господина считают, что в этих краях они самые умные, но к счастью, это не так. – Фрау Нина недобро прищурилась: – Все это чревато началом боевых действий и новыми потерями с обеих сторон. Сначала прольется русская кровь. Ну, а потом мы вернем вам долг, как и положено, сторицей. Кроме того, в будущем из-за взаимных подозрений будет трудно снова начать переговоры и добиться взаимоприемлемых условий мирного договора.

– Гауптман Мюллер, – прошептал я, – вы доложили в Ставку о том, что мне сейчас сообщила фрау Нина?

– Так точно, господин адмирал, – отрапортовал Мюллер, – но из Ставки ответили, что ничего не знают о намерениях фельдмаршала Гинденбурга и генерала Людендорфа. А на запросы кайзера эти господа или отмалчиваются, или отвечают, что, дескать, они просто приехали проинспектировать германские войска в районе Риги.

Я разволновался. Неужели все, чего мы с фрау Ниной сумели добиться, пойдет в задницу из-за честолюбия и тупого упрямства этих фоллидиотен! Каждый день войны на Востоке уносит десятки и сотни жизней германских солдат и офицеров, так необходимых на Западном фронте. А ознакомившись с той информацией, которую подготовила для меня фрау Нина, я понял, что война с Россией – это чудовищное преступление. Преступление против немецкого и