Когда вырастали крылья - С. Глуховский

Когда Баранов пришел в воздушный флот, то, встречаясь с летчиками и механиками, не уставал напоминать им, какую исключительно дорогостоящую технику доверил им народ. Называл цену одного лишь прибора, приобретенного за валюту, чтобы подчеркнуть - он стоит столько же, сколько дом и весь инвентарь крестьянина, сколько зарабатывает рабочий за полгода на заводе. И сейчас, на совещании директоров, он остро критиковал нерадивых руководителей, злоупотребляющих щедрой заботой государства. Он называл их по именам - необычайно энергичных, когда надо получать, и малосостоятельных, когда надо дать. Строго предупредил любителей штурмовщины, парадной шумихи и особенно - бракоделов.

И еще Баранов говорил о культуре производства. Судьбы авиации уже тесно переплелись с судьбами самых передовых отраслей промышленности - с металлургией, машиностроением, электротехникой. Своим бурным прогрессом авиация влияла на эти отрасли промышленности, требуя их радикального технического перевооружения. Настало время, когда только высокообразованный командир производства может работать в самолетостроении.

В заключительном слове, точно предчувствуя, что это его последняя речь на таком представительном совещании, Петр Ионович сказал:

- Не знаю, когда мы в следующий раз встретимся… Да и время сейчас не для речей. Мы вышли на широкие просторы строительства. Работы - непочатый край, и крыльям нашим - большой полет.

Он чуть помолчал, раздумывая о тревожной в мире обстановке. В Германии пришла к власти фашистская партия, партия войны. Но разве директора не понимают, что это значит и к чему это их, строителей авиации, обязывает? Сам сказал: «Сейчас не время для речей». Только повторил последние слова:

- Крыльям нашим - большой полет!

Конференция состоялась в феврале, а через шесть месяцев в СССР впервые праздновали День воздушного флота. [144]

Восемнадцатое августа 1933 года Михаил Кольцов, друг Баранова, энтузиаст авиационного строительства, напомнил читателям «Правды» о первом советском майском параде на Ходынке. Туда, на смотр революционных вооруженных сил, приехал Ленин. Владимир Ильич обошел строй войск, обрамлявших зеленую лужайку, и приблизился к самолетам. Стоял тогда на старте старенький «ньюпор». К нему подрулил еще более изношенный самолет. И все же на них летали.

В мае 1918 года Владимиру Ильичу очень хотелось посмотреть с высоты на весеннюю праздничную Москву. Как не порадовать Ильича таким зрелищем? Но разрешение на полет Ленину не дали - слишком велик был риск.

Вспомнив об этом, Михаил Кольцов писал пятнадцать лет спустя: «Чтобы праздновать День авиации, надо иметь авиацию».

В 1933 году Страна Советов ее имела.

Все выше и выше!

1

Есть у человека право на законную гордость, когда в первый День воздушного флота СССР его отмечают самой высокой наградой - орденом Ленина «за особо выдающиеся заслуги и умелое руководство авиацией и всей авиационной промышленностью». Так было сказано в постановлении правительства о награждении Баранова. Этим же постановлением отмечены были заслуги многих летчиков и конструкторов, рабочих и ученых.

Человек безмерно благодарен судьбе, если довелось ему увидеть плоды своего труда. И ничто так не радует человека, как зримый след его добрых деяний на земле. В первый День воздушного флота СССР все это щедро выпало на долю Петра Ионовича Баранова.

Парад открыли самолеты-истребители, управляемые слушателями военно-воздушной академии. Строй самолетов образовал в небе четыре буквы: СССР.

В сопровождении двух АНТ-9 проплыл над аэродромом могучий АНТ-14, равного которому не знала еще Европа и Америка. А потом небо ярко расцветилось купонами [145] парашютов. В массовых прыжках участвовали спортсмены Осоавиахима.

Еще юнцом увидел Баранов над Коломяжским ипподромом заграничную диковинку - летающую этажерку «фарман». А теперь, в этот час, над многими аэродромами Страны Советов летчики показывают народу свое искусство высшего пилотажа. Как же не быть признательным судьба, если десять лет назад, на первом организационном собрании друзей воздушного флота, услышал Баранов напутствие Фрунзе, - «В добрый час!» - а теперь на его глазах окрылилась юность страны - комсомолия, шефствующая над Военно-воздушными силами!

…Парни и девушки гасят парашюты. Уже много в стране аэроклубов. После авиационного праздника Петр Ионович поедет в Крым открывать юбилейный слет планеристов, встретит там своих молодых друзей. Их имена пока мало кому известны, но дайте только срок… Петр Ионович знает каждого из энтузиастов безмоторной авиации. Старший среди них, Сергей Ильюшин, сказал как-то о самодельных «стрекозах» и «буревестниках», «гаманюках» и «икарах», что надо покачаться в их люльках, прежде чем начать ходить самостоятельно. И вот уже не только он, но и его младшие товарищи - Яковлев и Антонов - вышли на большую дорогу самостоятельного конструкторского творчества.

Слетаются сейчас к горе Узун-Сырт парители. Будут штурмовать небо обладатели первых рекордов - Степанчонок и Головин, Юмашев и Анохин… Дайте срок - мир еще услышит их имена, когда они сядут за штурвалы первоклассных самолетов.

Есть кому принять воздушную эстафету.

Есть!

2

Дети Барановых - Юрик и Ирина - находились в Крыму с сестрой Петра Ионовича Ефросиньей.

После рождения третьего ребенка, Оленьки, Беллу стали еще больше донимать недуги, и скрепя сердце она вынуждена была надолго расстаться с работой, взять в Дом няню. Большие любители театра, супруги Барановы теперь там редко бывали. Из Наркомата Петр Ионович [146] возвращался поздно. На этот раз он сказал, что в Коктебеле его ждут планеристы, только предупредил жену, что прибудут они в Крым разными путями: он - на самолете, она - поездом.

- Может быть, вместе полетим? - спросила Белла.

- Нет, мы полетим не прямо в Крым, а в Запорожье. Там у моих попутчиков есть дела. Да и спокойнее тебе поездом.

- Когда ты полетишь?

- Завтра.

Белла привыкла к неожиданным командировкам мужа. Надо собрать его в дорогу. Но она не торопилась.

- Петя, ты ведь знаешь, как я соскучилась по детишкам. Самолетом скорее…

- Нет! Не проси! - резко оборвал он.

Эта резкость была так несвойственна Петру в отношениях с женой, что он почувствовал неловкость и сразу переменил тему разговора.

- Знаешь, кого я встретил? Соню Давыдовскую. Такая же шустрая. В академию воздушного флота решила поступить. Отлично сдала экзамены, но ее почему-то до сих пор не оформляют…