Серпомъ по недостаткамъ (целикомъ) - Аноним Луиза-Франсуаза

Так что пришлось озаботиться ростом поступлений. И даже не то чтобы я специально 'изыскивал', просто задумался над проблемой переправки трактора на другой берег Волги, где у меня находилась большая часть 'угодий', в плане "а не распахать ли целину". И быстренько ее 'решил' - соорудил своеобразный паром, фактически понтон с моторчиком. Моторчик поставил одноцилиндровый, в семь сил примерно, а сам понтон сварил из 'лопатного' листа (из которого же сделал и ребра жесткости, благо 'листогнутная машина' у меня уже была и наделать уголка из листа проблем не составляло). 'Капитаном' на пароме у меня стал соседский Колька, и он начал его 'испытывать' по маршруту от Ерзовки до села Среднее Погромское на правом берегу реки. За переправу он брал 'по-божески': копейку с человека или гривенник с телеги. Но за день паром туда-сюда успевал сплавать раз по двадцать, так что червонец чистой прибыли это жестяное корыто мне приносило. А поскольку мне это корыто обошлось чуть больше ста рублей, включая покраску асфальтовым лаком, то уже к началу августа у меня по Волге плавало пять таких 'корыт', названных мною 'Драккарами'. Два занимались переправой у Царицына и у Дубовки, а еще два работали уже за пределами уезда - у Саратова. Причем один из них занимался перевозкой исключительно крупного и не очень рогатого скота (как, впрочем, и царицынский 'Драккар-2') - при цене в семь копеек за крупную скотину и в три - за мелкую (то есть за овцу) каждый из скотовозов приносил мне по пятнадцать рублей в день: переправа скота на бойни оказалась делом очень выгодным в связи с отсутствием достойных конкурентов (десяток лодочников были не в счет).

Конечно, суммы менее двух тысяч в месяц были невеликим прибытком, но благодаря этому дополнительному доходу у меня появилась денежка на наем десятка квалифицированных рабочих или инженеров. Вот только где их взять...

Большинство рабочих я просто сманил у соседей, а двоих - опять с Бекетовки. Потому что с приближением зимы вопрос остекления новых цехов становился все более острым. У Барро я заказал 'большой офортный станок', который использовал для раскатки стекол. Стекла получались конечно же очень кривыми, но вполне прозрачными и для окон у цеху вроде бы вполне годились. Вот только я недоучел фантазию стекольщиков. И главным 'фантазером' оказалась Маша.

Бекетовские рабочие все же привыкли иметь дело с свежесделанным стеклом, а Маша занималась в основном переплавкой готового материала и видимо поэтому лучше ориентировалась в процессах 'вторичной переработки'. Именно ей пришло в голову кривое прокатанное стекло положить в оловянную ванну и немного там его выдержать. В результате готовый ровный лист с 'огневой полировкой' получался не за полтора часа, как при отливке листа сразу на олове, а всего за пятнадцать минут. И даже с учетом того, что 'сырье' я закупал довольно дорого (во всех моих забегаловках принимались битые бутылки по полкопейки за штуку) лист полированного стекла размером метр на полтора обходился мне в сорок пять копеек.

Стекловары у меня работали бы уже круглосуточно, но вот народонаселение не достаточно охотно било водочные бутылки. У меня просто не хватало сырья для стекольных печей. Тем не менее в сутки я стал продавать местным стекольщикам листов по двадцать, по три с полтиной за лист. А мог бы и сотню, между прочим!

Прикинув, что только на стекле я могу как минимум удвоить доходы, я, поизучав 'рынок битой стеклотары', пришел к однозначному выводу: стекло надо варить самому с нуля. В чем получил полную моральную поддержку со стороны старых бекетовских рабочих. Они и варочную печь поставили за три недели, и даже два горшка для нее "испекли" - по полкубометра каждый, вот только помогло мне это не очень: оказалось, что и для варки стекла сырье не очень доступно. То есть песку - море, известь под ногами валяется, а вот с содой, выяснилось, были проблемы.

Сода была недорогой, и ее было много. Было, в магазинах - пока я не решил заняться варкой стекла. Во всех магазинах Царицына я закупил соды достаточно, чтобы стекла сварить тонн десять - и больше ее не было. Как я узнал, в России был один большой содовый завод, и его продукция была 'расписана' чуть ли не на годы вперед. Было и несколько маленьких заводиков, но их продукции едва хватало для торговли в местных лавках. Обидно - ведь такие деньжищи проплывают мимо! Разве что и самому поставить собственный содовый заводик? Вот только в институте по химии я не проходил содового производства...

За консультацией далеко идти не пришлось, Володя Чугунов рядом трудолюбиво налаживал резиношинное производство.

- Тут я тебе не помощник - сразу же отмел мои поползновения 'консультант', дело это в общем-то несложное, но времени требует - а у меня учеба снова начинается через две недели. Но ты вот что сделай - на это лето в университете организовали что-то вроде курса для вольнослушателей, там любителей химии собралось несколько дюжин. Для соды-то особо широкие знания не нужны, может найдешь себе помощника на этих курсах?

И я снова отправился в Казань.

Володя написал мне что-то вроде рекомендательного письма на кафедру общей химии, с которым мне разрешили присмотреться к слушателям. Хотя, по большому счету, присматриваться было не к чему: большинство из них были великовозрастными сынками купцов-промышленников, интересовавшихся лишь чисто прикладными вопросами, связанными с родительским бизнесом. На общем фоне выделялась лишь одна девица, не заметить которую было просто невозможно - даже если бы девиц было бы несколько. Мало того, что она была 'баскетбольного' роста, она еще и постоянно поправляла лекторов, причем, к моему удивлению, лекторы ее за это еще и благодарили.

На мой недоуменный вопрос заведующий кафедрой химии ответил:

- Ну а что вы хотите? Эта девушка дома прошла полный курс химии Ахенского университета и Сорбонны, и довольно много из того, что нам известно больше в теории, она своими руками изучила на практике в своей лаборатории. Вдобавок у нее и память феноменальная. Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем она к нам на курсы пришла.

- Я же по старым книжкам учила - ответила мне на этот вопрос девица, когда я подошел к ней в перерыве между лекциями, - а сейчас довольно многое делают совсем иначе. Интересно же!

- Камилла - имя девицы я узнал на кафедре, - вы же знаете больше всех этих университетских преподавателей. Почему вы не устроитесь на работу куда-нибудь? Ведь химики, насколько я знаю, сейчас очень востребованы?

- Да? Но кому нужна женщина-химик? Я вон отцу рецептуру мыла придумала пару лет назад, но даже ему от меня больше ничего не нужно...

- А вы знаете, как делается сода? Чтобы было недорого и много?