В погоне за Эдемом - С. Линни

Джейме услышала, как старший сержант крикнул:

– Пошли, пошли, пошли!

В наступившем затишье Аткинс быстро перебежал через дорогу и бросил гранату. За мгновением тишины последовал глухой стук. Граната упала на землю и разорвалась во вражеском бункере.

Новые очереди «калашникова» из рощи.

Ответный огонь М-16.

Тишина.

Какое-то время все оставались на своих местах. Казалось, бойцы даже затаили дыхание.

Наконец кто-то крикнул:

– Все чисто!

Джейме глубоко вздохнула. Яни, сидевший рядом, последовал ее примеру.

Американцы прочесали местность, убеждаясь в том, что там больше не осталось вражеских солдат, ища тайники с оружием и все остальное, заслуживающее внимания.

К тому времени, как Джейме поднялась на насыпь, бункер в роще был уже полностью осмотрен. Увидев на дороге тела, молодая женщина не удержалась и подошла к ним. Двое были залиты кровью, изрешечены осколками. Третьему каким-то образом удалось выскочить из бункера, когда туда влетела граната, и он получил в грудь две пули из М-16. Смерть была мгновенной.

Джейме отвернулась, и молитва вырвалась из самого сердца, стиснутого болью:

– Господи, война и смерть – все это очень тяжело. Тяжело смотреть на окровавленные тела, сознавая, что совсем недавно они жили, дышали. Мне стыдно за то, что я желала их смерти, потому что они стреляли в нас. Я сожалею о том, что их и наши цели настолько различны, что мы вынуждены прибегать к кровопролитию. Мне нужна Твоя помощь, Господи, чтобы продержаться эту ночь и войну… да и всю свою жизнь.

Она бессильно рухнула на землю возле своего «хаммера». Стоявший рядом Яни тихо закончил: «Аминь», и только тогда до нее дошло, что она говорила вслух.

Джейме подняла взгляд.

Аткинс приказал своим людям похоронить убитых в бункере, отдав им дань уважения.

Джейме взглянула на часы и поняла, что они опоздают на встречу.

Она посмотрела на Яни. Тот кивнул.

Джейме отвела взгляд в сторону, уставилась в ночь. Впервые за долгое время ей показалось, что она чувствует сердце Бога. Как и ее собственное, оно было разбито.

– По машинам! – скомандовал старший сержант Аткинс.

Меньше чем через минуту все снова заняли свои места, и конвой двинулся по мосту через канал.

8 апреля 2003 года, 18.39

Улица Процессий

Вавилон

Они опоздали на двадцать минут.

Для военного времени это было очень даже неплохо, но Джейме не знала, что принимается в расчет при встрече у сестры, а что – нет. Солдаты конвоя устремились по улице Процессий и через ворота Иштар, осматривая развалины. Джейме понимала, что это не подробное изучение дюйм за дюймом, а лишь беглый осмотр, проверка того, что здесь нет еще одной вражеской засады. Если кто-то знает, где спрятаться, то ему не составит труда остаться незамеченным. Джейме удивилась, обнаружив у брошенной билетной кассы перед воротами Иштар просторную автостоянку.

Ворота Иштар.

Подлинные хранились в музее в Германии. Однако перед Джейме была невероятно точная реконструкция парадного въезда в древний город чудес царя Навуходоносора. Кругом сияли яркие изразцы. Джейме знала, что все эти места пропитаны историей, которую она изучала на уроках. Было что-то волнующее в том, что сейчас она стояла на этой древней земле. Джейме испытывала примерно то же, что чувствуют при встрече со своим обожаемым кумиром поклонники, понимающие умом, что он живой человек, но в глубине души все-таки считающие его чем-то нереальным. Джейме не ожидала столкнуться с тем, что это место является туристической достопримечательностью, увидеть огромные плакаты, указывающие дорогу к Южному дворцу и стоянке перед амфитеатром. Кроме того, прямо у стен находился брошенный базар под открытым небом. Покосившаяся вывеска сообщала на английском языке: «Все артефакты поддельные». Что ж, и на том спасибо.

Родригес поставил «хаммер» рядом, на площадке, так кстати обозначенной «Стоянка музея Вавилона», и все трое последовали за солдатами в парадные ворота. Не прошло и минуты, как Аткинс кивнул Яни, и тот пулей устремился в Вавилон. Сознательно стараясь не смотреть в глаза сержанту и вообще кому бы то ни было, Джейме поспешила за ним. Родригес не отставал от нее ни на шаг.

Это был тот самый получасовой промежуток после заката, когда свет тускнеет и медленно исчезает. Однако, несмотря на то что тени стали длинными, все еще были видны гигантские развалины вокруг. Сразу за воротами на стене музея висели большие яркие планы, но Джейме, торопясь следом за Яни, не имела возможности остановиться, чтобы их изучить.

Яни же быстро удалялся от восстановленных строений династии Навуходоносора, передвигаясь во времени к развалинам эпохи Хаммурапи. Он не оглядывался на Джейме, а та, в свою очередь, не смотрела на Родригеса. Оба были уверены в том, что их спутники следовали за ними.

Руины эпохи Хаммурапи были раскопаны, но не восстановлены. Вдоль прямых улиц тянулись фундаменты из кирпича и камня, основания древних зданий. Все вместе образовывало запутанный лабиринт.

Джейме несколько раз теряла Яни из виду, когда тот резко заворачивал за угол. Он двигался бесшумно, пригибаясь, поэтому его голову не было видно над обвалившимися стенами. Ричардс тоже пригибалась и старалась не шуметь.

Яни снова завернул за угол, но, вместо того чтобы идти прямо, упал на колено. Он пристально всмотрелся в кирпичи, из которых была выложена длинная стена, завершавшая эту часть лабиринта. Остановившись рядом с ним, Джейме постаралась найти то, что он разглядывал. Ей потребовалось какое-то время, чтобы увидеть маленькое зеркало, совершенно незаметное, если не искать целенаправленно, вмурованное в камень. В нем было видно крохотное отражение того, что происходило за углом.

У стены стоял, пригнувшись, старик, также чем-то поглощенный.

Джейме указала на него. Яни кивнул, выразительно поднес палец к губам и поднял руку, подавая сигнал «стой».

Что-то было не так.

Старик развернулся и быстро двинулся прочь. Дойдя до следующего перекрестка, он чуть поколебался, свернул направо и тотчас же скрылся в дальнем проходе.

Джейме привстала, готовая последовать за ним, но Яни едва заметно покачал головой. Они остались на месте. Меньше чем через минуту после того, как старик удалился, в зеркале появилась вторая фигура, быстро свернувшая в тот же проход, следом за стариком.

Впервые с момента прибытия в Вавилон Джейме увидела, как на лице Яни промелькнуло хоть какое-то чувство. Но в стиснутых челюстях тотчас же осталась одна только мрачная решимость.

Выждав еще мгновение, Яни завернул за угол и поспешил по древней улице.