Платиновая карта - Фридрих Незнанский

Леонид вернулся. Сел за стол и сказал интригующим голосом:

— Следите за моими руками! — Он поднял ладонь и принялся отсчитывать, по очереди выпрямляя пальцы: — Раз! Два! Три!

Из динамиков полилась нежная, красивая музыка, обработка какой-то классической вещи, название которой Ирина не могла припомнить.

— Ну как? — спросил он. — Сумел я вам угодить?

— Вы просто волшебник! — сказала Ирина. — Вы что, заказали им эту музыку?

— Угу. Я сделал им предложение, от которого они не смогли отказаться. За вами должок.

— Вот как? И что я должна сделать?

— Я бы не отказался, если б вы пригласили меня на белый танец.

Леонид протянул Ирине руку.

— Ну хорошо, — сдалась Турецкая. — Но только это будет последний танец на сегодняшний вечер.

Она встала из-за стола, и вдруг взгляд ее остекленел, а рот приоткрылся в изумлении.

— Что с вами? — тревожно спросил Леонид. — Вы как будто привидение увидели!

— Так и есть, — быстро проговорила Турецкая и вдруг села.

— Э-э… — начал было он, но Ирина не дала ему сказать.

— Сядьте! — тихо приказала она. — Ну!

Он послушно сел.

— Я не понял, а что…

— Потом все объясню. Посидите минуту молча.

Леонид пожал плечами и протянул руку к бутылке.

— Нет! — сказала Ирина. — Не наклоняйтесь. Сидите прямо.

На лице Леонида нарисовалось искреннее изумление, однако он и на этот раз повиновался. Лишь тихо проговорил:

— Однако…

И тут же осекся, натолкнувшись на холодный, отчужденный взгляд Ирины.

По ее лицу пробежала туча.

За столиком, который находился почти у самого входа, стояла молоденькая официантка. Она о чем-то тихо переговаривалась с посетителем, который по непонятной причине держал ее за руку. Посетитель выглядел значительно старше официантки. Это был зрелый, симпатичный мужчина с усталым, немного насмешливым лицом.

Турецкая не отрывала от парочки глаз, и лицо ее делалось все холоднее и холоднее.

— Мне это не нравится, — обиженно произнес Леонид, уставший от неизвестности. — Ирочка, вы делаете из меня идиота.

— Если он вас заметит, он сделает из вас отбивную, — холодно сказала Ирина. — Так что лучше уж оставайтесь идиотом.

— Что это все значит? — нахмурился Леонид. — Кто это — он?

— Мой муж, — просто ответила Ирина.

— Муж? Какой муж? Погодите… — Тут до него дошло. — Он что, здесь?

— Да, — тихо сказала Ирина.

Леонид тихонько присвистнул, выпрямил спину и замер. Затем спросил, не поворачивая головы:

— Простите, а он у вас очень ревнивый?

— А вам это обязательно надо знать?

— Да, вы знаете, хотелось бы, — ответил Леонид. — Кстати, он один?

— Не знаю. Он только что разговаривал с официанткой и держал ее за руку.

— Это с какой официанткой? С той сексапильной красоткой в мини-юбке?

Ирина перевела взгляд на Леонида и прищурилась:

— А вы откуда знаете? Она ведь не обслуживала наш столик.

Тот натянуто улыбнулся. Пожал плечами:

— Ну… мы с вами сидим здесь уже полчаса. Ее трудно не заметить. Значит, ваш муж тоже любит итальянскую кухню?

— Он ее терпеть не может, — сказала Ирина.

— Тогда что он здесь делает?.. Погодите… Кажется, я понял. У вашего мужа роман с официанткой!

Леонид похабно улыбнулся. Лицо Ирины стало еще суровей.

— Перестаньте нести чушь! — сказала она громким шепотом.

— А как еще вы объясните то, что он держит ее за руку?

Ирина не ответила. Она продолжала следить за мужем.

Официантка ушла, при этом она выглядела недовольной. Муж закурил сигарету и принялся блуждать по залу взглядом. Ирина поспешно спряталась за Леонида.

— Что он делает? — с тревогой спросил кавалер.

— Оглядывает зал.

— Может быть, он следил за вами?

Ирина поморщилась:

— Полная чушь!

Леонид пожал плечами:

— Я просто предположил.

К столику мужа вновь подошла та развратная официантка и поставила перед ним кружку пива. Они обменялись парой реплик, потом официантка отчалила, а муж достал блокнот и принялся что-то задумчиво в нем вычерчивать.

Ирина усмехнулась. «Он и здесь работает», — насмешливо подумала она.

— Вижу, вас это страшно смешит, — вновь заговорил Леонид. — А меня, признаюсь, не очень.

— Не бойтесь, — успокоила «троллейбусного красавца» Ирина. — Он здесь оказался случайно. Мы живем неподалеку. Наверно, он пришел домой, увидел, что меня нет, и отправился поесть.

— Но ведь он не любит итальянскую кухню.

— Не любит, — согласилась Ирина. — Скорей всего, Он задумался и забрел слишком далеко от дома. Возвращаться ему было лень, вот он и зашел сюда.

— Вы рассуждаете как следователь, — заметил Леонид.

— Что делать, — улыбнулась Ирина. — Жена следователя тоже немного следователь.

— Постойте… — Лицо Леонида вытянулось. — Какого следователя? Вы же говорили, что он у вас… Так он что, следователь?

— Угу. Из Генеральной прокуратуры.

Глаза кавалера тревожно забегали. Он осторожно повернулся и посмотрел на Турецкого. По всей вероятности, увиденное не доставило ему никакого удовольствия.

— Крепкий парень, — тихо пробормотал Леонид. Он снова повернулся к Ирине и, натужно улыбнувшись, сказал: — Знаете что… Давайте я тихонечко встану и тихонечко уйду отсюда. Как будто меня здесь и не было, а?

— Вы что, боитесь его?

Леонид смущенно дернул плечом.

— Не то чтобы боюсь, но… Не люблю выяснять отношения с мужьями.

— Так, значит, у вас это не в первый раз? — холодно поинтересовалась Ирина.

— Это неважно. Пересядьте чуть-чуть правее, и он вас не заметит. А я… Извините, Ирочка, но мне пора. Меня дома ждет жена.

— Вот как?

— Да. Приятно было с вами познакомиться, Ирочка.

Леонид быстро поднялся со стула, хотел махнуть Ирине рукой, но, покосившись в сторону Турецкого, передумал.

— Простите, — сказал он, повернулся и быстро зашагал к выходу.

Ирина проводила его взглядом, усмехнулась и тихо произнесла:

— Так испугался, что даже за ужин не заплатил.

Леонид быстро просеменил мимо Турецкого, открыл дверь, юркнул в дверной проем и был таков.

Ирина перевела взгляд на мужа. Турецкий все еще чертил в блокноте свои схемы. Лицо у него было задумчивым и сосредоточенным, как у математика, решающего сложную задачу.

— Шерлок Холмс, — тихо, с мягкой улыбкой произнесла Ирина.

Она подозвала официанта и попросила принести счет. Затем расплатилась, встала и, не таясь, двинулась к столику, за которым сидел муж. Погруженный в свои мысли, Турецкий не обратил на ее приближение никакого внимания.

Ирина Генриховна остановилась возле столика мужа. Он по-прежнему ее не замечал. Она отодвинула стул и села. Александр Борисович поднял на жену взгляд и слегка оторопел.

— Это ты? — удивленно спросил он.

— А ты кого ожидал увидеть? — ответила Ирина Генриховна вопросом на вопрос.

Турецкий растерянно пожал плечами:

— Я? Э-э… Никого. А ты что здесь делаешь?

— А ты? — спросила Ирина.

— Да вот зашел поесть.

— Я тоже, — сказала Ирина. — Ты уже что-то заказал?

— Э-э… Да. Пиццу.

Ирина Генриховна внимательно посмотрела на осунувшееся, усталое лицо мужа. Глаза у него были воспаленные: последние две ночи Турецкий плохо спал. Он то и дело вставал с постели и шел на кухню курить.

— Бедняжка, — тихо сказала Ирина Генриховна, протянула руку и ласково погладила мужа по голове. Не кормят тебя дома, да? Ну ничего. Сегодня я все исправлю.

— В каком смысле? — не понял Турецкий.

— В прямом. Пойдем отсюда.

— Вообще-то я уже…

Ирина Генриховна достала из бумажника несколько сотенных банкнот и положила их на стол.

— Этого хватит? — спросила она.

— Должно, — растерянно ответил Турецкий.

— Вот и хорошо. А теперь пошли домой. Я приготовлю тебе шикарный ужин.

Насчет шикарного ужина Ирина Генриховна не обманула. Уже спустя час на столе в квартире у Турецких стояло блюдо с горячими пельменями (не беда, что магазинными), вазочка с селедкой в горчичном соусе, блюдце с кабачковой икрой и запотевшая от холода бутылка «Гжелки».

— Ты так и не сказала, по какому поводу весь этот банкет, — поинтересовался Александр Борисович, усаживаясь за стол.

Ирина сидела, опустив локти на стол и подперев ладонями худощавое, красивое лицо.

— А разве нужен повод? — с тихой задумчивостью сказала она. — Разве женщина не может накормить любимого мужчину без всякого повода?

— Гм… Вот оно в чем дело.

— Мы слишком много ссорились в последние дни, — мягко сказала Ирина Генриховна. — Я перестала быть хорошей женой.

— Глупости. Ты самая лучшая из всех жен на свете!

Александр Борисович наклонился и крепко поцеловал Ирину в губы.