Загадка лунной богини - Наталья Николаевна Александрова

– Слушайте, неужели вы и есть та самая Альбина Борэ? – завопила Варвара, двинувшись к вновь прибывшей.

Она шла между столов, как линкор, рассекающий океанские волны, и писатели расступались. Кому охота быть сметенным могучим ураганом по имени Варвара?

– Ну да… – Женщина оправилась от смущения и говорила теперь тверже. – Я должна перед вами извиниться за… за тот спектакль, что мы устроили с… в общем, это была шутка, это в издательстве придумали такой рекламный ход, потому что я… – Она поперхнулась, откашлялась и продолжила: – Они считают, что мой имидж ну никак не соответствует моему… литературному амплуа… моим романам. Вот и пригласили вместо меня другую женщину…

– Да уж, та-то больше подходила к романам ужасов! – Волчок подошел к Альбине. – Как оденется в черное, да физиономию размалюет, да еще татушки эти…

Тут он замолчал, вспомнив, наверное, при каких обстоятельствах видел татуировки на теле фальшивой Альбины.

– Раз так случилось… – Альбина опустила голову, – то я специально зашла сюда, к вам, чтобы рассказать, что…

– Что вы покамест живы-здоровы, чего не скажешь о ней! – бухнула Варвара.

– Ну да… И я хотела бы побывать на том месте… не то чтобы посмотреть, но… прощения у нее попросить, что ли… Ведь если бы ее сюда не отправили, она была бы жива, так?

– Ну не знаю! – Волчок пожал плечами. – Не знаю, на что там смотреть, и провожать вас туда, уж извините, не стану.

– И не надо! Я как раз хочу туда одна сходить.

– Не мешайте человеку! – вступила Варвара, подученная Надеждой Николаевной. – Пускай сходит на обрыв, найдет то место. Постоите там, подумаете, прощения у нее попросите – оно, может, и полегчает, перестанете себя корить.

– Да-да, я так и хотела…

Писатели стали потихоньку расходиться. Варвара отогнала любопытных Галю и Лялю, которые пытались увязаться за новообретенной Альбиной, Волчок махнул рукой и пошел к себе в номер, остальные разбрелись кто куда. Надежда выждала несколько минут и потихоньку пошла следом за Альбиной, которой уже не было видно.

Подготовительный этап закончился, операция вступила в решающую фазу.

Мария, согласно утвержденному плану, сидела на перевернутом ведре в кладовке уборщицы и через неплотно прикрытую дверь следила за дверью Нининой комнаты. Она была одета в серую толстовку с капюшоном и спортивные брюки, чтобы было удобнее преследовать злоумышленницу. С собой взяла только телефон, звонок на котором был выключен, чтобы не выдать наблюдательный пункт.

Телефон задрожал в судороге вибровызова, Мария поднесла его к уху.

– Ну что там? – страшным шепотом проговорила Надежда.

– Ничего! Она все еще не вышла! – таким же шепотом ответила подруга.

– Жди!

– А что мне остается?

Накануне, на военном совете, заговорщики договорились, что Надежда заранее спрячется около тропинки, по которой пройдет Альбина, и будет там ждать, пока Мария не сообщит ей, что Нина вышла из своего номера.

Надежда Николаевна пробралась на место и первые двадцать минут терпеливо ждала, но звонка все не было и не было, и она не выдержала и стала названивать подруге – вдруг та забыла ей позвонить, или у нее разрядился телефон? И вот теперь звонила каждую минуту, чтобы удостовериться, что Нина все еще не вышла на тропу войны.

Телефон снова завибрировал, и Мария полезла в карман, но вместо телефона нашла там почему-то тряпичную куклу, которую сделала два дня назад по совету Надежды, чтобы навредить одной из противных подружек. Однако кукла оказалась абсолютно бесполезной, потому что Мария перепутала шарфики. «Вот так всегда у меня, – пришли внезапно непрошенные мысли. – Даже с этими противными бабами Лялей и Галей не смогла совладать, не говоря уже про историю с Ворониным. А как он мне понравился поначалу! Интересный, интеллигентный, столько всего знает! И чем все закончилось…»

Телефон все вибрировал, и Мария полезла в другой карман.

– Не вышла еще! – раздраженно прошипела она. – Не звони каждую минуту, я позвоню, когда она выйдет!

– Не нравится мне это! – трагически прошептала Надежда. – Уже сорок минут прошло, а она все не выходит! Может, она ничего не знает? Может, Ляля и Галя не оправдали наших надежд? Может, они не донесли до Нины информацию?

– Не верю! – фыркнула Мария. – Если эти подружки что-то знают, через десять минут непременно расскажут всем, включая кошку уборщицы!

– Тогда остается ждать…

Надежда нажала отбой и продолжила следить за тропинкой.

Альбина давно уже прошла по ней, и больше никто не появлялся. Все это вызывало у Надежды сильнейшее беспокойство. Особенно если учесть, что уже несколько минут она ощущала сильнейшее покалывание в корнях волос.

Наконец она не выдержала и снова набрала телефон Марии.

– Не вышла! – прошипела та раздраженно. – Я же сказала, как только…

– Подожди, послушай меня! – прервала ее Надежда. – Мне не нравится, что она все не выходит.

– А кому это нравится? Может, мы вообще ошиблись, и Нина – не тот человек…

– Да? А кто тогда, по-твоему, ту девицу убил? Ты же сама видела вырезку из журнала, и то, что она сделала с фотографией! Всего лишь с фотографией! А тут – живая Альбина появляется, да у нее тут же крышу снесет!

– Все-таки как-то не верится, с точки зрения психологии…

– Оставь в покое психологию! Лучше проверь, у себя ли Нина.

– Конечно, у себя! Я видела, как она вошла в свою комнату, и не видела, чтобы выходила!

– А ты все-таки проверь!

– Как? Зайти к ней и попросить пакетик чая?

– Нет, это не пойдет. Выйди из корпуса, подойди к окну ее комнаты и послушай…

– Ну ладно… хоть разомнусь, а то сидеть на этом ведре жутко неудобно! Все уже себе отсидела!

Мария спрятала телефон в карман, убедилась, что в коридоре никого нет, и выскользнула из кладовки. Не встретив никого по пути, она вышла на улицу и приблизилась к Нининому окну. Оно оказалось открыто. Впрочем, это еще ни о чем не говорило. Летом хочется держать все окна открытыми, чтобы дышать свежим воздухом.

Из номера не доносилось ни звука, и Мария заглянула внутрь. С этого места ей была видна только часть комнаты, и в этой части не было ни души. Впрочем, это тоже ни о чем не говорило – Нина могла быть в дальнем углу или вообще в ванной… Но тут Мария увидела кое-что очень важное. Кое-что, с чем не поспоришь.

На подоконнике, покрытом тонким слоем какой-то зеленоватой растительной пыльцы или мелких семян, четко отпечатался след кроссовки. Причем он был направлен в сторону улицы, то есть отчетливо говорил о том, что Нина выбралась из номера через окно.

Мария испытала двойственное чувство: с одной стороны, ей было стыдно, что она упустила «объект», с другой – она с гордостью осознала, что только что проявила способности следопыта: не только нашла след, но и смогла определить, куда он ведет…

Впрочем, предаваться этим приятным мыслям было некогда. Нужно было срочно сообщить Надежде о своем открытии. Мария достала телефон, набрала номер подруги, и та мгновенно ответила односложным междометием:

– Ну?

– Она ушла… – смущенно призналась Мария. – Я не уследила… она ушла через окно.

– Ты уверена?

– На все сто процентов! На подоконнике – след ее ноги.

– Ладно, не переживай! Ты же не могла караулить ее сразу в двух местах… лучше скажи – давно она ушла?

Мария хотела уже ответить, что понятия не имеет, но вовремя прикусила язык. Вместо ответа пригляделась к следу на подоконнике, напрягла извилины и после короткой паузы проговорила:

– Думаю, минут десять – пятнадцать назад, не больше. На том месте, где отпечаталась ее нога, почти нет пыльцы. А она налетает очень быстро.

– Что ж, тогда, может быть, я еще успею…

С этими словами Надежда отключилась, а Мария продолжала стоять перед открытым окном в расстроенных чувствах. Хотя подруга и постаралась ее убедить, что она ни в чем не виновата, Мария все же не могла отделаться от мысли, что провалила