О традициях не спорят! (СИ) - Оксана Крыжановская

  Атмосфера в зале была напряженной, словно главы трех воюющих держав, решили встретиться в дружеской обстановке и обсудить согласие о перемирии. Вот только никто не знал с чего начать-то.

  - Ты как вы познакомились? - первым нарушил тишину Лодгарас, аккуратно беря кружку с чаем и поднося ее ко рту.

  - Может, я для начала вас представлю? - раздраженно ответила я вопросом на вопрос.

  Даже если Лодгарас был не в духе, это не означало, что можно так грубо себя вести по отношению к гостям. Ну, хорошо, к одному гостю. Но все же!

  Он кивнул, так как никогда не отличался многословьем.

  - Мой спутник, - начала я, наконец-то найдя подходящее выражение и заодно с каким-то мрачным наслаждением ожидая реакции друга, - первиш Светлой земли принц Эйрос Найм Дерей ан Кай Вилес.

  Реакция превзошла все мои ожидания! Так как я впервые видела, чтоб Лодгарас подавился чаем!

  - Светлый! - пробормотал вампир, схватив со стола салфетку и принявшись вытирать подбородок.

  А я в это время представляла уже его:

  - Это мой друг Лодгарас Артасар, наследник Тибера и будущий князь Темного Рая.

  Будущие правители двух стран, обменявшись взглядами, сухо поприветствовав друг друга:

  - Рад знакомству, Эйрос Найм Дерей.

  - Примите мою благодарность за такой теплый прием, Лодгарас Артасар.

  Меня словно дубиной по черепушке стукнули. Сарказм? Сарказм у Эйроса?! Сегодня точно день первооткрываний!

  Принц, поймав мой ошарашенный взгляд, обольстительно улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами, да еще подмигнул мне в придачу, от чего повторное стуканье дубины по темечку было мне обеспечено.

  - И как же вы познакомились? - грубо повторил друга, вывел меня из шока.

  - Мы заключили сделку, - беззаботно ответил принц, вновь изменившись, а может наоборот, просто снимая маску?

  Эйрос грубо дернул меня за руку и, приспустив рукав, открыл взору ленту на запястье. Во взгляде Лодгараса читалось многое, большую часть которого озвучивать неприлично даже в самых захудалых портовых тавернах.

   - И какие условия? - спокойно спросил наследник Тибера, вот только взгляд мог заставить расступиться перед собой и горы.

   - Она должна найти мне невесту, - голос у Эйроса тоже был спокоен, но взгляд мог одновременно заморозить и спались.

  Их взгляды встретились и в них читались одинаковые чувства: высокомерие, презрение, злость, насмешка. Мне вдруг стало очень неуютно, как будто я тут нахожусь по ошибки. Словно маленькая собачонка, случайно оказавшаяся посередине двух злющих, матерых волков.

  Я перевели взгляд на желто-красную шерадальскую розу, вновь словив себя на мысли, что эта роза и глаза Эйроса похожи.

  - А твоя расплата? - продолжал спокойно интересоваться Лодгарас, невозмутимо попивая чай.

   - Это не твое дело, - любезно ответил Эйрос, вновь натягивая на губы улыбку.

   - Хейса? - Вопрос не требовал огласки, я и так понимала, что хотел узнать друг. Вот только краем глаза поймав переведенный на меня взгляд Эйроса, я поняла, что у меня просто-напросто немеет язык, словно я съела зеленую хурму.

  - Эээ... ааа... нууу... - просипела я, а потом, ухватившись за одну мысль, выпали: - Ворота починить!

  На этот раз они давились сообща, от чего печенье стало совсем не пригодным в употребление. Затем я услышала сдавленный хохот.

  - Хейса, ты иногда меня поражаешь! - оповестил принц, вытирая чай с подбородка салфеткой.

  - Ты меня тоже, - хмуро буркнула я в ответ.

  И тут Эйрос вдруг подсел ко мне почти вплотную, закинув левую руку за мою голову, на спинку дивана, и так медленно протянул:

  - Правда? - Во взгляде прищуренных глаз была насмешка, а на странных перевернутых губах улыбка, которая могла затмить даже улыбку Мотылька.

  Я, было, хотела опустить взгляд, так как почувствовала, что почему-то начинаю смущаться, но вздрогнув, застыла. Понятие того, что сейчас я веду себя как тогдашняя Хейса, меня разозлило. Поэтому я гордо вздернула подбородок и, вперившись в глаза Эйроса раздраженным взглядом, ответила:

  - Да, потому что большего дурака, чем ты, я еще не встречала.

  Его лицо вдруг помрачнело. Я вначале подумала, что от моих слов, но потом поняла, что начать быстро дышать, словно задыхаясь, одной рукой вытирая выступавший пот на лбу, а второй сжимать рубашку на груди, только из-за названия дуроком невозможно. Если только Эйрос не до такой степени самовлюблен, что даже из-за маленького, грубого слова ему становиться плохо.

  - Эйрос? - взволновано окликнула я его, когда он завалился на правый бок, головой мне на бедра. - Эй, Эйрос? - Мой голос дрожал, а рука непроизвольно начала убирать его растрепанные волосы, которые закрыли лицо, за ухо.

  - Что с ним? - Подскочил к нам Лодгарас.

   - Я... я не знаю, - просипела я, принявшись гладить его по голове в желании утешить, но это не сильно помогало.

  Эйрос побледнел, его скулы напряглись, словно он сжимал зубы что есть силы, а пот лился градом. Его трясло, как от лихорадки. Да и лоб был горячим, хотя с утра парень был бодрым и здоровым.

  - Я за целителем.

  - Постой! Пусть мне принесут мою сумку с луки седла, - попросила я, когда он был уже у дверей.

  Лодгарас, знавший меня не первый год, понял, о какой сумке я говорю, и ответил:

  - Через пять минут будет. - После чего вышел из малого гостиного зала.

  - Это сейчас пройдет, - услышала я тихий шепот Эйроса.

  - Что пройдет? - испуганно спросила я, но принц обмяк.

  Его лицо мгновенно приобрело нормальный цвет, а о бившей лихорадке напоминала только взмокшая одежда.

  Дверь вдруг с громким хлопком открылась, я провернула голову и увидела приближающего к нам Котену.

                                                                    ***

  - А ты, правда, принц? - с любопытством спросила Ольга - иномирянская внучка Тибера.

  Была она миниатюрной девушкой и одета в странные темно-синие штаны, обрезанные по самые бедра, и в непонятную розовую ткань, облегающую ее верхнюю часть тела. На ткани были нарисованная какая-то странная, ушастая черно-белая мышь в платье и туфлях. Подобный наряд постеснялась бы одеть даже самая раскрепощенная блудница. Но девушка носила одежду с такой легкостью и непринужденностью, словно это был самый распространенный наряд в Венеции.

  - Да он принц, - грубо ответил Лодгарас. - Я тебе его ведь представил!

  Но девушка от своего сводного дяди лишь отмахнулась и с обожанием в глазах уставилась на принца.

  - Я - Ольга Перелетова, - представилась она, протянув ему свою руку.

  Эйрос недавно пришел в себя и сейчас находился не в слишком хорошем состоянии для общения с иномирянкой, но девушку это нисколечко не смущало.

   - Эйрос Найм Дерей, - ответил светлый, взяв ее руку и поцеловал, а потом испугано выпустил, из-за того что Ольга радостно завизжала:

  - О, Боже, он и вправду принц! - а затем, поддавшись к принцу, спросила: - А у тебя белый конь есть?

  "Ужасная особа". Кажется, именно так ее охарактеризовал Ворэй?

  - Есть, - с удивлением ответил Эйрос. - А какой именно породы Вам нужен конь?

  - Да нет, - отмахнулась она, еще ближе приблизившись к удивленному подобным ответом парню (мы не менее были удивлены), чуть-чуть не забравшись к нему на кровать, восхищенно воскликнув: - Боже мой, принц на белом коне! Люська от зависти умрет! Жаль у мя цифровик сел. Хотя, есть идея! - Она радостно улыбнулась и, подбежав к столу, схватила чистый лист пергамента и перо с чернильницей. Затем вернулась назад к кровати и, протянув находку принцу, попросила: - Дай автограф.

  Эйрос неуверенно взял предложенные инструменты для письма и удивлено спросил:

  - А что такое атограф?

  - Не "атограф", а автограф, - со смешком исправила девушка. - Подпись, короче, поставь свою тут.

  - Извините, леди Перелетова, - впервые подал голос Котена, который, как и я, стоял неподалеку и смотрел за всем с удивленным выражением лица, - но Его Высочество Эйрос Найм Дерей не может оставлять свои подписи без нужной на то причины, даже если она должна быть короткой.

  Девушка от досады цыкнула, кинув на Котену раздраженный взгляд, а потом, повернувшись к Эйросу, попросила с нажимом:

  - Тогда напиши: "С любовью Ольке от принца Эйроса!".

  - Извините, леди Перелетова, - вновь подал голос Котена, - такого содержания надписи, тем более непозволительно писать Его Высочеству!

  На этот раз ее взгляд выражал такую злость и раздраженность, что я, было, подула, она на него с кулаками кинется.

  - Почему? - зло спросила Ольга, странно искривляя лицо.

  - Потому что из-за нее, ты потом вполне можешь начать шантажировать Эйроса Найма, - ответил Лодгарас, тоном, который так говорил: "Это же и селянке, не обученной грамоте, понятно будет!"