«Если», 2000 № 10 - Далия Трускиновская

— Да, — сказала Кристел. — Мне нравится эта идея. — Она чувственно потянулась, и Мирабель с неодобрением посмотрела на нее.

— У тебя одни развлечения на уме, Крис. Впрочем, почему бы нам действительно не повеселиться как следует?

И они отправились к магу.

— Вы хотите, чтобы я проделал восстановительную операцию всем сразу? — озадаченно спросил волшебник, качая головой. — Боюсь, это займет полдня, ведь обратный процесс идет значительно медленнее — особенно теперь, когда в хранилище находится так много, гм-м… К тому же я занят — меня ждут другие клиенты.

— Нет, ваше могущество, — кротко сказала Софора. — У нас есть преимущественное право. Загляните в свой контракт.

Разумеется, такое право у них было. Софора ловко спрятала соответствующий параграф среди вороха пустых фраз. На случай, если маг его проглядел, воительница громко прочла вслух:

— «В связи с тем, что благополучие Клиента напрямую связано с благополучием и процветанием королевства и Его Величества короля, Подрядчик обязуется произвести указанные выше магические манипуляции по первому требованию Клиента. При этом Клиент пользуется преимуществом перед любыми другими заказчиками, будь то простолюдины или особы королевской крови. Данный пункт Договора Подрядчик обязуется исполнять неукоснительно. В случае его нарушения размер штрафных санкций устанавливается решением членов Дамского клуба взаимной поддержки».

Последнюю фразу Софора прочла таким тоном, что маг стал белым, как стена.

— Но послушайте, леди, другие мои клиенты — это придворные дамы, жена канцлер-казначея и даже…

Софора бестрепетно указала на слова: «…будь то простолюдины или особы королевской крови».

— Ты подписался под этими словами, маг. Любой суд примет нашу сторону.

Маг провел примерно половину необходимых операций, когда к нему в лабораторию явился королевский гонец.

— Сейчас не могу. Занят, — коротко сказал маг. Он только что обнаружил сбой в программе хранилища. Пытаясь затребовать обратно грудь Большой Берты, маг пять раз подряд получил сообщение об ошибке и был близок к панике. Особенно его нервировали сурово сдвинутые брови воительницы.

— Но король велел… — растерялся гонец.

— Мне плевать, пусть это будет даже его персональное заклинание от запаха подмышек! — взъярился маг. — Сказано — не могу!

Вытолкав посланника за дверь, он с грохотом ее захлопнул, и попытался взять себя в руки.

— Извините за задержку, — сказал маг Берте, которая выглядела значительно спокойнее. Правда, у нее был меч…

— Ничего страшного, — откликнулась Большая Берта. — Я не тороплюсь. Ведь все идет нормально, правда?

— Разумеется, все идет по плану, — подтвердил маг и предпринял еще одну, шестую, попытку вернуть грудь законной владелице. Вот прочитана почти половина заклинания, пока никакой ошибки… Потом в голове мага раздался щелчок, означавший конец операции, и он бросил взгляд на Большую Берту. Та как раз опустила глаза, чтобы посмотреть на себя… и тут же подняла их снова.

Рот у мага открылся сам собой, но он так и не смог произнести ни слова. Берта смогла.

— Это не моя, — сказала она без всякого выражения. — Кажется, это Жильены.

Маг успел только удивиться, как Берта догадалась, что это не ее грудь. В следующую секунду крепкая рука сомкнулась на его шее, и маг почувствовал, что задыхается.

С тех пор как ослабевшее заклинание перестало скрывать его уродство, принц старался появляться на людях как можно реже. Но сегодня отец велел ему явиться в тронный зал, чтобы с эскортом солдат отправить к магу для возобновления заклинаний.

Сгорбившись и шаркая ногами, принц подошел к трону. На нем был бархатный камзол с капюшоном, надвинутым на самые глаза. Длинные рукава скрывали шишковатые кисти рук и пальцы с потрескавшимися ногтями.

— Ну-ка выпрямись! — приказал отец.

— И не смей ходить по дворцу в капюшоне! — добавила мать. — Воспитанные принцы так себя не ведут.

— Маг говорит, что ничем не сможет помочь, — объявил гонец, входя в зал с другой стороны и с поклоном приближаясь к трону.

— Не сможет?! — в один голос воскликнули король и королева, удивленно уставившись на посланника. Потом Его Величество сделал супруге знак молчать и продолжал уже один:

— Как это — не сможет? Разве он не наш подданный?

— С вашего позволения, сир, маг занят, — объяснил посланец. — Во всяком случае, он так сказал. И еще он сообщил, что не станет ничего делать, даже если речь идет о персональном заклинании Вашего Величества от…

— Молчать! — рявкнул король и покраснел, как свекла. На королеву он старался не смотреть. — Эй, стража! — обратился он к солдатам из эскорта принца. — Ступайте, арестуйте этого наглого колдуна и доставьте сюда.

Когда стражники прибыли к дому мага, тот был пуст. Войдя в незапертую дверь, солдаты оказались в лаборатории, где в беспорядке были разбросаны магические приспособления. На столе стояла таинственная черная коробочка, она негромко и монотонно гудела в тональности ми-минор. Один из солдат осторожно ткнул ее пальцем. Коробочка пронзительно взвизгнула и снова загудела, как лидийский рожок.

— Неисправимая ошибка, — услышали они чей-то злорадный голос прямо у себя над головами и поспешили покинуть лабораторию.

— Если вы ищете мага, — сказала проходившая по улице беззубая старуха, — то его увели наши воинственные леди.

Солдаты тревожно переглянулись. О том, чтобы ворваться в Дамский клуб и захватить мага силой, не могло быть и речи…

В особенности сейчас, потому что на пороге, небрежно опираясь плечом о косяк и безмятежно улыбаясь, стояла сама Софора Сегундифлора.

— Привет, ребята, — сказала Софора. — У вас к нам какое-то дело?

— Вообще-то, нет… То есть да… Вернее, не совсем, — замялся сержант, но тут же взял себя в руки и добавил более внятно: — Нам сообщили, что пластический маг может быть здесь. Его зовет король.

— Боюсь, ничего не выйдет. Во всяком случае — сейчас. — Софора слегка пожала плечами и бросила многозначительный взгляд на дверь позади. Из клуба не доносилось ни звука, и сержанта прошиб холодный пот. По какой-то причине тишина казалась ему куда более зловещей, чем самые громкие крики и стоны.

— Гм-м… — сказал сержант и почесал в затылке.

Никто не спрашивал его мнения о новом налоге, и тем не менее оно у него имелось. Сержант считал, что любая вещь, способная разозлить Софору Сегундифлору и Мирабель Железный Кулак — плохая вещь. Лично он предпочитал не раздражать воительниц без нужды. С другой стороны, сегодня король тоже был не в духе, и сержанту очень не хотелось объяснять Его Величеству, почему маг не может немедленно явиться во дворец.