Клинки Лемурии - Морис Делез

— Отец! — Голос Кауса, прозвучавший за спиной, отвлек его от невеселых мыслей. — Всех и все, что было можно спасти, мы спасли.

— Уходим! — крикнул барон, и в голосе его послышались стальные нотки. — Я еще покажу этому мерзавцу, как связываться со мной! — Каус с удивлением смотрел на отца, никак не ожидая такой перемены в его настроении. — Он нашу встречу надолго запомнит! — пригрозил барон напоследок.

— Надолго?

— Ты прав, — усмехнулся барон, — надолго не получится, но я позабочусь, чтобы перед смертью он успел о многом пожалеть. Знать бы только, куда он направится…

— Ну, это-то как раз просто, — усмехнулся Каус. — На Дуур-Жад, куда же еще? Наверняка пожелает узнать последние новости!

— Курс на Дуур-Жад! — не раздумывая, рявкнул барон, обращаясь к Полко.

Кулл не стал тратить времени, мороча голову барону, и не пошел на запад, как собирался вначале. Атлант верно рассудил, что, если отнюдь не глупый сынок барона правильно оценит положение, Ридо не кинется в бессмысленную погоню, но, конечно же, возьмет курс на север, чтобы попытаться снова загнать пиратов в угол.

Едва миновав пролив, Кулл скомандовал:

— Право руля!

Свежий ветер наполнил красные паруса «Богини Морей», и галера понеслась к родной гавани. Атлант не отрываясь смотрел на выход из пролива, гадая про себя, сколько времени понадобится барону, чтобы спасти оставшихся в живых моряков с «Борхея». Вскоре из узкого прохода между скалами появился бушприт первого из преследователей, и Кулл подумал, что бы это значило: сумел Ридо толково организовать дело или же бросил своих людей? Зная нрав своего давнего врага, Кулл склонен был верить во второе.

— Попробуй кто-то из наших капитанов оставить людей в беде, свои же выбросили бы его за борт, — высказал ту же мысль Шарга.

— Ты прав, — согласился Кулл, — в это трудно поверить. Но погоди, — тут же перебил он сам себя, — быть может, Ридо решил разделить эскадру?

Пока они разговаривали, одномачтовая галера успела полностью показаться из прохода и теперь разворачивалась. За ней шло второе судно, и теперь Кулл не сомневался, что прав. Барон не желает упускать врага из виду и вряд ли осмелится бросить матросов на глазах у всех. Удайся даже ему захватить Кулла живьем и доставить в Валузию, это не спасло бы его от тяжелых обвинений. Не смог бы он и откупиться. За гибель по его вине полутора сотен верноподданных валузийского трона Ридо мог заплатить только собственной головой.

Интересно, сколько судов отрядит барон в погоню? Собственно, его флагман способен без труда принять на борт всех спасенных, но… Ридо настолько труслив, что никогда не согласится оставить свою драгоценную персону без охраны, даже если ему ничто не угрожает.

«Миральда» вышла в открытое море и теперь спешно ставила паруса. «Силья» шла вперед, часто меняя направление, хотя ветер был попутным: очевидно, опасалась в одиночку приближаться к «Богине Морей». Наконец «Миральда» поймала ветер, и обе галеры двинулись на север. Теперь преследователей от беглецов отделяло около трех десятков корпусов. Если они не станут сокращать это расстояние, то Кулл ничего не имеет против такой компании.

— Быть может, забрать чуть-чуть к западу? — задумчиво произнес Шарга. — Им наверняка приказано держаться у нас на хвосте. Уведем их в открытое море, а ночью сбежим! — Дууржадец вопросительно посмотрел на капитана.

— Нет, — ответил тот. — Мы рискуем утром оказаться меж двух огней, если Ридо сообразит пойти вдоль берега и за ночь сумеет обогнать «Богиню Морей». Нет уж, давай-ка вернемся на Дуур-Жад, а там посмотрим, что делать дальше.

— А что мы забыли на Дуур-Жаде? — пожал плечами шкипер. — Нам ведь нужна Лио!

— Верно, — кивнул атлант, — и все-таки мы должны побывать дома.

— Но ведь ее нет там!

— Верно, — снова согласился Кулл, ничего не объясняя. — Кстати, а где она?

— Думаю, на «Лемурие».

— Я тоже так думаю. Но что, если она осталась на острове барона?

— Может, и так, — не стал спорить Шарга.

— Совсем недавно мы побывали там, — с усмешкой заметил Кулл. — Вспомни-ка, чем это кончилось! Что же нам делать теперь?

— Что ты задумал? — спросил Шарга, но капитан молчал, и шкипер недовольно поджал губы.

Он не понимал, что затевает атлант, а потому и возразить ничего не мог. Быть может, он тоже растерялся и не желает признаваться в этом? Шарга посмотрел на задумчивое лицо Кулла и вдруг поймал себя на мысли, что не удивится, если узнает, что тот просто не хочет об этом говорить. Более того, похоже, капитан знает, что делать, но еще не продумал все до конца.

— Мне надо просто подумать, — заявил Кулл. — К тому же, прежде чем идти к острову, не мешает и остальным рассказать о нем… Хотя бы ради того, чтобы знали, где нас искать.

— Ты не собираешься попросить помощи у Харма?

— Проклятье! Нет! — огрызнулся Кулл и сплюнул в сторону болтавшихся за кормой «Миральды» и «Сильи».

Все-таки барон оказался еще трусливее, чем он думал: оставил при «Лемурие» два галеона, отправив в погоню меньше половины эскадры.

— Но почему?! — недоумевал шкипер. — Он не откажет, да и другие капитаны тоже. Все понимают, что, если Ридо удастся всерьез зацепить нас, ему это развлечение может понравиться, и он начнет охоту за остальными.

Шарга привел, на его взгляд, очень серьезные доводы, но, к его разочарованию, Кулл и теперь отрицательно покачал головой.

— Потому что это наше с ним дело! — Атлант ткнул себя пальцем в грудь с такой яростью, словно хотел продырявить ее. — Он хочет отомстить за подаренную ему жизнь и, надо признать, изрядно поумнел в последнее время. Но он действует с позиции силы, а сила — это еще далеко не все!

— Ты что-то задумал?

— Да, — подтвердил догадку Шарги Кулл, — но говорить об этом пока рано. Я должен все хорошенько взвесить. — Он с улыбкой посмотрел на расстроенное лицо верного шкипера: — Мне ведь тоже вовсе не хочется помирать, доказывая барону,, что я умнее!

— Хвала богам, — ухмыльнулся Шарга. — Я уж подумал, что тебя оса в зад укусила.

— Укусила, — серьезно ответил атлант, — но ведь укус ее не смертелен.

— Зато болезнен.

— Ты прав, — согласился Кулл, — и потому я намерен вырвать у нее жало.

Гребцы опустили весла в воду, и «Лемурия» двинулась к выходу из гавани вдогонку за двумя ушедшими вперед галерами. Ридо стоял на носу флагмана, задумчиво глядя перед собой.

Кулл вырвался, барон потерял совершенно новое судно, и потому его грызла смертельная тоска. Он тупо смотрел на воду, и мысли его, беспорядочные и недолговечные, проносились, не оставляя в сознании и следа.

Каус, в отличие от отца, думал совсем об ином. В его смелых фантазиях неизменно находилось место для Лио. Он помнил слова прекрасной грондарки о том, что их разговор может быть продолжен лишь после смерти Кулла. Он не знал, была ли девушка искренней или просто старалась выиграть время, но в одном ничуть не сомневался: пока она лично не удостоверится в гибели атланта, никакие слова, что с Куллом покончено, не помогут.