Клинки Лемурии - Морис Делез

— В таких, как эта, никогда! — возразил Шарга.

Капитан стиснул зубы. Похоже, дууржадец вот-вот может сорваться. Такое случается и со смелыми людьми. Это вовсе не малодушие, просто смерть прошла настолько близко, что шкипера ожгло ее дыхание. Что творится в душе Шарги, понятно, только вот очень уж это не вовремя.

— А что, собственно, произошло? — спросил Кулл совершенно спокойно. — Ну побегали то за бароном, то от него, повеселились немного, починили корабль, потом слегка испугались… — Его взгляд стал насмешливым, и лишь где-то в самой глубине глаз не угасало настороженное внимание, — Прах и пепел! Даже не подрались! К тому же все это теперь в прошлом!

— Это меня успокаивает, — ответил шкипер, и Кулл с облегчением подумал, что либо ошибся, либо дууржадец уже взял себя в руки.

Хвала богам, Шарга не новичок в таких делах!

— А-а! Брось! — Кулл припал к бурдюку и, напившись, передал его шкиперу. — Зато мы сделали что хотели. «Богиня Морей» в полном порядке, и мы можем спокойно поразмыслить над тем, как быть дальше.

— Что ж, быть может, ты и прав, — согласился Шарга, принимая из рук Кулла изрядно похудевший бурдюк. — Только одно хочу сказать: всему, что с нами случилось, я бы предпочел хорошую потасовку.

Из трюма выбрался Харг и остановился рядом с говорившими.

— Все в порядке, капитан, — сообщил он, принимая из рук шкипера совсем уж вялый бурдюк. — Киль цел, — сказал он, сделав пару хороших глотков, — таран даже не помяло, обшивка не пострадала. Только в одном месте на левом борту ободрало цепью краску.

— Ну? — Кулл обернулся к шкиперу. — Что я тебе говорил?

Атлант весело посмотрел на друга, но тот лишь сокрушенно качал головой, словно плотник только что известил их о скорой и неизбежной ее кончине. Глядя на него, атлант рассмеялся:

— Не понимаю, чем ты не доволен?

— Да доволен я, доволен! — проворчал Шарга.

— Ну так в чем же дело?!

— Не понимаю я, как все это произошло! Не понимаю, якорь мне в глотку, и все! — Он с вызовом посмотрел на Кулла. — «Богиня Морей» цела, и это здорово! Поверь, я радуюсь вместе с тобой! Но почему она цела?! Кто мне может ответить?! Да галера должна была развалиться на тысячу маленьких разбитых шлюпок! И пусть меня акула сожрет, если я не прав!

Он умолк и вопросительно взглянул на Харта. Повисла тишина, и некоторое время только ритмичный бой барабана да плеск волн за бортом нарушали ее.

— Все верно, — ответил плотник, — я и сам ничего не понимаю. Конечно, «Богиня Морей» построена на совесть, у нее невероятно прочный киль, специально рассчитанный на мощные таранные удары, но все-таки не на такие. — И он вновь припал к бурдюку.

— Послушай, Кулл, — заговорил дууржадец, едва Харт умолк, — быть может, ты не все нам рассказал? — Он вопросительно посмотрел на капитана. — Если так, то скажи сейчас, ведь все уже позади!

— Что ты хочешь услышать? — удивился атлант.

— Быть может, маленькая Суали тайком шепнула тебе что-то, чего мы не знаем? — выпалил Шарга. — Но тогда это жестоко по отношению к нам. Думаю, не один я мысленно распрощался с жизнью, когда мы помчались вниз по молочной реке!

— Да нет же! Нет! — Кулл наконец понял. — Проклятье! Я не способен на столь дурные шутки.

— Верю, — мгновенно согласился дууржадец. — Но почему ты не попытался удержаться в озере? Ведь это была наша последняя надежда!

— В том-то и дело, — спокойно объяснил атлант, — что не было ее у нас. — Шарга недоверчиво покачал головой, но капитан жестом остановил его. — Вспомни лучше, как все происходило. Мы табанили, но галеру все равно несло к спуску!

— Неважно! — отмахнулся шкипер. — Ребята нажали бы еще, если надо.

— Нажали бы… — Кулл поморщился, потом криво усмехнулся. — Жить-то всем хочется… Но надолго их все равно не хватило бы! И ты забываешь о «Борхее». Он в любое мгновение мог врезаться в нас, или мы напоролись бы на одну из подводных скал, а это конец! Но даже если бы все обошлось, что б мы делали дальше? Как прорваться через заслон Ридо? И тут я понял, что этот убийственный поток и есть наш единственный путь к спасению!

— Но цепь! — воскликнул Шарга.

— Верно, была еще цепь, — кивнул атлант, — но цепи я тогда не видел. Только галеры, одна из которых перегородила корпусом выход! И тогда я подумал, что, если нам удастся привлечь к себе внимание ее капитана огненными стрелами и если ему жизнь дороже денег, он уйдет с дороги! Правда, оставалась опасность, что они перетрусят слишком сильно и попрыгают за борт…

Шарга обалдело покачал головой. Харт предпочитал не вмешиваться в разговор.

— И ты успел обо всем этом подумать?

— Успел.

— А когда увидел цепь, понял, что нам конец? — Шкипер вопросительно посмотрел на капитана.

Атлант нехотя кивнул.

— Верно, — подтвердил он, — в первый миг так оно и было… Самым страшным для меня оказалось то, что изменить ничего уже нельзя, но я тут же спросил себя: а действительно ли нельзя?

— Ну и?

— Мне пришло в голову, что несмотря на внушительные размеры деревья, растущие в таком месте, не могут быть здоровыми. Наверняка сердцевина изъедена гнилью, а корням не за что как следует держаться. Если ударить посильнее, то, быть может, еще не все потеряно! Так оно и вышло.

Шарга недоверчиво смотрел на своего капитана: все, что тот рассказывал, слишком уж походило на сказку, на бред, который попросту не может воплотиться наяву! Не мог человек, который столько раз сознательно сворачивал на путь, прямиком ведущий к смерти, не погибнуть. С такой байкой в любой портовой таверне рассказчика подняли бы на смех… Но ведь они живы! И от этого никуда не деться… Равно как и от того, что все происходило именно так, как рассказал Кулл. Шарга подумал вдруг, что просто растерялся. Он не верил в слова капитана, хотя и знал, что тот не солгал, потому что сам видел, как все было. Более того — исполнял сумасшедшие приказы! И именно поэтому они живы сейчас!…

— Да очнись ты! — Кулл с усмешкой хлопнул Шаргу по плечу. — Признаться, я и сам не ожидал, что самая обыкновенная, хоть и не слишком простая починка выльется в такое…

Атлант немного помолчал и вдруг расхохотался. Шарга вздрогнул и сначала посмотрел на него с недоверием, потом с пониманием: он был уверен, что человек не может пройти через такое и не повредиться умом. Он и сам чувствовал, что какое-то время стоял на грани срыва, и теперь, когда все прошло, не мог избавиться от этого неприятного ощущения… Ощущения подкрадывающегося на мягких лапах безумия. Шкипер перевел взгляд на Харта. Лицо плотника ничего не выражало, он внимательно смотрел на капитана. Кулл наконец успокоился. Он глубоко вздохнул и обвел встревоженные лица друзей веселым взглядом.