Экстренный случай - Майкл Крайтон

Мне стало совсем невмоготу. Хоть бы эти письма прекратились, хоть бы окна вновь заблестели чистенькими стеклами, хоть бы раны зажили и все вернулось на круги своя. Господи, как же я мечтал об этом!

И в надежде осуществить мечту я позвонил Джорджу Уилсону.

– Я ждал вашего звонка, – сказал он.

– Не желаете ли прокатиться?

– Куда?

– К Рэнделлу.

– Зачем?

– Чтобы окоротить собачью сворку.

– Встретимся через двадцать минут, – сказал Уилсон и положил трубку.

***

По пути к Южному берегу и дому Рэнделлов Уилсон спросил меня:

– Что заставило вас передумать?

– Многое.

– Дети?

– Многое, – повторил я.

Какое-то время мы ехали молча. Наконец Уилсон сказал:

– Вы понимаете, на что идете? Вы берете за горло миссис Рэнделл и Питера.

– Ничего страшного.

– Я думал, он ваш приятель.

– Просто я устал.

– А мне казалось, что врачи никогда не устают.

– Да отстаньте вы от меня.

Было уже почти девять часов, небо почернело.

– Когда приедем, говорить буду я, согласны? – предложил Уилсон.

– Хорошо, – ответил я.

– Если начнем петь дуэтом, из этого не выйдет ничего путного.

– Что ж, ловите момент, – сказал я.

Уилсон улыбнулся.

– Похоже, я вам не очень по душе.

– Да, не очень.

– Но я вам нужен.

– Что верно, то верно.

– Значит, мы понимаем друг друга.

– Значит, говорить будете вы, – буркнул я.

Я толком не помнил расположение дома и замедлил ход. Наконец я увидел жилище Рэнделлов и уже собирался свернуть на подъездную дорожку, но мне пришлось остановиться, потому что перед домом стояли две машины – серебристый «Порше» Джей Ди Рэнделла и серый «Мерседес».

– Что такое? – спросил Уилсон.

Я погасил фары и дал задний ход.

– В чем дело? – всполошился адвокат.

– Пока не знаю, – ответил я.

– Мы поедем туда или нет?

– Нет. – Я остановил машину у противоположного тротуара, за кустами. Отсюда были видны и дом, и дорожка, и оба автомобиля.

– Почему?

– Потому что перед домом стоит «Мерседес».

– И что с того?

– На «Мерседесе» ездит Питер Рэнделл.

– Тем лучше, поговорим со всеми сразу.

– Не в этом дело, – ответил я. – Питер сказал мне, что его машину угнали.

– Вот как? Когда?

– Вчера.

Что-то не давало мне покоя. Какая-то мысль свербила в голове. Потом я вспомнил машину, которую видел в гараже, когда приезжал к миссис Рэнделл.

Я распахнул дверцу.

– Пошли.

– Куда? – спросил Уилсон.

– Хочу рассмотреть эту машину.

Мы вылезли и очутились в холодной промозглой тьме. Шагая по дорожке, я сунул руку в карман и нащупал маленький фонарик, который носил с собой с тех пор, когда был стажером. Как хорошо, что я не изменил этой привычке.

– Вы сознаете, что это нарушение границ частных владений?

– Сознаю.

Мы ступили с хрусткого щебня на мягкую траву и двинулись вверх по склону холма к дому. На первом этаже светились окна, но шторы были задернуты, и мы не видели, что творится внутри.

Вновь выйдя на гравий, мы приблизились к машинам. Мне казалось, что звук наших шагов разносится далеко вокруг. Я включил фонарик и осветил «Мерседес». Салон машины был пуст.

Внезапно я замер. Водительское сиденье насквозь пропиталось кровью.

– Так-так, – проговорил Уилсон.

Я хотел что-то сказать, но в этот миг до нас донеслись голоса и скрип открываемой двери. Отбежав на лужайку, мы юркнули за пышный куст у дорожки.

Из дома вышел сам Джей Ди Рэнделл. Его сопровождал Питер. Братья вполголоса о чем-то спорили. Я услышал слова Питера: «Нелепость, да и только», на что Джей Ди ответил: «Осторожность не помешает». Больше ничего разобрать не удалось. Рэнделлы спустились с крыльца и подошли к машинам, Питер сел в «Мерседес» и запустил мотор. «Езжай за мной», – велел ему Джей Ди, и Питер кивнул. Затем Джей Ди забрался в серебристый «Порше» и покатил по дорожке прочь от дома.

Выехав из ворот, они свернули на юг.

– Пошли, – сказал я.

Мы рысцой домчались до моей машины. Братья были уже далеко, мы едва слышали шум моторов, но видели красные габаритные огни. Рэнделлы ехали вдоль побережья.

Я запустил мотор и помчался за ними.

Уилсон сунул руку в карман и принялся шарить там.

– Вы чего это? – удивился я. Негр протянул мне маленький серебристый цилиндрик.

– «Минокс».

– Вы всегда носите с собой фотоаппарат?

– Всегда, – ответил он.

Я держался на почтительном расстоянии, чтобы братья не заподозрили неладное. Питер чуть ли не подталкивал «Порше» Джей Ди передком своего «Мерседеса». Через пять минут обе машины достигли развязки автострады и двинулись на северо-восток. Я последовал за ними.

– Ничего не понимаю, – признался Уилсон. – То вы защищаете этого парня, то гоняетесь за ним, будто охотничья собака.

– Я просто хочу выяснить, что он задумал.

Через полчаса, у Маршфилда, дорога сделалась уже, всего две полосы вместо трех. Машин почти не было, и я счел за благо держаться подальше от братьев.

– Может, они не замышляют ничего плохого, – сказал Уилсон. – Может, это…

– Нет, не может, – отрезал я. – На выходные Питер одалживал свою машину Карен. Мне сказал об этом Уильям, ее брат. После того как Карен взяла машину, на сиденье появилась кровь. Затем машина стояла в гараже Рэнделлов, а Питер заявил в полицию об угоне. И вот…

– И вот они решили избавиться от нее, – закончил за меня Уилсон.

– Похоже на то.

– Черт возьми! Ну, теперь он попался! Рэнделлы опять свернули на юг, проехали Плимут и покатили к мысу. В холодном воздухе стоял терпкий запах морской соли. На шоссе не было ни одной машины.

– Вы правильно делаете, – сказал Уилсон, глядя на красные огоньки впереди. – Не надо к ним приближаться.

На пустынном шоссе Рэнделлы наддали ходу и теперь ехали очень резво, почти восемьдесят миль в час. Мы миновали Плимут и Хайэннис и направились в сторону Провинстауна. Вдруг загорелись стоп-сигналы, и обе машины, свернув с шоссе, покатили к морю.

Я поехал за ними. Асфальт сменился проселком, справа и слева высились сухие сосны. Я погасил фары и включил подфарники. С океана дул студеный порывистый ветер.

– Ну и глухомань, – буркнул Уилсон.

Я кивнул.

Вскоре мы услышали шум прибоя. Я съехал с дороги, остановил машину, и мы зашагали к океану, где над тридцатиметровым песчаным обрывом бок о бок стояли «Порше» и «Мерседес».

Я знал это место. Восточный край мыса. Машины братьев почти нависали над водой. Джей Ди вылез из «Порше» и что-то говорил Питеру. После нескольких минут довольно ожесточенных препирательств Питер снова сел за руль и подогнал «Мерседес» к самому краю обрыва, передние колеса были в нескольких дюймах от пропасти. Потом он опять вылез из машины и вернулся к Джей Ди, который открыл багажник «Порше» и вытащил из него канистру бензина. Вдвоем братья вылили ее содержимое в салон «Мерседеса».

Я услышал тихий щелчок. Уилсон делал снимки.

– Тут слишком темно, – заметил я.

– У меня «трикс», две тысячи четыреста единиц. Если правильно проявить, все будет в порядке. Я знаю одну хорошую фотолабораторию.

Джей Ди тем временем спрятал канистру в багажник, запустил мотор и развернул машину носом к дороге.

– Готовятся дать деру, – сказал Уилсон. – Все просто прекрасно.

Окликнув Питера, Джей Ди вылез из «Порше», подошел к брату, и я увидел, как вспыхнула спичка. Мгновение спустя салон «Мерседеса» охватило пламя.

Братья бросились к багажнику машины и навалились на него всем своим весом. «Мерседес» пополз вперед, потом покатился быстрее и, наконец, устремился вниз по песчаному откосу. Питер и Джей Ди замерли, глядя ему вслед. Достигнув подножия обрыва, машина, должно быть, взорвалась: мы услышали громкий хлопок и увидели красную вспышку.

Братья бросились к «Порше» и быстро покатили прочь, проехав мимо нас.

– Скорее! – вскричал Уилсон и опрометью припустил к обрыву. Внизу, у самой кромки воды, пылал искореженный остов «Мерседеса».

Уилсон сделал еще несколько снимков, спрятал фотоаппарат в карман и с широкой улыбкой повернулся ко мне.

– Мой мальчик, – объявил он, – считайте, что дело мы выиграли.

9

Я свернул с шоссе у съезда на Когассет.

– Эй, куда это вы? – спросил Уилсон.

– К Рэнделлу.

– Сейчас?

– Да.

– Вы с ума сошли? После всего, что мы видели?

– Я потащился сюда, чтобы снять с крючка Арта Ли, – сказал я. – И твердо намерен сделать это.

– Но не теперь же! – воскликнул адвокат. – Не после всего случившегося! – Он похлопал по фотоаппарату. – Теперь можно смело идти в суд. У нас есть просто железное дело. Беспроигрышное дело. Наши позиции неуязвимы.

Я покачал головой.

– Да послушайте же, – принялся увещевать меня Уилсон. – Можно сбить с толку свидетеля. Доказать, что он не заслуживает доверия. Но с фотографией такой номер не пройдет. Можете считать, что мы схватили их за яйца.