Мы Бреннаны - Трейси Лендж

рассказала им о случившемся? Он даже представить не мог, как трудно рассказать про такое… ведь она решилась на это по прошествии целых шести лет. Он смотрел, как его сестра, маленькая, одинокая, сидит и делится самыми болезненными переживаниями – и при этом сохраняет хладнокровие. Денни не понимал, как она остается такой спокойной, а ему хотелось зажать ладонями уши и велеть ей замолчать. Денни крепче сжимал кулаки, заставляя себя слушать жуткие подробности, потому что он понимал: ей так же нужно выговориться, как и им нужно услышать это. Но ведь она могла бы рассказать об этом давным-давно. Избавить их всех, в особенности саму себя, от такой боли.

Машина слева попыталась обойти Денни на пути к съезду. Водитель наклонился вперед, дружески махнул рукой, полагая, что Денни его пропустит. А он не пропустил. Тоже мне, засранец! Денни дал по газам, подтянулся и пошел бок о бок с соседней машиной. Водитель недоуменно сигналил, но Денни не обращал на гудки никакого внимания. Когда водитель нажал на клаксон и опять ускорился, Денни попытался удержаться вровень, но другой водитель притер его, выдавливая к обочине. Денни пришлось ударить по тормозам, чтобы не врезаться в ограждение.

– Мудак! – В голове и в душе Денни кипела слепая ярость. Ухватившись за руль, он рванул его, будто пытался вырвать. Он гортанно рычал, не узнавая собственного голоса. Денни ударил кулаком по панели, потом ударил в крышу «Джипа». Он бесился и никак не мог успокоиться, пока не врезался кулаком в лампочку освещения в салоне и не разбил ее вместе с колпачком. Денни откинулся на подголовник сиденья.

Что теперь делать?! Он знал, что ему хочется сделать. Отыскать Уэлша – и пусть этот гад поплатится. Но Санди умоляла его не делать никаких глупостей… «Думай о Терезе и Молли».

Тереза и Молли.

Измотанный, Денни выпрямился и огляделся, прежде чем вывел машину на полосу съезда. Он развернулся и поехал обратно, на юг. Денни понял, куда ему надо ехать, и это был вовсе не Катон.

* * *

Когда он постучал, дверь открыла Анджи, одетая в длинный халат.

– Молли спит, Денни, – сказала она, поджав губы и неодобрительно глядя на него.

– Мне нужно поговорить с женой.

Анжи вскинула брови.

– Тогда другое дело. Жди здесь. – И она закрыла дверь перед его носом.

Когда дверь открылась снова, на пороге стояла Тереза: в пижамных шортах, губы сжаты, рука упирается в бок. Денни застонал и почувствовал прилив нежности, он был поражен ее красотой и сильно по ней соскучился. Выражение решительности на лице Терезы сменилось на озабоченность.

– Что стряслось?

Он не знал, с чего начать.

Тереза взяла его за руку и потянула в дом. Когда же она раскрыла ему объятия, он с радостью на них ответил.

* * *

Когда он сказал, что ему нужно увидеть Молли – просто взглянуть на нее, – Тереза не стала возражать. Она повела его наверх, открыла дверь в спальню, которую делила с дочерью, и шагнула в сторону, давая ему войти.

Молли лежала на половине огромной кровати, вскинув ручонки к голове. Лобик возле линии роста волос взмок. Как и ее отцу, Молли было жарко во время сна. Она отключалась напрочь, засыпала так крепко, как способны спать лишь дети. Денни смотрел, как мерно опускается и поднимается грудь его малышки, вслушивался в ее ровное дыхание, и страх кольнул его с такой силой, что он чуть было не упал на колени. В мире хватает зла. Как ему защитить от него Молли? Как уберечь ее от того страха и той боли, какие пережила Санди? Ему захотелось взять дочь и баюкать ее, но если она проснется и увидит отца таким взъерошенным и встревоженным, то испугается. А потому, нежно поцеловав Молли в лобик, он вышел, тихонько закрыв за собой дверь.

Тереза повела его вниз, к дивану, стоявшему в мягко освещенной общей комнате, и села рядом. Может, это Санди сегодня вечером подала ему пример честности, и Денни решил быть таким же откровенным с Терезой. Сохраняя спокойствие, держа ее за руку, он рассказал ей все. Безо всяких оправданий или ложных уверений, безо всяких прикрас.

Несколько раз его пробирала мелкая дрожь, когда он объяснял, откуда пошли финансовые трудности, но Денни был уверен: Тереза будет слушать внимательно. Она перебивала, спокойно спрашивая: «Как тебе удалось получить закладную без ведома твоего отца? Сколько мы должны по кредиткам?» Денни любил Терезу за то, что она употребляла слово «мы», за то, что говорила ровным голосом, словно собирала сведения для того, чтобы помочь преодолеть трудности. По тому, как скользил, не останавливаясь ни на чем, ее взгляд, он понимал, что мозг жены напряженно работает, решая, как им выбраться из этой пропасти.

– Окей, – произнесла Тереза. – Мы просто начинаем урезать расходы и переходим на строгий бюджет. Я возьму дополнительные дежурства и сверхурочные, откажусь от абонемента в фитнес-клуб. Если надо будет, продадим одну машину. Ее глаза смотрели ему в глаза, ее руки держали его руки, Тереза словно старалась поделиться с ним надеждой. Денни было мучительно стыдно, что он позволял себе подумать, будто она отступится от него. Он не помнил, когда утратил веру в собственную жену.

На миг он подумал, что для нее достаточно новостей и самое худшее ему надо оставить при себе. Тереза была с ним, сидела рядом. Может, ему удастся оградить ее от остального. Но ведь сам он испытал облегчение, услышав правду от Санди. Истина, пусть и болезненная, была лучше неведения.

– Тереза, есть еще кое-что.

И лишь когда он упомянул про наличную ссуду под залог паба Бреннанов, на лице Терезы появился страх. Даже тогда она оставалась собранной, но он видел, как напряжены ее плечи, этот страх выдавали ее руки.

– Этот парень будет работать с тобой? Он даст тебе сколько-то времени?

И Денни рассказал ей про Уэлша и про то, что он совершил с Санди.

Тереза долго сидела, прижав ко рту ладонь.

– О, боже мой. Бедная Санди. – Она широко раскрыла влажные от слез глаза. – Только теперь все происходящее обрело смысл.

– Что именно?

– То, почему она уехала. Что еще было бы способно отнять ее у вас? У Кейла?

– Но она могла бы рассказать нам. Мы бы помогли ей справиться с этим.

– Денни, ты хоть представляешь, что это было для нее? Каким позором и унижением она мучилась?

Вечером Санди говорила о своих глупых ошибках: она пошла в бар, слишком много выпила, пыталась любезничать с этим