Мутаген - Михаил Михайлов

То, что в руках преследователей всего лишь «СВД», меня порадовало. Могли и «кувалдометр» притащить. Вот от него, работающего по принципу плевков «жаба», но еще и усиленных, уже не спрячешься за стенами или отвалами земли. Тяжелые заряды этого оружия насквозь шили и прочную броню, и бетон стен.

– Штырь, давай понемногу двигайся к нам, – крикнул я. – Всем открыть огонь в сторону трассеров.

Немного прикинув, я почти со стопроцентной уверенностью высчитал то место, с которого по нам стреляли. Это была высокая металлическая конструкция, ранее служившая линией высоковольтных проводов. После появления Мутагена на ней, как и на любом высоком металлическом объекте, образовались «рыжие мочалки». Штука довольно безобидная, если только не трогать ее руками. Вот тогда любопытствующей личности сразу станет очень даже хреново. Мутант мигом вцепится в плоть или металл, разъедая все не хуже серной кислоты. Металл… черт с ним, не так страшно. Зато если эта кислотная пакость попадала в кровь, то пиши пропало. Она ко всему прочему вызывала заражение, распространяющееся по телу человека со страшной скоростью. Помочь могло только немедленное хирургическое вмешательство или ампутация конечности, если пострадала именно эта часть тела.

Вот и на этой высоченной махине образовались «мочалки», только нисколько не уничтожив ее. Увешанная ими конструкция напоминала новогоднюю елку, украшенную своеобразным «дождиком». Скорее всего именно на этой хреновине и засел снайпер, обстреливающий нас. Вот же, суки, не побоялись рискнуть и расположиться по соседству с крайне недружелюбной тварью. Впрочем, если «мочалку» не трогать, она и не нападет, не раз было отмечено опытными искателями.

Поменяв рожок с патронами на тот, где были густо вставлены трассеры, я дал пару очередей в сторону предполагаемого укрытия противника. Секунду спустя к моему автомату присоединились еще четыре. По окрестностям пошел стрекот очередей, сообщающий всем окружающим о нашем присутствии. Я невольно поморщился, но ничего иного сделать в этой ситуации, кроме как обстрелять снайпера, было нельзя.

Немного приближенная прицелом стальная вышка стала просматриваться более отчетливо. Вот только не думаю, что наши выстрелы смогут повредить засевшему там. Расстояние от нас до нее было больше километра, а на таком расстоянии автоматы моих спутников не могли с гарантией поразить цель. То есть пули, конечно, летели на такое расстояние, но вот рассеяние давало о себе знать. Единственная польза была только от моего модернизированного биокомпонентами «кокшарова», поэтому через минуту я дал приказ прекратить огонь. Следовало поберечь боеприпасы.

Сам я продолжал стрелять короткими очередями в сторону вышки, прикрывая Штыря, который понемногу приближался к основной группе. Приблизившись к научнику, он на несколько секунд задержался возле него и покачал головою, сообщая, что с тем все кончено.

М-да, жаль парня, а я так и не узнал его имени. И похоронить не получится – сейчас самим бы унести ноги. Плохо. Можно не сомневаться, максимум через пару часов его тело сожрут мутанты, привлеченные стрельбой. Хорошо хоть снайпер скрылся, понимая, что его вот-вот достанут. Он же не самоубийца, чтобы сидеть там, как ворона на шесте.

– Черт, – простонал Штырь, как только добрался до меня. – Надо же было так вляпаться. Что дальше делать будем?

Что делать… Извечный вопрос, еще у классиков литературы не раз поднимавшийся и отраженный в прошедших сквозь века произведениях. Идти, как планировал первоначально, не получится – местность на километр практически открытая, это потом начнутся спуски и холмы, среди которых можно легко затеряться. Вот только на ровной поверхности нас перещелкают одного за другим.

Остается идти тем путем, от которого я вначале отказался. Гадство, сплошное гадство.

– Пойдем через «тоннели кукольников», – сообщил я искателю. Тот только обреченно вздохнул, но промолчал, понимая мою правоту. Задержались мы только на пять минут, пока перевязывали Штыря, после этого скорым шагом тронулись в путь. Охранники несли моего помощника, сам я прокладывал путь, а капитан прикрывал сзади. Меня грызли сомнения в правильности такой диспозиции. С огромным удовольствием я сам бы пошел позади всех, контролируя моих спутников. Никак не покидали мысли, что среди них затесался предатель, который и оставлял знаки для преследователей, сейчас сидящих на хвосте.

Подозрения все крепли, настроение все ухудшалось. А сделать с этим что-то разумное было нереально. В противном случае некому было бы вести отряд среди всех пакостей Мутагена, постепенно увеличивающих свое количество. Понемногу я перешел на медленный бег, чтобы иметь фору перед преследователями. Жаль, что долго в таком темпе двигаться не получится. Раненый изрядно замедлял наше продвижение, а вот наши враги шли без такого отягчающего груза.

– Стоп, – сказал я. – Остаетесь тут и дожидаетесь меня.

– А ты?

– А я попробую сократить количество врагов или хотя бы просто заставить остановиться.

– Умник, – капитан нахмурился, – может, это сделает кто-то из парней? Случись какая неприятность с тобою, и мы останемся без проводников и погибнем.

– За меня не волнуйся. Зазря на рожон не полезу, а бойцам там делать нечего. Они не смогут ничего сделать, так как там волкодавы почище их, к Мутагену привыкшие. Только у меня есть некоторые шансы. А потом, как они найдут обратную дорогу? Ты об этом подумал?

Черский поскреб ладонью, затянутой в перчатку, шлем и махнул рукой, мол, делай как хочешь. Штырь, получивший от девушки дозу транквилизатора и пришедший в себя, поманил меня к себе.

– Что тебе? – грубее, чем следовало, спросил я, но у меня была уважительная причина так поступать. Последние часы находился на взводе и готов был сорваться в любой момент.

– Умник, – не обратил внимания на мой тон напарник, – давай я их доведу до старого коллектора. Пусть я ранен, но указывать путь-то смогу? Дорога опасная, но пройти можно. Это будет безопаснее ожидания здесь – преследователи могут и обойти нас с флангов.

– Ладно, – кивнул я ему, – пусть будет так. Только не спускай глаз со всех этих туристов, среди них пособник хвоста.

Идея, предложенная Штырем, была вполне себе стоящая, заслуживающая воплощения в жизнь. При помощи членов отряда он мог передвигаться и вести народ в укрытие. Медленно, конечно, но лучше так, чем сидеть на месте. Подойдя к безопаснику, я проговорил:

– Планы меняются. Штырь поведет вас к убежищу, где можно пересидеть несколько часов. Как раз к тому времени и я освобожусь.

– Умник, а если Штырь сознание потеряет посередине особо опасного участка с мутантами, кто нас оттуда выведет?

– Не потеряет, – отмахнулся я от слов капитана. – Он сейчас на стимуляторе сидит, так что несколько часов бодрости ему обеспечено. Этого времени хватит для того, чтобы дойти до нужного места.

Отряд ушел вперед, скрывшись среди порослей кустарника. Как раз снова стал накрапывать мелкий дождик, который помогал в обнаружении некоторых тварей. Мелочь, а уже неплохо, полезно для моего нынешнего положения. Мало того, заодно он своей пеленой смазывал очертания фигур, скрывая их от чужого взгляда на большом расстоянии. Выждав минут десять, я тихонько вздохнул про себя и направился в противоположном направлении.

Следовало найти удачное место, где можно устроить засаду для преследователей. Вот только при этом нужно было учитывать и подготовку противника. Не думаю, что они попрутся по нашим следам, но и уходить далеко в сторону тоже не решатся. Так можно и потерять преследуемых, особенно если между нашими тропами окажется участок, перенасыщенный привязанными к месту мутантами. Исходя из этих мыслей, я подыскал очень удобное местечко. Узкая ровная тропа на одном промежутке была зажата между кустов с одной стороны и милым мутантом по прозванию «аркан» – с другой.

Выйдя на этот кусок дороги, я осмотрелся по сторонам и принялся за подготовку сюрприза для «дорогих» гостей. Из двух «лимонок» в разгрузке я выкрутил взрыватели и заменил их на другие, до этого лежавшие в рюкзаке. У новых детонаторов были сточены замедлители, так что воспользоваться сейчас гранатами с этими «УЗРГ» было невозможно. Сам взорвешься немедленно, как только отпустишь предохранительный рычаг. Зато для растяжки они в самый раз. После того как модернизированные запалы были ввернуты в предназначенные для них гнезда, я отошел к кустам и настроил ловушку. Между собою кольца, державшиеся на честном слове, стянул тончайшей леской серо-зеленого цвета. Толщина этой лески была настолько мизерная, что быстрым просмотром места обнаружить не удалось. Оставалось надеяться, что чистильщики не заметят капельки влаги, что стала оседать на тросике.

Замаскировав гранаты и убрав все свои следы (насколько смог), я резво ушел метров на двести в сторону, где и засел на небольшом пригорке. Между собою и дорогой оставил «магнит». Тварь явно успела отожраться, достигнув солидной мощи, приобретя очень высокий уровень опасности для любого неосторожного искателя. Сейчас этот мутант нужен был для того, чтобы противник не добрался до меня в лихой кавалерийской атаке.