Маркиз на Рождество (ЛП) - Вивьен Уэстлейк

— Миссис Лоренс — серьезная женщина, Белла. Вечеринки, театры, опера — вся эта чепуха ее не интересует.

— Еще бы, если безвылазно торчать в деревне! Надо будет пригласить ее в город. Весной, например. Она не наследница, однако хороша сама по себе. Уверена, все наши знакомые джентльмены сочтут ее очаровательной.

Только через его труп. Будь он проклят, если позволит Белле свести Вайолет со своими друзьями. Эти стервятники слетятся на нее быстрее, чем мотыльки на огонь.

— Нет.

— То есть?

— Ни в какой Лондон ты ее звать не станешь. На Рождество — приглашай, если тебе так хочется, но черт подери, только не в город, где ее приберет к рукам какой-нибудь титулованный выродок, занятый поисками деревенской жены или, еще хуже, любовницы.

— Боже, Дэнни, какое активное у тебя воображение. Я всего-то хочу сводить ее в театр и в Воксхолл-Гарденз. И еще, наверное, на пару-тройку научных лекций у меня в салоне.

— А где, по-твоему, собираются все эти нечестивцы?

Тут Фредди не утерпел и захохотал.

— Вечно ты его поощряешь. — Белла наградила супруга щипком. — Встань хоть раз на мою сторону.

— Ты сказал, она обставила тебя в хазард. — Фредди задумчиво кружил пальцем по набалдашнику трости. — Выходит, по натуре она игрок?

К чему он клонит?

— Нет. Она практична, рациональна и любит побеждать. Она не игрок. Она стратег.

— Она знает о твоем увлечении кулачными боями?

— Бога ради, это-то здесь при чем?

Белла с улыбкой похлопала Фредди по руке.

— Значит, знает.

— Она знает, что ты маркиз?

Кит насторожился. Обычно Фредди не встревал в подобные разговоры.

— Пока вы не свалились, как снег на голову — не знала.

Фредди кивнул, но продолжить допрос не успел. Дверь отворилась, и вошла Вайолет — волосы затянуты в тугую прическу, плечи прикрыты прозрачным белым фишю. Она выглядела настоящей, стопроцентной леди. Обольстительная сирена исчезла.

Простит ли она его? Кит попытался перехватить ее взгляд, но она упорно смотрела только на гостей.

За несколько часов Вайолет и Белла быстро сдружились. Изучили вдвоем образцы тканей, оставшиеся на столе, и выбрали для Вайолет красный бархат на платье. Затем Вайолет показала гостям дом и в довершение пообещала Фредди своего лучшего жеребца для завтрашней прогулки, если позволит погода.

К ужину любой бы подумал, что Фредди и Белла — ее старинные друзья, заглянувшие с визитом на праздники.

Кит, тем не менее, хмурился. Он хотел остаться с ней наедине. Хотел, чтобы ее смешили его шутки, а не Фредди и Беллы. Чтобы ее улыбки предназначались ему, а не герцогу с герцогиней, пропади оно пропадом.

Он рассматривал ее через стол. Платье цвета лаванды с разрезом, открывающим кремовую нижнюю юбку из шелка. В ушах покачиваются серьги с бриллиантами и аметистами — такие же ослепительные, как она сама. Завитые волосы заколоты серебряным гребнем. Одно разочарование: недостаточно низкий вырез лифа.

От нее было невозможно отвести взгляд. Вайолет и раньше переодевалась к ужину, но поскольку большую часть времени они проводили в спальне, где он выздоравливал, лежа в постели, то вечерние платья она надевала только в случае, если заходил доктор или какой-нибудь гость. Сегодня она сияла красотой истинной леди. И пусть она не была увешана драгоценностями, как Белла, но могла бы украсить собой лучшие лондонские гостиные и танцевальные залы.

Стоит закрыть глаза, и можно легко представить их двоих в Олмаксе: ее бальная карта полностью заполнена, а он отваживает от нее щеголей и повес.

Белла заговорила, словно прочитав его мысли:

— Вы просто обязаны в новом сезоне приехать к нам в Лондон. Мы сходим к моей модистке и пошьем для вас изумительный гардероб — о! — и еще обе закажем платья, изумрудно-зеленые, тон-в-тон. Потрясающая идея, правда? Все будут принимать нас за двойняшек! И, конечно же, я проведу вас по Бонд-стрит и Пэлл-Мэлл, накупим новых туфель, — тараторила она, сверкая глазами. — Мальчики пусть сидят у себя в клубе, мы же посетим Королевскую академию, обойдем все картинные галереи, непременно сходим в оперу и Воксхолл-Гарденз… И вы должны познакомиться с герцогиней Уилмингтон. Она поводит нас по всем лучшим суаре в городе.

Кит подавил улыбку. Глаза у Вайолет стали круглые, как каштаны. Она в замешательстве мяла салфетку.

Фредди усмехнулся, блеснув белыми зубами.

— Да, она скачет резвее иных скакунов. Иногда это даже удобно, — он подмигнул Киту. — А иногда сидишь и ни словечка не вставить. Но она это не нарочно. Болтливость, по ее утверждению, в природе у всех Близнецов.

— И это чистая правда! — Изабелла снова завладела беседой. — Не всем же быть таким неразговорчивыми, как ты, Фредди. С другой стороны, ты Весы, а Весам свойственна сдержанность и дипломатичность.

Кит мысленно поторопил миссис Норрис. Если горячее не подадут в самое ближайшее время, Белла еще долго будет разглагольствовать о судьбе, созвездиях и прочей белиберде.

— Конопушка, пожуй-ка кусочек хлеба и дай вставить слово другим. Ты не замечаешь, что Вайолет уже похожа на загнанного лисой кролика? — подначил он сестру, зная, что смолчать она не сможет. Белла ненавидела это прозвище. Однажды она чуть не побросала его игрушки в камин за то, что Кит дразнил ее Конопушкой в присутствии ухажера.

— Дэниел Косгроув, если ты назовешь меня так еще раз, клянусь, я возьму ножницы и искромсаю все твои белоснежные рубашки. — Улыбка, которую она изобразила, подошла бы самому дьяволу. Глядя на него в упор, Белла сделала глоток вина.

— Веди себя воспитанно, и мне не придется прибегать к такой тактике.

— «Веди себя воспитанно?» — С громким стуком Белла поставила хрустальный бокал на стол. — Ты — игрок, боксер и бабник — смеешь называть меня невоспитанной? Я сейчас оттаскаю тебя за уши и запру в чулане без ужина.

Кит и Фредди расхохотались. Даже Вайолет улыбнулась, прикрыв рот салфеткой.

— Белла, мне не десять лет.

— А, то есть ты вырос? Появились волосы на груди, баритон, и ты возомнил, что стал взрослым, хотя продолжаешь вести себя, как ребенок?

Фредди потер руку жены между своими ладонями.

— Дорогая, он просто дразнит тебя. Ты же его знаешь. Он дурачится. Не иди у него на поводу, показывая свою обиду.

Белла вздохнула.

— Простите, Вайолет. Спорам не место за столом. Но, видите ли, досаждать мне — это любимое развлечение Кита. Вы не представляете, сколько сил я потратила, пытаясь сделать из него джентльмена. Увы, он маркиз только по рождению, но не по поведению.