«Волково поле» - Александр Евгеньевич Чигаев

ты можешь получить и удовольствие, от любовных утех, если ты сама этого захочешь. Таким мужчинам надо сделать то, что не делает ему жена, и он будет на седьмом небе от счастья и озолотит тебя, если захочет и сможет это сделать. Все эти приемы я тебе покажу и подробно расскажу о них. Я могу сделать так, что, абсолютно не двигаясь, доведу мужчину до полного блаженства. Есть специальные упражнения. После долгих тренировок ты сумеешь это сделать. Мужчина будет без ума от твоих ласок. Есть и третий тип мужчин, которых ой как не просто возбудить. Он очень хочет иметь контакт с женщиной, но у него мало что получается, и тут есть свой рецепт. Бывает такого мужчину, и стегать плеткой надо, бывает, и унизить или дать пощечину, тут нужен большой опыт и знания природы мужской. Все это ты будешь познавать с моей помощью, пока сама не начнешь читать в глазах мужчин. Что касается твоих чувств. Если мужчина тебя ласкает, и ты стала влажной, то ты готова к любви и получишь наслаждение. Когда ты суха, то тебе и больно и неприятно, ничего хорошего из этого не выйдет. Все остальное тебе подскажет природа. Есть и другие типы мужчин, ты все узнаешь сама. Потом она мне часто показывала, как нужно тренироваться и я это делала ежедневно, на протяжении года. Танцами мы занимались с мамой постоянно. Репетиции и выступления. Нам надо было зарабатывать себе на жизнь. Каждый зарабатывает, как умеет. Другой жизни я не знала. Мама прекрасно танцевала и я ее достойная ученица. А мужчин у меня было мало. Рассказ будет еще короче. Потом у меня было еще двое. Мне они нравились, нравилась и я им. Один и жениться хотел, сын мельника, но мне этого не было нужно. Я не собиралась оставаться жить на мельнице. Мне было приятно с ними заниматься любовью, но не более того. Как-то у нас были не лучшие дни. Мама простудилась, а надо было платить за кров и еду. Вот я дважды и отдавалась за деньги. Я сделала все превосходно, и этих денег нам хватило надолго, пока мать не выздоровела, и мы вместе начали танцевать. Я себя не осуждаю за это. Такова жизнь. Я продавала не свою любовь, а свою оболочку. Наступили хорошие дни, и мы много зарабатывали денег. Нас везде приглашали танцевать, чаще всего, это были очень богатые дома. На мужчин у меня, просто не было времени. Но всему хорошему приходит конец. Похитили маму, ее долго насиловали, потом, видимо, хотели приняться и за меня. Мне сообщили, где я могу найти свою мать и я должна была одна прийти за ней. Я бы так и сделала, но тут появился Кошта. Дальше ты знаешь, что произошло. Он всех бандитов убил и забрал нас в Испанию. Он тебе не все рассказал. Он не хотел, что бы ты знал, как насиловали его Нейри, а мать мою он сильно любил. После того как Кошта бесследно исчез, мы прожили тихо и скромно без него. Я танцевала, мама работала по хозяйству. Просто, ждали и надеялись, что Кошта появится. Потом нам сообщили, что он на каторге. Значит, жив и мы его ждали. Мама заболела лихорадкой, тогда и появился снова Кошта. Как ты знаешь, мы маму похоронили. Если бы Кошта захотел спать со мной или жениться, я бы ему не отказала в этом и была бы ему верной спутницей. Но он не тронул меня. Мы спали с ним под одним покрывалом, он обнимал и грел меня. Потом, в моей жизни появился ты. Вот и все мои мужчины. Я не все наставления матери тебе рассказала. Я это сделала специально. Я тебя еще не любила, но ты был мне желанен, я хотела тебя. Да, за спасения Кошта я тебя отблагодарила любовью, но эта любовь была одинока, только для тебя. Но я почувствовала, что с каждым твоим прикосновением, я моментально становлюсь влажной, и по моему телу начинают бегать мурашки. Я еще не испытала того верхнего чувства наслаждения, что испытывает женщина при близости с мужчиной, но оно было где-то рядом. Я пыталась достичь высоты, но пока была еще в пути. В пути в прямом и переносном смысле. Мы ехали в Россию Мы занимались постоянно с тобой любовью, и я все время выполняла наставления матери, о котором я тебе не говорила. Сделай так дочка, что бы твой мужчина взлетел на небеса от счастья, если это твой мужчина, то он обязательно все тебе вернет, и ты будешь самая счастливая женщина в мире в это время. Вот я и отдавалась тебе с огромной радостью и силой. Мы приехали в Россию. Ты помнишь, как я закричала впервые. Сначала это был стон, а потом у меня появился крик. Но это кричала не я, это кричала от счастья моя душа. Я пришла на вершину. И с этого дня я оттуда не спускалась. Тебе стоит, только войти в меня и все, у меня начинается оргазм один за другим и он бывает столь длительным, что порой я не понимаю, на каком свете я нахожусь. Когда ты двумя руками берешь мою грудь и сдавливаешь мне соски, я прихожу в полное неистовство. Теперь не я тебе приношу наслаждение, а ты все это делаешь. Я без ума от твоих ласок. Я твоя женщина и у меня больше в моей жизни другого мужчины не будет. Я не собираюсь тебе в этом клясться, это ни к чему. Ты мой первый и единственный мужчина. Ты моя жизнь. И не сомневайся, кроме тебя у меня ни кого не было, так что ты первый.

XVIII

Семену приятно было, что сказала ему Дагу. Он не второй, он первый. Дагу обняла Семена и поцеловала в губы, да с таким жаром, что вся мужская сила начала рваться наружу. Дагу была влажная и теплая, скорее, чрезмерно горячая. Она села Семену на живот, сама вошла в себя, Семен сжал ее грудь, по телу Дагу прошла судорога. Этот день Семен запомнил на всю свою жизнь. Такой любви с Дагу у него не было никогда. Она стонала, кричала и плакала и все время просила. Еще милый, еще. Это еще продолжалось до вечера. Они всего несколько раз отдыхали, и отдых был краток. Дагу не налюбилась. Она говорила, еще милый, еще милый. Я так тебя люблю. Вечером она ела с аппетитом