Запасный выход - Константин Туманов

Снизившись и сделав пару кругов над рекой, мы смогли подробнее рассмотреть этот знаменитый приток Оранжевой. Мутный поток метров сто шириной, окаймленный полосой деревьев, особенного почтения не внушал. Зато полностью оправдывал свое название. Ведь Вааль переводится как «мутный». Это ближе к устью река становится широкой и полноводной, а здесь она весьма невзрачна. К тому же, судя по зарослям прямо в воде, период половодья уже начался, хотя ноябрь еще не перевалил половины. Значит, у берега – мелко и садиться следует строго посередине водоема. В итоге Латыпин присмотрел достаточно длинный прямой участок и, перекрестившись, пошел на посадку.

Приводнение прошло благополучно. Подняв тучу брызг, за которые нормальный пилот тут же наверняка насовал бы нашему летчику в «бубен», «Пеликан» тяжело осел в воду и побежал вперед, гася скорость. М-да, и это после того, как половина горючего из бака уже тю-тю. Ну ничего, научится еще, какие его годы. Подавив желание тоже перекреститься, я выпустил судорожно сжатую ручку и вытер вспотевший лоб, саркастически ухмыляясь собственным мыслям:

– Уф-ф, ну все, приплыли. Теперь смотрим по сторонам и ищем, где бы пристать к твердой земле.

Никогда не испытывая особого страха ни перед высотой, ни перед полетами, я все же на сей раз сильно перенервничал. Уж больно авантюрным был этот полет от первой до последней минуты. Без нормальных карт, без опытного пилота, без возможности вызвать помощь в дикую местность… До Латыпина, похоже, тоже только здесь дошло, что все это не сон и не игрушки. В этих местах запросто можно остаться навсегда по тысяче причин, большая часть которых от тебя вовсе не зависит.

– В самом начале этого участка, когда только начинали садиться, было подходящее место. Небольшой такой пляжик.

Славик, оказывается, все это время дисциплинированно смотрел вниз. Вот что значит – военный человек.

– С какой стороны?

– Справа.

– Ага, как раз примерно с севера, если мне мой топографический кретинизм не изменяет. Ну что ж, Сергей Александрович, разворачивайте ваш аппарат в обратном направлении. Да вы не бледнейте так, шутко такое туристское… Но по сторонам все равно смотрим, вдруг еще что интересное кому узреть доведется.

Интересного не оказалось. Ни тебе крокодилов, ни тебе негров с копьями, тьфу-тьфу три раза. Приоткрыв дверцу, я перегнулся через борт и из любопытства черпанул ладонью речную воду. М-да, пить такую не стоит даже в кипяченом виде. С этими дверцами я в свое время достал нашего механопилота, требуя снять для облегчения конструкции. Несколько лишних килограммов, которые можно было потратить с большим толком, не давали мне покоя. Пока Латыпин не ткнул меня носом: при подъеме на каждую тысячу метров температура понижается на шесть градусов. Потолок нашего «Пеликана» – три тысячи. То есть 18 градусов по сравнению с уровнем моря. Да если учесть высокие горы по пути и ветер от движения, задувающий в кабину… так что я быстро пошел на попятный – путешествовать несколько часов в таких условиях что-то резко расхотелось.

– Так, мужики, в первую очередь ищем ручеек, впадающий в реку, иначе воду придется фильтровать бог знает сколько раз.

– Ха, об этом я не подумал, – Славик вновь достал из чехла свой прицел и приник к окуляру, рассматривая через мое плечо и лобовое стекло ландшафт впереди.

Для того, чтобы найти подходящее место, пришлось пройти мимо облюбованного Васиным пляжика и пройти еще не менее пары километров. Только тогда искомое место нашлось. Сам ручей, правда, оказался сильно заросшим в устье, но метрах в ста от него нашлась подходящая прогалина среди прибрежных деревьев. В сухое время, наверное, здесь небольшой лысый пригорочек, а теперь получился выдающийся в реку полуостров, шириной метров пять-семь и не больше трех в сторону реки. На нем я и решил остановиться. Плыть дальше можно было долго, но вот топливо жечь не хотелось. Мало ли какие непредвиденные сложности возникнут на обратном пути… Лучше пусть будет запас, который, как говорят, карман не тянет и есть не просит.

Высадка прошла спокойно. Подхватив автомат, я первым спрыгнул с уткнувшегося носом в берег «Пеликана» и огляделся. Окружавшие реку пологие холмы, поросшие низенькой жесткой травой, казалось, идеально подходили для строительства лагеря. Впрочем, для скрытого подхода к оному тоже. Пройдя несколько шагов по воде и выбравшись на берег, услышал позади всплеск – из гидросамолета выбрался и Славик. Первым делом нужно было оглядеться, так что пришлось быстренько пробежаться до вершины ближайшей возвышенности. Впрочем, оттуда я увидел только склоны таких же, постепенно повышавшихся в сторону севера. Нормальное место, ничуть не хуже и не лучше любого другого.

– Что это ты там такое напеваешь? Знакомое что-то… – Славик встал за спиной и тоже оглядывался. Автомат в руках, но предохранитель, правда, не снят.

– А… С самого утра прицепилось, вот и вертится на языке:

Как следует смажь оба кольта,винчестер как следует смажь,И трогай в дорогу, поскольку,Взбрела тебе в голову блажь…

– Мандражируешь?

– А то. Как представлю себе – случись что, а до своих пятьсот кэмэ минимум по саваннам, горам, джунглям, на своих двоих… бр-р… аж мурашки по коже.

Махнув рукой Латыпину, чтобы тот глушил двигатели, я оставил Славика приглядывать за обстановкой, а сам не спеша вернулся к самолету. Теперь предстояло быстро и без суеты возвести небольшое «укрепление» из захваченных с собой мешков. Вообще, на первых порах я планировал именно их и использовать в качестве строительного материала. Земли нарыть можно везде, а сама оболочка весит крайне мало. Да и форму укреплению можно придать любую. Но прежде чем разгружаться, нужно было привязать нашу «птичку». Это сейчас она сидит на мели, а стоит вынуть часть груза, так и поплывет в сторону далекой Атлантики. Оно мне нужно? Правильно, нет.

Якорем послужил вырубленный тут же кол, который вогнали в слишком податливую прибрежную землю. Подумав пару секунд, я все-таки преодолел лень и привязал гидросамолет и еще одной веревкой к другому «якорю». Так будет надежнее. А потом началась разгрузка. Собственно, вещей «Пеликан» привез не так много, ведь были и два пассажира с оружием и снаряжением, так что много времени сей процесс у нас не отнял. А вот выбор места под лагерь оказался более долгой процедурой. С одной стороны, не хотелось удаляться от самолета. И охранять его нужно, и сбежать можно будет в случае серьезной опасности. Нормальные герои типа нас – они такие, чуть что норовят в обход пойти. С другой – нужно было разбивать бивуак поближе к ручью, до которого оказалось добрых сто метров. Покрутив головой в нерешительном раздумье, что твой буриданов осел, я сделал выбор все же в пользу воды. Там как раз располагалась небольшая возвышенность с ровной, как по заказу, плоской вершиной. Для антенн, опять же, тоже места хватит.

Сначала мы вдвоем с Латыпиным разметили контуры будущего временного укрепления. Не зная пока, останемся мы здесь или переместимся в более «добычливые» места, я скромно определил площадку три на четыре метра. Ее мы и стали огораживать, ковыряя двумя малыми саперными землю вокруг нужного участка. Грунт оказался достаточно податливым, видимо из-за ежедневных дождей, но не размокшим в грязь. Основная часть воды стекала в реку быстро, не давая раскисать почве. Для этой работы Васин сменил нашего пилота, все-таки мы пассажирами всю дорогу бездельничали, и работа закипела. За каких-то три часа вокруг основы будущего форта – я надеюсь – был вырыт приличного размера ров, с внутренней стороны выложенный сотней мешков. Пространство со стеной четыре на пять мешков, получилось огороженным всего по пояс, примерно. Но и так уже можно было укрыться для стрельбы в положении с колена. Что ж, в следующий рейс, если будет все нормально, привезем еще.

Затем пришла очередь мачт антенны и пеленгатора. Точно такие же сейчас развернуты у нашего речного лагеря и только ждут, когда мы воспользуемся ими. Еще два часа светлого времени ушло на них. Десятиметровые стеклопластиковые телескопы, как на удочке, разложились штатно, но много времени украло закрепление растяжек. Уж больно много их было. Наш штатный радист разъяснил мне все подробно, как ребенку: в какой последовательности собирать, что куда подключать, настройки не просто записал в блокнотик – зарисовал. После всего этого работа была под силу даже местным бабуинам, неудивительно, что и я справился.

За оставшееся до сеанса связи время, а мы договорились с Иконниковым на начало каждого часа, поставили палатку. Славик опять ушел на облюбованный соседний холмик, а я остался с нетерпением ждать. И не зря, не успел я надеть наушники и включить «Багульник», как в эфире послышались позывные нашего связиста. Фух, как камень с души свалился. Связь, как нечто от меня не зависящее, сильно тревожила. Теперь живем!