Мне всегда будет 44 - Ляйсан Юнусова

о нем я узнаю от сыновей, как и он – обо мне. Потихоньку дыра, оставшаяся в моем сердце после его ухода, начинает затягиваться.

И вот я – еще не старая и привлекательная женщина – становлюсь бабушкой. Меня это не смущает, я радуюсь искренне и глубоко. Мою первую внучку называют в мою честь Флорой. Она тоже голубоглазая и светловолосая, как и я. По истечении положенных сорока дней семья Камиля привозят ее ко мне, чтобы провести в Казани обряд имянаречения – малышку надо представить Аллаху. Я любуюсь младенцем, вдыхаю ее аромат, трогаю крохотные пальчики и чувствую весну в своей душе – меня охватывает чувство возрождения. Говорят, что внуков любят больше, чем детей. «Балан баласы балдан татлы» – ребенок твоего ребенка слаще меда, – говорит татарская поговорка. Я готова в это поверить. Когда я растила сыновей, во мне еще не было столько нерастраченной любви, как та, которую я испытываю сегодня по отношению к этой новой Флоре. Во мне накопилась огромная потребность любить и отдавать это чувство. К тому же я растила мальчиков, а эта малышка – девочка! Она куда слаще и нежнее, чем все малыши мира! Я, как на крыльях, начинаю готовиться к церемонии, пеку бавырсак, чак-чак, кош теле – татарские национальные сладости на чайный стол. Пусть все это можно купить в магазине, но для своей внучки я приготовлю все сама! На церемонию придется пригласить и Альфреда, но и это меня не смущает. Пусть видит, как хорошо я со всем справилась!

…Так незаметно пролетает еще один полосатый год моей жизни.

Глава 39. До. Май 1996

Новый май наступил неожиданно быстро. Казалось, только что дружно отмечали Новый год, как уже, отжурчав ручьями, растаял снег, и природа приступила к очередному обновлению. Только что, отцвели букеты подаренных на 8 Марта мимоз и тюльпанов, как уже зацвели, разнося по городу свой неповторимый аромат, сирень и черемуха, соревнуясь друг с другом в быстроте, распустились и зазеленели листья, пробилась свежая майская зелень. Майские праздники – первомай с его трудовым энтузиазмом и мытьем окон и День победы с гордостью за страну и салютами – семья провела, как и в предыдущие годы. Дружной компанией выезжали на шашлыки, ходили на парады, вспоминали дедов-фронтовиков. Обычно в это время резко холодает, но в этом году стояла ясная теплая погода, обещая жаркое и скорое лето. Флора ежеутренне ходила по городу до работы, наслаждаясь его свежей, обновленной красотой. Вот и сегодня она неторопливо шла по улице, готовясь вступить в очередной рабочий день с его проблемами и решениями, делами и заботами. Все шло, как обычно, своим обыденным чередом.

– Флора Хасановна! Я нашла Вам прекрасный семинар! – моя помощница врывается в мои рабочие будни свежим ветром перемен. – Целая неделя в Италии! Виза у Вас есть?

Виза у Флоры есть, и она с интересом вчитывается в протянутую ей девушкой распечатку информацию об участии в международной конференции по обмену опытом. На нее вдруг пахнуло бризом, солнцем и ароматом апельсинов. Путешествие, да еще и полезное для нее как профессионала!

«Это очень кстати, – думает она. – Давно уже она никуда не выезжала, привычные стены уже начали давить». День сразу окрасился в яркие краски. Окрыленно переделав все дела, она полетела домой, как на крыльях. «Возьму с собой Альфреда, – решила она. – Его тоже пора вырвать из рутины его привычек, дать ему новых впечатлений, расширить его мирок на еще одну страну». Она, напевая, стала готовить спагетти с сыром, настраивая себя на итальянский лад.

Альфред опять стал задерживаться по вечерам, возвращаясь заполночь и принося домой аромат мужских вечеринок. Вот и сегодня Флора прождала его до одиннадцати вечера. Дети, не дождавшись отца, уже поужинали и отправились спать. А Флора начала мечтать о поездке, уже собирая в уме чемодан. Мальчики будут у бабушки с дедушкой, а они с мужем смогут провести эту неделю только вдвоем, как в медовом месяце!

– Оформляй отпуск, кадерлем, Через месяц мы должны лететь к морю, – первым делом заявила она, не обращая внимания на ставший уже привычным запах спиртного.

– Куда летим? – с интересом спросил Альфред, пытаясь поцеловать Флору в щеку.

В страну солнца, моря и апельсинов! В страну исторических руин и прекрасных произведений искусства! В страну вечного древнего Рима и современной моды! В страну счастливых улыбающихся людей и вкусной пиццы!» Флора могла бы перечислять очень долго, но ограничилась коротким:

– «В Италию!».

Альфред, кажется, тоже обрадовался. Во всяком случае его глаза зажглись интересом, а сам он как будто скинул усталость со своих плеч – они вдруг расправились, меняя его осанку на горделивую. Да и как не гордиться такой женой, жизнь с которой так интересна!

– Что ж, глоток прекрасного нам не помешает, – а то с этой работой так и погрязнешь в чернухе, – сказал он, усаживаясь за стол и улыбаясь. – А ты, я смотрю, душой уже там – ужинаем сегодня по-итальянски.

– Итак, вы снова едете в путешествие! – Альфия искренне радовалась за подругу. – Привези мне кусочек вечного Рима! Я тоже хочу его увидеть. И передай от меня привет Колизею. И да: с тебя еще рассказ о путешествии, подробный и красочный. Наша газета объявила конкурс среди читателей на лучшую историю.

Ее газета, несмотря на непростые времена, выжила и продолжала собирать тиражи, правда, редакционная политика изменилась чуть ли не полностью. Государство продолжало поддерживать свое ведущее издание, но вместо публикации отчетов о соцсоревнованиях и передовиках производства, изданию пришлось изучать потребительский спрос и писать на интересные читателю темы. В основном, это была жизнь артистов и путешествия.

– Обязательно, напишу! – легко согласилась Флора.

Дела у Альфии пошли на лад – она успокоилась, набрала прежний вес, сохраняя при этом стройность, и начала писать книгу. Глаза ее живо блестели, как раньше, полные интереса к жизни, и все свое время она отдавала работе и творчеству. В редакции ее ценили и уважали, как и Флору на ее работе, и подруги коротали вечер за чашкой чая, говоря о мирных текущих делах. О Самате вспоминали редко, он тоже не вторгался в их пространство, общаясь с Альфредом на работе и их совместных загулах.

– Что, Альфред все так же, не спешит вечером домой? – Альфия осторожно, стараясь не наступать на больную мозоль, пыталась прозондировать жизнь друзей.

– Все так же, Альфия, не знаю, чем еще его удерживать дома. Дети подросли, они уже сами по себе. Я тоже никуда не деваюсь. Гуляет со