Шерстяная «сказка» (СИ) - Страйк Кира

- Я согласна и считаю предложение мадам Корин прекрасным. – воспитательница восхищённо-одобрительно покачала головой.

- А у нас остался приличный кусок отменного холста, и завтра я обязательно пришлю его вам. Заодно посмотрю, что ещё может оказаться полезным для такого чудесного рукоделия. –

включилась в обсуждение Кларисс. – Да и вообще, Корин, вы так увлекательно рассказываете, что я и сама уже готова попробовать сделать что-то подобное. Очень любопытная идея. А какая необычная!

- Отлично! А мы с господином Ральфом подберём для этой работы подходящую рамку, и ты сможешь порадовать своего любимого дядю Андрэ дивным подарком. Мне кажется, он будет очень рад. Только чур всё-всё, что возможно, делать самой. И цветок на холст срисовывать, и ткань вырезать, и кружки обшивать. Чтобы по-честному, хорошо? А мадам

Флора обязательно поможет.

- Обещаю, мадам Корин!

Ну вот, что называется, как-то так.

Мы ещё какое-то время возились с Мариэль, пока в комнату не явился Ноэль.

- Я что-то пропустил? – парень любопытно поводил носом, оглядывая маленький бедлам, который наша творческая команда устроила на рабочем столе. – Вот так всегда! Стоит оставить вас на минуту, как обязательно случится что-нибудь интересное. И без меня!

- Ноэль, мальчик мой, ты тоже хочешь взяться за иголку? – рассмеялась Кларисс.

- Почему бы и нет? Теперь ведь это модно! – отшутился тот, - Но вообще-то меня отправили на ваши розыски, чтобы пригласить на ужин.

- Уже? А мы и не заметили, как пролетело время.

Я была абсолютно солидарна с Кларисс: день пролетел, как один яркий, радостный миг.

Сразу после ужина Лапьеры засобирались домой. Я решила, что и мы с братом тоже сейчас отправимся восвояси. Но он отчего-то медлил. Оказалось, что эта задержка была вызвана просьбой хозяина дома.

Проводив друзей, мы втроём устроились за чашкой чая в уже полюбившейся всем беседке.

Я была крайне заинтригована.

- Мадам Корин, я бы хотел вернуться к нашему утреннему разговору. – взял слово барон. –

Мне не хотелось до поры обнародовать некоторые новости, но… Как человек чести, считаю себя обязанным сообщить вам некоторые новые обстоятельства своих дел.

- Что-то случилось, Андрэ? – Ральф озабоченно посмотрел на нашего собеседника.

Я тоже нутром почуяла что-то неладное. Уж больно серьёзным выглядел сейчас барон.

- Думаю, что да. В расчётах моего брата обнаружилось одно весьма слабое место. Об этом мне рассказали те самые новые работники, которые прибыли сюда из Англитании. В общем, всё не так гладко, как хотелось бы и виделось вначале.

- Господи, Андрэ, поясните, что означают ваши слова? – брат окончательно разволновался.

– Ваши овцы выглядели прекрасно, а шерсть, которую от них получили, на мой взгляд, просто великолепна.

- Соглашусь с вами, но боюсь, что этот успех может стать недолгим. Дело в том, что, когда шли обсуждения и деловая переписка, никому и в голову не пришло, что следовало затронуть такую неожиданную тему, как климат.

- Но ведь наш климат прекрасен. Просто рай для человека! Разве нет? – эмоционально воскликнул Ральф.

Я же ждала, когда Андрэ, наконец, доберётся до самой сути.

- Да, друг мой, для человека. Но не для овец тех пород, которые выбрал для разведения мой брат. Наши солнце и тепло губительны для них. И если ничего не изменить, через год-другой овцы станут вырождаться. Их шерсть оскудеет и потеряет свои прекрасные качества.

- Ух ты! Плохая новость. – озабоченно поджала губы я.

- Англитания потому является страной развитого овцеводства, что климат её более холодный, чем наш. – продолжил Андрэ. - Грегор и Волт – отменные овцеводы. Но слабо разбираются в географии и климатических условиях государств. Потому они тоже не сообразили указать нам на такой значимый фактор, как наши райские, однако совершенно неподходящие к разведению тонкорунных пород условия. Они вообще страшно удивились, когда прибыли сюда и увидели такое изобилие света, ясного неба и жаркого тепла. Но суть нашей беседы не в этом. А в том, что я должен был честно предупредить вас о возникших проблемах.

- И что же делать? – брат поднял на барона расстроенные глаза, - Вы собираетесь отказаться от вашего замысла?

- Нет, Ральф.

- Может быть стоит подумать о более стойких к жаре породах? – предположила я.

- Тоже не хотелось бы. Они дают более грубую шерсть. У меня уже есть иной план.

Исполнить его возможно, но очень непросто. – Андрэ посмотрел на меня решительно, но в глазах его мелькнула и спряталась какая-то… не знаю, тоска? Неуверенность?

- Хм. – нахмурилась я, - Неуверенность и Андрэ? На мой взгляд, сочетание несовместимое.

Я приготовилась внимательно выслушать, что за трудноисполнимый выход придумал барон, чтобы спасти так хорошо развивавшееся хозяйство от разорения.

37

В общем, рассказываю своими словами.

Андрэ не мог отступить от заданного курса и завести себе вместо имевшихся более «удобных» овец. Такой ход понизил бы планку качества продукта. А это, в свою очередь, было равноценно тому, чтобы заранее порушить собственную репутацию, как поставщика именно дорогой, отменных свойств шерсти.

Выяснилось, что компаньон барона уже вёл большую рекламную работу в столице.

Готовил, так сказать, почву для будущего финансового успеха. И поскольку оба изначально рассчитывали на покупателей с самым взыскательным вкусом, способных не только оценить достоинства предложенного товара, но и заплатить за него высокую цену, то опростоволоситься перед ними было никак нельзя.

Выход Андрэ видел один: каким-то мистическим образом заполучить земли во

Французских, пардон, Фриницийских Альпах. Которые, на минуточку, принадлежали короне.

Только там овечки барона могли чувствовать себя комфортно и производить шерсть заявленного качества. Это – раз.

Два – расстояние до этих самых прекрасных гор. В пересчёте на наши меры длины, всё хозяйство, в случае удачи с получением прав на желанные земли, предстояло перетащить на восемьсот километров. В условиях существования железных дорог это бы не стало слишком большой проблемой. Но здесь-то, дулю нам, а не удобный быстроходный транспорт - он в этой эпохе ещё только готовился появиться.

Далее следовало понимать, что перевозиться придётся практически на голое место и всё опять поднимать с нуля.

Это что касалось самых первых чисто технических проблем. Действительно, как выразился

Андрэ, «исполнить возможно, но очень непросто».

Лично я предположила, что по первому пункту особых препятствий возникнуть было не должно. При условии, если найдётся способ прорваться с этим предложением к королю и грамотно его подать. Ну какому доброму хозяину понравится, что его земли простаивают вхолостую и не приносят никакого дохода? Это же просто дураком быть надо. А у нас во власти, насколько можно было понимать, стояли люди совсем неглупые.

Вряд ли, наверное, стоило надеяться, что площадь необходимых размеров Андрэ мог получить в дар. Как, например, наше государство (был, помнится, момент) запускало программу по освоению пустых земель и предоставляло их отчаянным гражданам, готовым поднимать эти дикие кучеря до цивилизованного состояния. Пусть их величества даже пожадничают на подобные щедроты или не захотят упускать свою выгоду от развития новой для страны отрасли. Но, хотя бы, на условиях, грубо говоря, аренды – почему нет? Особенно учитывая, что местные добровольно в эти горы вовсе не стремились. Предпочитали греть пузо в тепле и заниматься традиционным виноделием.

Все остальные технические трудности – уже вопросы исключительно воли к победе, силы желания и выносливости нервной системы. Я знала, что такой человек, как Андрэ не станет пасовать перед возникшими сложностями и обязательно справится. Будет мне и шерсть, и мануфактура, и сбыча всех материальных в купе с творческими мечт… А вот Андрэ здесь рядом не будет. И от того, вдруг, стало чертовски грустно.